– Да, милая, – Ал отодвинулся, давая второму мужчине пройти, – Что-то вроде плюшевого мишки, только не мишку.
– Хм, занятно. Проходите, сэр. Полагаю, у меня отыщется подходящий материал.
– Я могу подождать, пока ты переоденешься.
– Вот ещё, выдумали, – она повернулась к собеседнику спиной и скинула свой заменитель одежды, демонстрируя угловатую, словно у подростка, спину с синяками от крупных мужских пальцев.
– Он тебя обидел?
– А? – Нифти уже втиснулась в платье и подправляла его на талии, – О, нет-нет, просто потискали друг друга, вот и всё. Я ему в отместку спину расцарапала, будет знать.
– За что?
Будущая демоница очаровательно хихикнула:
– Расскажите лучше, зачем Вам игрушка, сэр.
– Для одного прелестного малыша.
– О… О-о-о, неужели Вы его нашли?!
– В парке встретил.
– Ой, сэр, как здорово! – Нифти даже подпрыгнула на месте, – И как он?
– Крепкий, здоровый, очень любознательный. Играл с Марди. А внешность – вылитая Джой в детстве.
– До чего славно! Я рада за Вас! Сэр, у меня идея! Что если сделать ему плюшевую Марди?
– Будет просто замечательно, Нифти, дорогая, – Аластор потрепал её рыжую голову, – Я плох в рисовании, сможешь помочь мне с выкройками? А дальше я сам. Сколько это будет стоить?
– Сэр, – нимфетка прислонила палец к его кончику носа, – Не надо обижать меня деньгами. Я Ваш друг. И тут пять минут работы. Поэтому даже не извольте заикаться об оплате.
– Извини, милая, больше не буду.
– Что ж, раз этот вопрос решён, – Нифти достала из стакана карандаш, а из ящика – листы бумаги, – Нужно определиться с дизайном и размером подарка.
Как бы Нифти ни называлась помочь с пошивом, будущий Радиодемон всё же настоял на том, что сделает это сам. Неизвестно, что двигало им, мистицизм или простые раздумья, но в тот вечер он пришёл в свою хижину. Место, где умерла Джой и появился на свет её ребёнок. Начало и конец. Перекрёсток миров, как сказала бы мадам Бонита.
И радиоведущий намеревался сделать игрушку особенной.
Да, быть может, Аластор ещё не был бокором в полной мере, но он освоил множество приёмов магии вуду, и теперь собирался ими воспользоваться.
Освободив стол, молодой мужчина разложил детали из мягкого пёстрого плюша, попеременно касаясь их кончиками пальцев. Сочинил композицию для гри-гри со сложным значением, положив внутрь игрушки мешочек с травами, приносящими удачу, здоровье и покой во сне, а также защиту от злых духов. Осталось только одно.
Ал в недоумении уставился на спинку изделия, пощупав её со внутренней стороны.
Какая судьба ждёт эту игрушку? Да, выглядит она мило, даже сделанная с глазами-бусинками, но вдруг малыш не захочет с ней играть?
Вещь, сделанная руками убийцы, но…
Но пока есть хотя бы крохотный шанс…
Разве мадам Бонита не учила его нести добро, а тем более – верить в собственные силы?
К чёрту сомнения!
Аластор взял красную нить, заправив её в ушко иглы, и, наметив рисунок, вышил на обратной стороне спинки плюшевого зверька веве, который, скорее всего, никто никогда не найдёт.
Как и судьба этого ребёнка, скорее всего, больше никогда не пересечётся с его судьбой, наполненной безумием.
Нет. Пропасть страдания не поглотит его. Даже заслав к зверям Смерть, Мунг не смог одолеть Жизнь.
Вот так. Осторожно, и…
Готово.
– Что скажешь, Марди, старушка? – окликнул вернувшуюся с охоты питомицу Аластор, оглядывая готовое изделие, – Внутри гри-гри и веве лоа Марака – символ любви, истины и справедливости, направляемой разумом. Только всё же чего-то не хватает. Но чего?..
Чуть подумав, Аластор снова взялся за ножницы, и через некоторое время завязал на шейке плюшевой пёстрой кошечки ошейник с «бабочкой».
Осталось самое сложное – передать подарок. Впрочем, у молодого бокора уже был подходящий план.
– Да, да, уже иду, – открыла дверь афроамериканка средних лет, – О, сэр, Вы сегодня были в гостях у моих господ… Что-то случилось?
– Нэнни, верно? – чуждый предрассудкам, Аластор приветливо приподнял кепи.
– Да, сэр.
– Нэнни, очень прошу Вас выполнить одну мою просьбу: отдать ребёнку ваших господ вот это, – будущий Радиодемон протянул ей кошечку.
– Как красиво, сэр! Погодите, – новая знакомая втянула запах, исходящий от плюша, – Да это же настоящий вуду-талисман!.. Постойте, я знаю Вас. Вы ученик мадам Бониты. И это оберег для малыша? Вот здорово!
– Думаете, ему понравится?
Женщина задорно фыркнула:
– Это Вам не банальный мишка, а игрушка, которой нет больше ни у кого! Конечно, понравится! Даже не извольте волноваться. Я передам.
– Простите, что потревожил Вас среди ночи.
– Всё в порядке… Вас что-то связывает с этим ребёнком? Он Ваш?
Ал, не удивлённый вопросом (прислуга всегда или почти всегда знает больше, чем говорит), покачал головой:
– Нет, но он очень дорог мне. И я не могу разбить сердце его матери, даже если правде суждено умереть вместе со мой.
– Я понимаю… – Нэнни бережно прижала оберег к груди, – Спокойной ночи, сэр.
Снова нырнув во мрак и идя окольными путями до своей городской квартирки, Аластор раздумывал, настало ли теперь его время.
Он потерял Джой. У её ребёнка впереди прекрасное будущее и хорошая любящая семья.
Нет. Мадам Бонита сказала, что стать бокором может только тот, кто потеряет всё.
Вообще всё.
Марди, не покидавшая плеча хозяина, посмотрела в упор на Чарли. В её васильково-голубых глазах мелькали картины будущего.
– Что такое, милая? – Ал погладил кошачью шейку кончиками пальцев, останавливаясь и поворачиваясь к невидимой принцессе ада.
«Хватит!» – попросила принцесса, и собственный голос, не звучавший будто бы целое столетие, показался ей чужим, – «Марди, хватит с него! Пусть у этой истории будет счастливый конец! Я больше не могу!»
Но это была не сказка из тех, что рассказывают на ночь.
Луизианская тьма вдруг стала липкой и тягучей, словно битум. Образ Ала остановился, колеблясь, будто заснятый на старую бобину.
Через полгода умрёт мистер Смок. Через четыре – мадам Бонита. Оба от старости, без мучений. Но обоих отыщет тот, кто был с ними рядом – их ученик.
Малыш Джой будет расти сильным и здоровым. Однажды даже подерётся с хулиганами, защитив тем самым девочку. Их пути с Алом разойдутся окончательно в день, когда Артуру предложат новую работу, и семья уедет из Нового Орлеана. Как раз вовремя, перед Великой Депрессией. Их след затеряется в дымке, но на последнем отпечатке памяти восьмилетний белокурый мальчик будет с грустью смотреть из окна поезда, а рядом с ним и потрёпанная, но до сих пор любимая игрушечная кошечка с галстуком-«бабочкой» на шее.
Через год после этого сама Марди, Марди из плоти и крови, поймёт, что хочет спать, как никогда, и ранним утром придёт из леса, чтобы напоследок улечься на груди главного человека в её жизни, верша собственный ритуал и сливаясь с его тенью.
Именно так он потеряет всё. И станет бокором, чтобы свершить главную месть своей жизни: убить Джейка Маклахона.
====== Глава 43 ======
Комментарий к Глава 43 Just relax, and let the darkness fall over you…
~NIVIRO
Его имя Аластор – низшее божество мщения во всей своей красоте и неистовстве.
В день, когда он примет решение пуститься на поиски врага, в его судьбе вдруг возникнет Нифти, на грани жизни и смерти. Но поздно. Слишком поздно.
Ему тридцать два. Его ищет полиция, а он ест человеческое мясо и уже как полтора года лично тестирует на себе яды и галлюциногены магии вуду, каждую ночь во сне, в горячечном бреду убивая Джейка – успешного предпринимателя с его воплощением американской мечты – тысячью разных способов. Он помешался, не может выбрать. И не в силах остановиться.
На работе дают отпуск, думая, что он ослабел от голода. Никто не видит внутренней стороны рук, исчерченных веве. Пока он улыбается, кажется, всё идёт хорошо. Никто не замечает, что это не улыбка, а волчий оскал.