– О, ничего страшного, чувствуй себя как дома! – сразу же сообразив, в чём дело, повернулась к крылатому гостю Чарли, – Тебе нравится номер?
– Да, очень уютно, большое спасибо.
– Я кликну Нифти, она занесёт свежее бельё, чтобы тебе хорошо спалось, – улыбнулась ему девушка, пока Эрелим с удивлением заметил, что у неё чёрное зеркальце носа, совсем как у щенка или котёнка.
– Мр, – на плечо Ала вскарабкалась Марди. Она весь вечер шакалила по столам, и теперь силилась дышать, переваривая армию вкусняшек. Хозяин привычным жестом погладил кошачий подбородок костяшками пальцев, шагая по направлению к Эрелиму:
– Думаю, дорогая, я провожу нашего гостя. Надо убедиться, что всё на высшем уровне, не каждый же день мы принимаем ангелов, верно?
– Да, конечно, отличная идея.
– Было приятно танцевать с тобой, моя леди, – мужчина поклонился Чарли, а затем снова обернулся к ангелу, – Ещё раз добро пожаловать в отель «Хазбин».
– А… благодарю.
На лифте они поднимались молча, так что Эрелим успел и растеряться, и испугаться, и успокоиться. По лицу собеседника нельзя было прочесть абсолютно ничего. Вот это невозмутимость. Годы тренировки, должно быть. Только слегка изменил себе после демонстрации воспоминаний на всю Преисподнюю, но, кажется, оклемался. Будто бы и не с ним было. И улыбается не переставая. С ума сойти.
Поговорить с ним?
Не говорить?
Молли считает, что всё получится само собой…
Отставить мысли о Молли, там всё слишком сложно!
– Вот, собственно, здесь я и поселился, – открыв дверь, показал номер Эрелим.
– Я могу войти? Хочу лично убедиться, что всё в порядке.
– Разумеется… Кто-то стучится.
– Сэр, мессир, я принесла бельё, – втиснулась в едва закрывшуюся дверь мордашка Нифти, – И особое полотенце для перьев..
– Большое спасибо. А это что? – спросил Эрелим, указывая носом (руки были заняты бельём) на два приложенных сверху квадратика.
– Это шоколад, сэр. Наши боссы не могли решить, какой класть для постояльцев, так что тут и молочный, и горький. Выбирайте любой, а я помчала.
– Спа… ого, быстрая, – поразился Эрелим, откладывая стопку на кровать, – Что за шоколадные войны?
– Ха, да ничего особенного, маленькое сражение, не более. Чарли сладкоежка, а я к сахару равнодушен, только и всего, – взгляд Ала слегка затуманился, – В любом случае, угощайся. Это вкусно.
– Боюсь, я сегодня уже объелся. Матушка Анахита, должно быть, сейчас заворачивает постояльцам еду с собой.
– Вполне может быть… Ты куда-то улетал?
– Да. Размялся немного и отвёз Молли домой в благодарность за то, что она для меня сделала.
– Ясно. «Есть боги движения и боги покоя, а я – бог ходьбы», да?
Эрелим замер у холодильника:
– Что… ты сказал?
– «Это благодаря Руну миры не стоят на месте, ведь луны, и миры, и комета пришли в движение от энергии Руна, призывавшего их: «Вперёд! Вперёд!» – начал цитировать Аластор, обходя гостя полукругом.
– «Рун увидал Миры в самом Начале, прежде, чем загорелся свет над Пеганой, и танцевал перед ними в Пустоте, – с тех пор они не стоят на месте. Это Рун шлёт все ручьи к морю и все реки направляет к душе Слида» – вторил ему вслед Эрелим, всё ещё не веря и тоже включаясь в диковинное движение.
– «Это Рун являет знамение Руна перед водами – и смотрите! – они уже покинули родные холмы; это Рун шепчет на ухо Северному Ветру, что тот не должен стоять на месте» – Аластор нерешительно протянул юноше руку, раскрывая ладонь и силясь воскресить то прикосновение, когда маленькая жизнь из чрева Джой находила его руку своей крохотной ладошкой.
– «Если шаги Руна однажды вечером послышатся у стен чьего-либо дома, хозяину больше не знать покоя. Перед ним протянется путь через многие земли, лягут долгие мили, а отдых будет ждать его лишь в могиле – и всё по слову Руна» – Эрелим запрядал крыльями, словно альбатрос, встретивший кого-то родного на чужой земле, и тоже нерешительно протянул руку, свою, белую и без устрашающих когтей.
– «Никаким горам не удержать Руна, да и моря не препятствия для него» – Ал замедлился, расплавляя пальцы, – «Куда бы ни пожелал Рун – туда и отправятся миры со своими ручьями и ветрами»
– «Как-то вечером я услышал шёпот Руна:
– На Юге есть острова, где воздух благоухает пряностями» – глаза Эрелима заблестели, – «И голос Руна добавил…»
Из ладони соприкоснулись, и оба тихонько произнесли:
– «Иди»
Молли оказалась правда. Это действительно вышло трогательно.
– Когда… ты понял? – решившись нарушить тишину, спросил ангел.
– Окончательно поверил, когда увидел свои воспоминания. Ты – вылитая мама в семнадцать… Знаешь, мне неловко просить, но…
Эрелим сам шагнул к нему, обняв и запахнув крыльями:
– Прости, что не сказал! Я не был уверен… Так не бывает, но я… помню твой голос.
– А я помню твой запах, – Ал осторожно ткнулся носом в его висок, – Семечки и залежалый шёлк… Да, это ты. Ты так вырос, малыш. И память у тебя – всем на зависть.
– То, что сделала с тобой моя мама, – Эрелим отстранился, заглядывая лорду в глаза, – Это нельзя простить.
– Твоя мама сделала меня мной, и я не мог иначе, поскольку очень её любил… И тебя, пока ты рос в её утробе. И сейчас, мой мальчик, – Аластор поправил кудри юноши самыми кончиками когтей, – И родинка у тебя есть?
– Да, – сдвинув прорезь пиджака, показал отметину Эрелим.
– Это она, да.
– Я боялся говорить тебе после того, как узнал родинку в твоих воспоминаниях, – в ангеле продолжалась какая-то внутренняя борьба.
– И напрасно. Папочка крепче, чем кажется.
– Кстати об этом, – юноша запнулся, подбирая слова, – Видишь ли, у меня ведь был отец… Приемный, но для меня он – папа. Я… вряд ли смогу звать тебя отцом. Прости.
– Было бы странно требовать от тебя такое, – с пониманием кивнул ему Аластор.
– Что если… «дядя Ал»?
– Отлично, малыш… Хм. Кажется, кто-то заработал сегодня поцелуй. На щеке отпечаток.
– Где?!
Лорд фыркнул:
– Молли славная.
– И ничего не… Это в благодарность, вот и всё!
– Не переживай, не отравишься, со мной случалось – и гляди, жив-здоров… Стёр?
– Стёр, – Эрелим изо всех сил изображал праведный гнев, но было непохоже, что его хватит надолго.
– Вот вы где, мои дорогие, – в номер, предварительно постучав, вошла Анахита, – Чарли поселила меня рядом, отличный номер… Почему у вас обоих такой заговорщический вид?
– Малыш, – кивнул Эрелиму Радиодемон, – Покажи ей родинку.
Марди, уже успевшая задремать на краю кровати, вскочила от восхищённого вопля, но вскоре улеглась снова, с грациозностью сфинкса наблюдая за воссоединением странной, но всё же семьи.
Комментарий к Глава 68 Вот они и воссоединились ☺️
====== Глава 69 ======
Чарли откладывала свой визит в пристанище Радиодемона как могла, убеждая себя тем, что ему лучше пообщаться с семьёй, а ей лучше не прилипать так сильно, ведь будет гораздо больнее. Но нет, ноги сами отнесли её куда положено, напрочь игнорируя рациональные выкладки мозга мозга.
– Войдите, – раздалось из-за двери.
– Привет, – Чарли поздоровалась с кошкой, которая, едва гостья вошла, принялась тереться о её ноги, довольно мурлыча.
– Заходи, я здесь.
Только сейчас Чарли поняла причину чуть искажённого голоса: во рту у Ала были саморезы, а сам он прикручивал крышку к задней стенке своего фёрби-органа:
– Техобслуживание я уже закончил. Обещал ведь сыграть тебе, помнишь?
– То есть не у меня одной чувство, что с того момента, когда ты мне это обещал, прошло будто бы полгода?
– Да, – он усмехнулся, закручивая последний саморез, – Но если ты ещё не готова услышать мою игру, можно и отложить.
– Шутишь? Я вся внимание!.. Так, а ты хорошо себя чувствуешь?
– Полный порядок, моя леди… Хочешь чего-нибудь?
– О… – принцесса ада посмотрела в сторону, куда указал багровый коготь. В отдельном углу громоздились фанатские подарки.