Благо хватило ума имитировать попадание. Что-то там запалили, что начало коптить чёрным столбом в небо.
— Живы, босяки… — обрадовался им Азаровский.
А уж они ему — не сказать, чтобы очень, ведь это он втравил их в эту историю с диверсией. И только чудо в лице прапорщика спасло их от неминуемой погибели. Про экипаж "Гвоздики" пока ни слуху, ни духу.
Да новая неприятность, прозвучавшая из уст майора о том: им здесь лучше не засиживаться долго, а валить и желательно со снарядами, пока к ним сюда не пожаловал вплавь через реку "скот" и не занялся ими. А отдельные особи уже были замечены им в реке тогда, когда он подался к самоходке. И времени прошло порядком — кто знает, возможно, и "живодёры" с "мародёрами" успели спустить на воду плоты или какие ещё иные плавсредства и выбраться на сушу с их стороны.
Подобраться к мосту сейчас не удастся. У пролома засели группы застрельщиков при наличии оптический прицелов на стрелковом оружии, а меж ними сновали те, кто пытался восстановить пролом. Требовались брёвна. А соответственно предстояло валить лес.
— До ночи им его латать, а не залатать, — отметил Азаровский про себя.
Ошибка в его случае была очевидна. Он не учёл, что суррогаты в отличие от людей дисциплинированы и выносливы. Трудности не страшат их. Они попросту не замечают их. Идут напролом к поставленной цели той или иной боевой задачи, озвученной свыше их командирами. Всё предельно просто и ясно. И то, что стройматериалом каменному сооружению лучше всего послужит бетонный забор вокруг АЭС.
Его и стали разбирать вблизи моста на многотонные плиты при помощи бронетехники.
— И что ты будешь делать с ними! Хрен победишь — только себя… — не стал впадать в истерику майор. Даже предательских черт паники не было замечено у него на лице подельниками.
Он вновь что-то придумал. И такое, что выбило на раз из колеи прапорщика с лейтенантом. Заминировал "Акацию". Подорвал. И снова предстал перед суррогатами в образе одного из них, свыкаясь с одеждой "мародёра". А рядом с ним два иных и что-то несли за спинами в узлах.
Шла троица нагло, даже где-то нахраписто, игнорируя стрелков на мосту у пролома. Следовало одно обращение за другим, а они не реагировали на них, пока не прогремел предупредительный выстрел.
— Кажется, меня подстрелили… — едва различимо произнёс лейтенант, заваливаясь наземь.
— Не останавливаться… — напомнил Азаровский Онищенко: "гастарбайтеры" не имеют привычки оказывать помощи раненому. Скорее добьют, чтобы не мучился и не корчился, отвлекая их от чудовищной действительности, в которую угодили, а очередную переделку оба из-за майора.
— Ежели не они тя застрелят, то ить я опосля, — пообещал прапорщик майору. И сам упал, оступившись. Ему также прострелили ногу.
Азаровскому везло как дураку. Его последним из всех собирались подстрелить, а возможно и застрелить, поскольку он прищурился, уловив на лице прицел лазерного наведения на цель — выступил мишенью. Чуть вжал голову в плечи и согнул голову.
Пуля чиркнула краешком по каске и прошла мимо. Но Азаровский не стал лишний раз испытывать судьбу, рухнул, уподобившись трупу. И даже не дёрнулся, продолжая таращиться на противника.
Они по-прежнему держали его в прицеле — точнее старались выцелить, да не получалось. Он намеренно упал за бугорок, укрываясь от них. Видел всё, что происходило на мосту вблизи пролома.
На мост с грохотом двинула бронетехника, волоча бетонные плиты. Стрелкам пришлось сняться со своих позиций, уступая место её экипажам. Суррогаты занялись ремонтом.
Очередной расчёт майора оправдался. Он вблизи реки — до неё всего ничего — рукой подать. Пополз далее по-пластунски со скоростью метр в минуту. Торопиться не стоило, и привлекать внимание стрелков. И пока что они ничего подозрительного не заподозрили, обшаривая оптическим прицелом заросли поблизости от моста в обоих направлениях. А то, что творилось под носом, больше не замечали.
Добравшись до кромки реки, Азаровский постарался без шума всплеска уйти под воду. Не то что бы получилось и идеально, но ведь могла и крупная рыбина всплеснуть на мелководье. Но пускать со дна пузыри — верх наглости.
Подвоха суррогаты не уловили. Им это было невдомёк. Меж тем Азаровский добрался до опоры, над которой трудились "живодёры" при наличии бронетехники. Подрывать снаряд не спешил — неровен час, самого накроет обломками моста с плитами от бетонного забора при обрушении. А очень наделся, что 152-мм снаряда хватит для подрыва. Отплыл. Проплыть пришлось прилично, удаляясь от того места берега, который продолжали изучать в оптические прицелы "мародёры" у моста с иной стороны берега подле АЭС.