Аластор, притороченный к капельнице, безмолвно взирал на Нифти, которая довольно прищурилась, словно сингапурская кошечка, нимало не смущённая тем, что рассказала о своей жизни и пристрастиях малознакомому человеку.
И сейчас…
– Я принёс тебе кое-что в благодарность. За то, что ты ухаживала за мной в больнице, – Ал протянул ей свёрток, до этого момента лежавший на полу.
– Ого, тяжёлый, это… – девушка развязала бечёвку, и её глаза округлились, – О, Господи, сэр, да это же шкура аллигатора! Сэр, но она же дорогущая! Вы могли выручить за неё приличные деньги!
– Я егерь, и сам его убил. Теперь твоя жизнь связана с его жизнью. Распорядись этим грамотно, я знаю, что ты любишь шить. Придумай что-нибудь, хорошо? – Ал глотнул из кружки дешёвый кофе с привкусом дёрна, который, всё же, показался ему восхитительным, возможно, потому, что был сварен с душой.
– Я… – Нифти не могла оторваться, проводя пальцем по острым чешуйкам хвоста, – Я не могу это принять, это же невероятно! Ах, сэр, это самый прекрасный подарок из всех, что мне делали! – не удержавшись, девушка смахнула рукавом выступившие слёзы, – Вы уверены, что хотите подарить это мне?
– Уверен.
– Сэр, а… – она потеребила блузку, расстёгивая верхнюю пуговку, – Может, Вы желаете получить подарок и от меня? Я бы с лихвой Вас отблагодарила, знаете ли.
– Я не сомневаюсь в твоих талантах, Нифти, но я хочу остаться тебе добрым другом, – Аластор бережно убрал её лапку со своего колена, – Почему ты… решила это предложить?
– Вы улыбаетесь.
– С намёком?
– Нет. Искусственно, – девушка поджала ногу, – Знаете, почему я люблю секс? Это мой способ узнавать мужчин. Они могут сколь угодно кичиться статусом и отличной должностью, могут казаться непробиваемыми, но со мной они превращаются в похотливых животных, естественных в своих желаниях. Ваше лицо… Их лица… Они меняются в моменты близости. Ваша подруга не говорила об этом?
– Мы не были близки в этом смысле. Но идея мне понятна. Люди раскрываются на… определённом этапе.
– Да, верно, – Нифти кивнула, выуживая из-под кровати карамельку, – И я хотела раскрыть Вас. Это как хобби, понимаете? Извините уж, не могу с собой ничего поделать.
– Может, и не надо, – Ал по-братски взъерошил рыжую копну волос, – Ты хороша такой, какая есть. Милая, добрая, весёлая, воспитанная.
Нифти отвела от него взгляд:
– Хорошо, что Вы не живёте здесь, сэр. Выйди Вы к моим соседям, и они рассказали бы Вам, что знаетесь с потаскухой.
– Благо, я могу и сам составить мнение о человеке… – Аластор сделал ещё один глоток, добираясь до дна кружки, – Чудесный кофе. Куда поставить посуду?
– Вон туда, сэр… Уже уходите?
– Да, милая.
– Сэр, знаете… – Нифти на мгновение задумалась, – Это не ахти что, но, быть может, Вы сходите в парикмахерскую по моей рекомендации? Вы порядком обросли, а там подстригут быстро и недорого. Я дам Вам адрес… И да, попросите записать Вас к Мимзи, она моя подруга. Или Вы решили отрастить каре, как какой-нибудь бокор?
– Ах, нет, только не каре, – добродушно усмехнулся радиоведущий, и не подозревая, что через сотню лет его мнение кардинально изменится, – У твоей подруги тоже скучное и громоздкое имя, попахивающее динозаврами и Викторианской Англией?
Нифти рассмеялась:
– Да-да, именно так. Поэтому Мимзи. Но, в отличие от настоящего имени, рука у неё лёгкая, и она быстро подровняет Вас по последней моде. Вас же не выгнали на работу, надеюсь?
– Нет, оба моих босса просто терпение и такт… Я пошёл, благодарю тебя за всё, распорядись шкурой как должно.
– Ещё раз большое спасибо!.. – Нифти проводила его до двери и вдруг спохватилась, – Вот же дырявая голова! Сэр, адрес парикмахерской! Есть куда записать?..
Выйдя на улицу, Аластор дотронулся до затылка. И правда, сильно оброс. Даже не заметил. А может, ну это всё?
Нет, так не пойдёт. Что сказала бы Джой? Нифти права, стоит подстричься. Интересно, к ним можно с кошками?
Марди мурлыкнула, потёршись о его скулу, словно намекая на свой поистине неземной шарм, способный повергнуть в прах даже строгие правила парикмахерской.
====== Глава 32 ======
Колокольчик над дверью парикмахерской доложил работникам о новом клиенте.
– Здравствуйте, – произнёс Аластор, оглядываясь. Марди возлегла на его плечах, словно воротник, на случай, если кто-то покусится на то, чтобы её снять.
– Добрый день, сэр. Желаете подстричься? – ему навстречу подошла невысокая женщина, в которой Чарли без труда узнала Мимзи.
– Да. И… Мимзи сегодня на месте? Мне сказали, что она сможет сделать самую лучшую стрижку.
– Мимзи это я, а кто сказал Вам моё прозвище? – женщина подбоченилась, с интересом глядя на посетителя.
– Нифти. Она же и порекомендовала мне Вас.
– А, – пристальный взгляд будущей демоницы пробежался по Аластору, видимо, пытаясь обнаружить признаки извращенца, но что-то не сходилось, – Я освобожусь через 10 минут. Подождёте?
– Да, разумеется.
Доделывая причёску клиентке, Мимзи нет-нет да оглядывалась на новоприбывшего посетителя. Ни разу не видела его в городе, хотя говор местный. Ещё и эта кошка на плече… Дьявольщина какая-то, откуда он вообще взялся?
– Садитесь сюда, – женщина указала на кресло, закончив подметать нелегальное собрание волос на полу, – Что будем делать? Подровнять? Зачесать назад? Укладка бриллиантином за отдельную плату, – в честь знакомства Мимзи нацепила на себя самое официозное лицо из всех возможных.
– «Да» на первый вопрос, «нет» на остальные, – в упор не видя её холодности, ответил Радиодемон. Марди нехотя шагнула с его плеча и замерла на столике перед зеркалом.
– Что ж, ладно, – грубовато поерошив затылок и виски клиента, Мимзи взялась за ножницы, – Приступим.
Отстаивать права перед этой боевитой мадам было бесполезно, поэтому Ал, случайно ловя отражение её глаз в зеркале, старался улыбаться как можно приветливее, однако его встречал неприступный взгляд, холодный, словно глетчеры. Раз так, почему ему вообще нужно создавать какое-то впечатление? Главное, чтобы знакомая Нифти выполнила свою работу.
Нет, не годится. Спрятаться в скорлупку может кто угодно, но никак не публичный человек.
Чуя враждебность, Марди не сводила с женщины глаз, успевая следить и за движениями ножниц.
Когда казалось, что это тягостное молчание не сможет разорвать ничто, дверь распахнулась с неистовством, которому мог позавидовать даже самый популярный салун времён Дикого Запада:
– Сэр!! Я знала, что Вы будете здесь! Привет, Мим, я к твоему клиенту, – без обиняков сообщила Нифти, шустро целуя подругу в щёку.
– Я его стригу, вообще-то. Хочешь, чтобы я твоему приятелю скальп сняла?! – рявкнула испуганная таким напором Мимзи, впрочем, тут же убирая руки.
– Не ожидал увидеться так скоро, – повернулся к новоприбывшей Аластор, и тут же очутился нос к носу с листом бумаги.
– Я придумала, что хочу сшить, сэр! Это дамский жакет, а ещё будет поясок! Из Вашего подарка! Вы смотрите?
Если до этого все, кто был в парикмахерской, ещё как-то пытались игнорировать новый раздражитель, то после слова «подарок» обратились в абсолютный слух.
– А что, выглядит многообещающе, – Аластор взял набросок из её рук, разглядывая то, что получилось, – А на туфли хватит?
– Ещё бы! Эта шкура во-о-от такая огромная! – Нифти развела руки как можно шире, – Мимзи, что у тебя с лицом, ты будто лимоном отобедала. Этот добрый сэр подарил мне сегодня шкуру аллигатора!
– Как это мило с его стороны. И за какие же это заслуги?
– Говорит, за то, что ухаживала за ним в больнице, хотя я не сделала ничего такого!
– Это неправда, твоя болтовня позволяла мне отвлекаться от грустных мыслей, – Ал взъерошил рыжую голову девушки.
– А с чего же это мы, такие молодые, грустили? – всё ещё не желая впускать нового человека в свою зону общения, саркастически вопросила Мимзи.
– Сэр, я расскажу?
– Не надо.
– Поздно, я решила. Он сделал кесарево в лесу!