– Есть кое-что, но ты вряд ли отыщешь.
– Что?
– Книгу имён. Я сегодня собиралась устроить мозговой штурм.
– О… Что ж, я подумаю, что можно сделать.
– Топай уже, это всё потом.
Денёк выдался солнечный, со стадами белых облаков и температурой 68 градусов по Фаренгейту. Это была восхитительная весенняя пятница. Лес готовился к буйству лета.
– Мистер Смок! – юноша, увидев своего патрона, помахал ему рукой. – Будете слушать меня по радио?
– Спрашиваешь, парень, конечно! И гордиться буду. Слушай, а вчера ночью в лес никто не заходил?
– Что-что?
– Да мне показалось, что кто-то шарился.
– Полагаю, какой-то браконьер, – лицо Ала умудрилось не выдать и йоты волнения. – Увидел мою сторожку – и бежать. Я только его сапоги и видел.
– Что ж, раз так, хорошо, что никакого незаконного промысла. Удачи, парень!
– Спасибо! – подправив кепи, Аластор снова взял курс на город, что-то напевая и даже выполняя некоторые танцевальные па. Судя по всему, происшествие ночи убралось глубоко в его сущность, и сейчас он не считал нужным туда нырять.
– Что ж, вот твой кабинет, располагайся, – новый начальник проследил за тем, как его подопечный ставит сумку на отведённый стол и удовлетворённо кивнул, но для вида всё же слегка хмурясь.
– Хорошо, босс.
– Но я должен тебя предупредить: хоть ты и, судя по всему, парень целеустремлённый и ответственный, не опаздывай к эфиру, это очень важно.
– Да, босс.
Оставшись один, Ал открыл саквояж, и внезапно оттуда на него сверкнули глазёнки Марди. Кажется, она отлично выспалась, и теперь была готова к рабочему дню вместе с любимым хозяином.
– Ах ты, проказница, – юноша бережно вытащил мурчащего котёнка на свет. – Куда забралась, то-то я не мог отыскать тебя утром.
– О-о, ты с питомцем? Привет! – на пороге, словно из ниоткуда, появился невысокий гибкий тип, похожий на горностая. – Я Рикки, будем знакомы. Вчера не успели пересечься, я был на задании.
– Очень приятно, – посадив кошку на плечо, Аластор пожал ему руку.
– А как зовут твою малышку?
– Марди. Я не хотел её с собой брать, видимо, она сама забралась в сумку, пока я не видел.
– Пустяки, с животиной даже веселее, – Рикки почесал подбородок котёнка указательным пальцем.
– Главное, чтобы её мама не волновалась.
– Ты женат?
– Не совсем, я… живу со своей лучшей подругой. Она беременна.
– Ого… Да ты у нас не зря с моноклем, прямо-таки джентльмен… А потом ты что планируешь? – проявив поистине неуёмное любопытство, коллега, не стесняясь, разглядывал новичка с головы до ног.
– Честно говоря, не знаю… Извини, мне пора на эфир.
– Да, хорошо… А, погоди! Я слыхал, что ты разделался с Биллом здесь, на студии. Вот уж кто мудак был, честное слово, ты молодец, что поставил его на место! Говорят, он свинтил из города, это по твоей вине? Ты не похож на маньяка.
Аластор улыбнулся одной из своих самых обворожительных улыбок:
– Ну что ты. Какой из меня может быть маньяк…
Вечером оказалось, что в этот раз на тёмную сторону перешла Джой. Она, правда, никого убивать и есть не собиралась, но от этого было не легче…
– Смотри, кто сегодня ходил со мной на работу, – Ал спустил с плеча гордого и очень довольного собой котёнка. – Она вела себя примерно, как настоящая маленькая леди. Ты её не потеряла?
– Ха, вот уж нет, – Джой деловито подпёрла руками округлившиеся от беременности бока. – Я видела, что она залезла к тебе в саквояж. Она ведь кошка, значит, гуляет сама по себе, – с этими словами молодая женщина забрала малышку с порога, проходя на импровизированную кухню. – Иди мой руки, ужин готов.
– Что-то случилось? – Аластор быстро поднял глаза к потолку. Обычно, если там плавал дым, это означало, что Джой о чём-то размышляла в его отсутствие.
– Я подумала о твоём голосе. Спору нет, он в очень хорош, но твои лёгкие нужно тренировать. Ты преуспел в искусстве импровизации, и, вполне возможно, что вскоре тебе доверят вести отдельную программу.
– Я бы не заглядывал…
– Зато я заглядываю, – будущая мать скрестила руки на груди. – И так будет, точно тебе говорю. Но до тех пор ты должен будешь работать над своим голосом, чтобы не задыхаться даже от самых длинных предложений. Вот, – порывшись в тумбочке, женщина вытащила две нити жемчуга цвета топлёного молока, – обменяй это на деньги, а на них, в свою очередь, купи трубу.
– Постой. Я? Трубу?
– Трубу. И не делай такое лицо. Я в курсе, что у тебя музыкальный слух, так что ты рано или поздно научишься на ней играть. Так что вот твоя миссия на завтра… Что ты опять на меня уставился, ешь уже! И, к тому же, коллеги наверняка рано или поздно пригласят тебя на вечеринку, а скрипка сейчас не в моде. Так что всё во благо, особенно сейчас, в эру джаза… Ты во мне глазами тоннель пробурить решил или что?
– Хочу, чтобы если меня куда-то и пригласили, ты бы пошла со мной.
– В качестве кого, скажи на милость? – фыркнула молодая женщина. – Приживалки?
– Гетеры. Ты же сама говорила.
– Не-не, в нашем обществе пока не настолько продвинутые взгляды на семью и брак. К тому же, я забочусь о твоей репутации… И не возражай! Да и к тому же, там наверняка будут танцевать, а какая из меня сейчас танцовщица с животом?.. Эй, куда вскочил?
– Сейчас-сейчас, – Ал перегнулся через стол, настраивая радиоприёмник. – Ага, поймал мелодийку! Миледи, разрешите пригласить Вас на танец.
– Ты с ума сошёл? – Джой схватилась за скулу, мило покраснев.
– А что? Гетеры разве не танцуют? – он широко улыбнулся, подавая ей руку. – Давай. Мы осторожненько, малыш будет не против… Ты танцуешь чарльстон?
– Шутишь? Кто сейчас его не танцует?
– Боюсь, только те, кто засиделся в лесу, – парень зарумянился ей в ответ.
– Снова тебя учить, – Джой по-хозяйски наклонила его голову, ероша чёрные вихры.– Ну, смотри внимательно. И… раз-два-три-четыре! Давай-давай, верти своими журавлиными ногами, я не давала команды «отбой»!
Чарли смотрела, как они веселятся, и ноющая ревность снова взяла над ней верх. Казалось, что Ал был счастлив заниматься делами отеля, но это была не любовь. Его любовь осталась в прошлом – эта женщина, сейчас выделывающая танцевальные па вместе с ним.
Разбуженная шумом, с налёжанного места поднялась Марди. Протопала к выделенным мискам, пару раз лакнула воду и вдруг уставилась прямо на Чарли.
– Как думаешь, на что она смотрит? – заметил сосредоточенность кошечки Ал, отходя от очередного танцевального номера.
– Не знаю. Может, на призрака будущего Рождества? Или на какого-нибудь лоа, – усмехнулась в ответ Джой. – А ну не юли, я не дам тебе спать, пока ты не научишься делать «коровий хвост».
Лучшие друзья снова взялись за руки, репетируя, а Чарли взглянула вниз, думая, что ей показалось.
Котёнок продолжал смотреть на неё, не моргая. И это был осмысленный взгляд.
«Хочешь… другую… историю?» – вдруг спросила Ротсала, выныривая из тени танцующего Аластора. Чарли осторожно кивнула, и черты призрачного существа начали уменьшаться и сглаживаться, пока она не повторила силуэт маленькой кошечки.
Ощутив удушье, принцесса ада окунулась в другую жизнь, жизнь в оттенках зеленовато-синего спектра. Четвероногую жизнь. Марди.
Она родилась у домашней кошки, самая маленькая из выводка. Но мать не принесла их домой, заботясь о детёнышах в подвале, пока однажды…
Какими же огромными и страшными кажутся им люди!
– Ах ты, потаскуха! Мало у меня проблем: мышей ты не ловишь, жрёшь мою еду, так ещё и окотилась?!
Словно чуя беду, Марди забилась за коробку, но даже оттуда она видела, как её братишек и сестрёнок ловят и запихивают в мешок. Мать шипела и плевалась, но тычок кулака заставил её отступить:
– Неблагодарная тварь!
Голос. Этот голос…
Мужчина опустился на четвереньки, заглядывая в тёмные углы с каким-то хищническим напором. Марди вжалась в картон, испуганная и взъерошенная. На короткое мгновение перед ней мелькнуло лицо.