– А если это будет смертельно опасно? – богиня спросила практически мимоходом, слегка прикрыв глаза плёнкой третьего века.
– Кто не рискует, тот не пьёт шампанское, хотя лично я предпочитаю ликёр.
Крокодилья морда расплылась в понимающей улыбке:
– Будь по-твоему. Позволь я начну издалека. Меня распирало от материнской гордости, когда я наблюдала за Чарли через слуг дворца Люцифера. Порой она тоже видела меня своими молодыми и зоркими глазами – и улыбалась. Разводила ручонки и говорила «Большая!». И смеялась… очаровательный ребёнок, веселый и жизнерадостный. Единственный демонёнок на всю Преисподнюю. Правда, мне не давала покоя одна мысль. Догадываешься?
– Чарли не подходит этому миру.
– Именно. Я всё ждала, что, возможно, она станет циничной и жестокой, но дни сменялись годами, а я видела всё ту же приветливую улыбку. Кажется, её всё устраивало, она родилась здесь и не видела и не желала иной жизни, но я поневоле… Начала думать о том, что она заслуживает большего. И вот она удивила меня, когда год назад объявила о своём желании открыть отель, и не просто отель… Моя драгоценная девочка…
– Чарли… – Радиодемон снова ощутил привкус сахара и бурбона на губах, – Не боится выглядеть глупо. Сражается за свою правду, даже если после ревёт в подушку от бессилия. И даже если её теория ничем не подтверждена.
– Это да, – Амат потянулась, едва не задев его своими серповидными когтищами, – И тут появляешься ты.
– Я?
– Верно. Ты возник на пороге того самого отеля. Тобою двигало любопытство и скука. И ты вызвался помогать. И сейчас всё идёт хорошо, но ты стал задавать вопросы, – она поднялась и вошла в воду, смачивая нежную кожу бегемота на крестце и задних ногах.
– Именно так.
– И к какому выводу пришёл?
– Грешники не могут попасть в рай. Существует барьер, через который нельзя пройти. Более того, он представляет собой нечто вроде… Я бы сказал, репеллента грехов. Касаясь барьера, каждый видит и ощущает собственную смерть.
– Ты со своим новым другом сделал большой шаг вперёд. И что же ты собираешься предпринять дальше? – она не издевалась, все её замечания были достаточно благожелательны. Вероятно, сидя на одном месте, она не могла сделать и половины из того, что удалось за эти дни её собеседнику.
– Полагаю, если есть забор, где-то существует и брешь. Более того, во время чисток небесное воинство без труда спускается к нам, значит, они владеют техникой, или заклинанием, или чем-то ещё… Я прав?
– Я бы поаплодировала, но, как модно сейчас говорить, у меня лапки, – Амат скромно потупила взор, разглядывая свой комплект отборных абордажных крючьев, – Барьер нарос сам по себе, и он действительно плотный. Но он не сплошной, это факт. Брешей нет, но есть тонкие места.
Ал превратился в абсолютный слух:
– Где именно?
– Если бы это было так просто. Сейчас ты не увидишь их, даже если я буду стоять рядом и указывать на них мордой. Нет. Их нужно видеть самому. Нужно умение видеть, за которое нужно платить, и цена зачастую высока.
Лорд задумался, потирая подбородок. Шаманы и жрецы прошлого принимали галлюциногены, чтобы говорить со своими богами, голодали, терпели всяческие лишения, принося в жертву рассудок или даже…
Крайнее состояние. Пограничье. Есть только одно время, которое делает всё происходящее до боли чётким. Близость смерти.
– Поначалу я думал о том, почему ты не поговорила именно с Чарли. Теперь я, кажется, понимаю. Ты не хотела ею рисковать.
– Разве можно обвинять меня в жестокости?
– Ни в коем случае, я полон понимания и безграничного уважения, мадам.
Амат снова клацнула челюстями, удивлённая и польщённая:
– Так и каково твоё желание? Что я должен сделать?
– Моя дочь заслуживает того, чтобы её надежды на лучшее будущее не пошли прахом. К тому же, она любит свой народ. Лидеру нужна путеводная звезда. Ты, помнится, думал, над тем, достоин ли ты Чарли. Если тебе непременно нужно доказать себе, что достоин, то я не вижу способа лучше. Заодно разберёшься в своих чувствах, а то всё быстро и ты явно запутался. Правда, я уверена, что ты не отступишь. Жизнь в отеле изменила тебя больше, чем все десятилетия в аду вместе взятые.
– Твоя правда. Но, боюсь, совсем без подсказки мне не справиться.
– Раз так, я дам тебе то, что, возможно, поможет в поисках, – Амат вылезла из воды, довольно фырча, и Аластор в который раз поразился тому, насколько гармоничны движения её, казалось бы, непропорционального тела. Она приподнялась, рассматривая ниши в стене, и, наконец, повернулась, держа что-то в зубах:
– Нашла, смотри-ка.
– Это… перо? – демон осторожно забрал предмет, угнездившийся между крокодильих зубов.
– Не просто перо. Перо одного из тех, кто живёт наверху.
– Ангела? Серьёзно? – Ал так и впился глазами в то, что принял за часть какого-нибудь бройлера. Никаких раскатов Иерихонской трубы, никакого «Сгинь, нечистый!». Просто часть чьего-то тела, слегка светящаяся в темноте.
– Несерьёзно только в том случае, если тот экземпляр линял чужими перьями, – усмехнулась Амат, – Но что-то мне сомнителен подобный расклад. Оно мерцает.
– Да, я тоже это вижу.
– Полагаю, ты сможешь увидеть брешь благодаря этому, если заберёшься достаточно высоко. Дальше всё будет в твоих руках, дитя. Помни, что стоит на кону, и ты всё преодолеешь.
– Да… Только один вопрос, – лорд Преисподней повертел головой, – Как мне подняться на поверхность?
– Подойди поближе, я всё сделаю, – Амат легла по-кроличьи, чтобы опустить морду максимально низко к нему, – А теперь закрой глаза. Когда ты их откроешь, будешь уже наверху.
Аластор без колебаний сделал так, как она сказала, и огромная пасть дохнула на него. Это был запах древнего Нила, запах жизни, крокодила в засаде, горький и терпкий – ровно такой, чтобы прийтись по душе демону из Нового Орлеана. И…
Лорд нерешительно приподнял веки. Он стоял напротив пахнущей водорослями кучи мусора, но вырытая Наггетсом пещерка бесследно исчезла.
Древняя магия.
– О, как раз вовремя! Ты в порядке? – через завалы к приятелю уже спешил Энджел, – Глядите-ка, даже не испачкался, вот это уровень! – гей притормозил у кучи, протягивая лорду сюртук, – Чарли спрашивала, где ты. Я сказал, что тусим на помойке. Она удивилась, ха-ха… Так что, что-то выяснил?.. Ты такой серьёзный, случилось что? А что это у тебя, перо?
– Ага. Ангельское.
– Реально?! Дай посмотреть, отродясь не видел!.. И что ты собираешься с ним делать?
– Энджел, – Аластор так резко окликнул трансвестита, что тот вздрогнул:
– Чё?
– Тест на эрудицию: какое у нас самое высокое здание, и притом такое, на которое можно взобраться без армии свидетелей?
– Если такой расклад, то телебашня явно не подойдёт. Как насчёт Кривого Близнеца? Этот небоскрёб достаточно большой, вопросов никто задавать не будет. Норм?
– Тогда веди, я на тебя рассчитываю.
– Признателен за оказанную честь, но всё-таки, что мы собираемся делать?
– Форменное безумие, мой друг, – Аластор сверкнул улыбкой, давно ставшей частью его имиджа, – Искать брешь в рай.
Комментарий к Глава 11 *Веве – название магических символов в вудуизме
====== Глава 12 ======
Если ситуация на первый взгляд выглядела так, будто Энджел легко согласился на эту авантюру, то всего минуту, пока до гея доходил весь масштаб полученной информации.
– Чел, и всё равно стрёмно! – в который раз отметил паукообразный демон, когда они уже начали подъём по лестничной клетке (лифт традиционно не работал, ад, в конце концов!).
– Я не утверждал, что мой план идеален.
– У тебя, в принципе, есть этот самый план? – когда не надо, Энджел был сама настырность и въедливость, – Нет, ты в курсе, я за любой кипишь кроме целибата, голодовки и безденежья, но, кажется, стычка с верхним миром это не лучшая идея.
– Почему ты вообще думаешь, что они как-то отреагируют на нас? Они недавно осуществили ещё одну чистку, отдыхают себе, чистят копья и крылья, или чем им там положено заниматься, да и вообще, – увенчанный острым когтем указательный палец поднялся вверх, – Подъём-то вертикальный, а из нас двоих летуны ещё те.