– Чарли… моя дорогая.
– Да? – почти что шёпотом вторила ему наследница престола Преисподней.
– Я даже не знаю, с чего начать, и…
Сквозь радиопомехи внезапно прорвалась фортепианная мелодия. Ал затряс головой:
– Погоди, это случайность, случайность!
– Я знаю эту песню, – удивлённо повела головой девушка, – Это же тема из «Облачного атласа», называется «Всё границы условны».
– Что ж такое, она всё звучит, не могу отделаться.
– Аластор.
– Сейчас-сейчас, я её…
– Ал, – она встала, и, выйдя из-за стола, положила руку демону на плечо, – Дай… послушать. Пусть просто… напомнит о хорошем.
«Я знаю, это был твой первый поцелуй. Знаю, ты в смятении. Ты слишком долго был один, и я, кажется, понимаю, что ты чувствуешь, ты боишься. А хочешь быть непробиваемым»
– Чёрт, – мужчина закрыл лицо ладонями, – Я должен сказать тебе кое-что, но не могу.
– Понимаю. Мне тоже надо тебе кое-что сказать, и я тоже не знаю, как это сделать… Глупо, да?
– Нет, не глупо. Слова… Несовершенны.
– Тогда… – Чарли вздохнула и зажмурилась, словно собираясь съезжать вниз на американских горках, – Вспомни «Облачный атлас» и сделай то, чего ты НЕ сделать не можешь.
– Даже если это приведёт к последствиям, которые я не могу предугадать, выглядит полным безумием, касается не одного меня и теоретически может навсегда выбить из привычной колеи? – перед глазами Радиодемона замелькали смутные очертания путешествия, совершённого с Амат, и личные проблемы временно отодвинулись на другой план.
– Это всего лишь жизнь, в ней всегда так, – увидев, что собеседник встал, Чарли ласково дотронулась до его щеки, – Кто знает, что будет завтра? Да мы даже не знаем, что будет в следующую секунду.
Оленье ухо дёрнулось от стука в дверь.
– Нет, ну это надо, кого принесло в такой момент?! – почти что прорычала девушка, полная решимости выпроводить незваного гостя вон.
Правда, несмотря на рьяное возмущение, оба тайно обрадовались от того, что их прервали. Иногда неизвестность и желание оставить всё «как есть» действует словно лёгкое седативное: вроде как спокоен, даже чуток расслаблен, и всё идёт как надо, то есть никак.
Комментарий к Глава 48 Оригинальное название темы из “Облачного атласа” – All Boundaries Are Conventions. Можете послушать и решить, подходит ли она нашей парочке 🙃
====== Глава 49 ======
– Угадай, кто? – на пороге стоял Люцифер собственной персоной.
– О. Привет, папа.
– Привет, золотко. Выглядишь растерянной, ты не одна? Я помешал?
– Не слишком-то… Заходи. Мы завтракали и обсуждали… дела отеля, да, Ал?
– Владыка, – судя по кончику носа Аластора, он склонил голову перед правителем градусов на 10, не более.
– Яблочко моё, – Люцифер снисходительно погладил дочь по голове, – Неужели ты думаешь, что меня так просто обмануть?
Аластор, принявший эту фразу за вызов, тут же расплылся в улыбке, которую Чарли за год изучила уже очень хорошо: модель «бесящий олень-провокатор». Только бы он ничего не сморозил, только бы не…
– Я знаю о стычке с ангелом. Мальодор не хотел говорить, но я давно его знаю и всё же смог вытащить всю подноготную этой истории. Позвольте мне взглянуть на шрамы, я хочу узнать, кто был нападавшим.
– Так уж и быть, – Аластор неохотно принялся расстёгивать рубашку, – Как раз вовремя, а то они уже почти зарубцевались… А что, у ангелов как-то отличаются копья?
– Аластор, Радиодемон, поставивший на колени восьмерых лордов ада, – Люцифер упёр руки в бока, – Обычный ангел и царапины бы на тебе не оставил.
– Пф. Не зря Ваша дочь тоже зовёт меня «папочкой».
Всё. Немая сцена. Пялятся друг на друга, показывая зубы. Чемпионат по демоническим улыбкам, совмещённый с игрой в «гляделки». Хана, это на час, если рычать не начнут.
– Он так шутит, – с нажимом произнесла Чарли, – Это такая шутка, пап!.. Пап?
– Всё в порядке, милая, – они повернулись к девушке одновременно, и принцессе ада остро захотелось отвесить Радиодемону пинка.
– Ладно, ладно, я всё. На сегодня хватит. Обещаю, – Ал снова расцвёл в своей шельмоватой улыбке.
– Очаровательно, – процедил сквозь зубы Люцифер, – Будем считать, что раунд по остроумию остался за тобой, Бэмби. А теперь – раны.
– Да, папочка, – Аластор обнажил шрамы, пока Чарли на заднем плане разыгрывала красноречивую пантомиму, как отрывает лорду голову.
– М-да. Я подозревал, что дело плохо, но чтобы настолько… С другой стороны, чудо, что ты вообще выжил. Тебя отделал Кезеф, – пришёл к выводу Люцифер, отмеряя следы копья пальцами, – А что ты сотворил, кстати, чтобы так его настропалить? Тоже шутил?
– Вроде того: попробовал создать брешь в рай с помощью ангельского пера.
– Да ты, верно, чокнулся, – даже отшатнулся Люцифер.
– Это был эксперимент.
– Но зачем?!
– Разве это не очевидно? Проверял теорию Вашей дочери. И да, Чарли, – Радиодемон перевёл взгляд на девушку, – Несмотря на то, что барьер прорвать возможно, никто из живущих здесь не в состоянии подняться наверх. Мне жаль, милая.
– Ты это… – Чарли тёрла пальцами виски, уговаривая себя не орать, – …понял ДО или ПОСЛЕ того, как выбесил того ангельского Терминатора? Подумай хорошенько, от твоего ответа зависит, зарою я тебя в фундамент по самые рога или нет… Ну?
– Дорогая, ты не так поняла. Мы привыкли думать, что существует лишь два пути. Ад и рай. И всё. Но мы никогда не видели полной картины, в том числе и я.
– Так ты… – Люцифер даже потёр подбородок, – Совершил нечто вроде ритуала?
– А теперь оба живо объяснили мне, в чём дело! – Чарли так разозлилась, что даже выпустила когти и рога, – О чём вы вообще?» Что это за самцовые игры?!
– Милая, я бокор, – мягко взялся за пояснения Ал, – Чёрный шаман магии вуду. Это означает, что мне положено путешествовать по мирам, невидимым глазу. Но со временем делать это стало не так-то просто: моя оленья сущность в состоянии усваивать базовые галлюциногены и даже наркотики. И теперь, когда мне требовалось достичь пограничья, чтобы увидеть новые пути, я оказался в крайне затруднительном положении. Увы, все, кто равен или хотя бы приближается ко мне по могуществу, так или иначе связаны со мной клятвой не причинять зла ни мне, ни тем, кто со мной. Так что да, выходит, я, как говорит современная молодёжь, выбесил небеса, дабы меня измочалили до полусмерти… Извини.
Чарли издала стон, полный осознания тщетности попыток понять мужчин и их приступы неконтролируемого героизма.
– Яблочко моё, а я бы на твоём месте к нему присмотрелся, чуть не подох во имя твоей идеи, – как раз к месту выдал Люцифер, – А как успехи, кстати? Получилось что-то?
– Сэр, я джентльмен!.. Чёрт, Вы не об этом, да?
– О, как перепугался, – разразился хохотом владыка ада, тут же развеяв гнетущую атмосферу в номере, – Дорогая, да он прелесть, просто кривляется. Так что там с поиском, Бэмби? И откуда ты взял ангельское перо?
– С пера и начнём, – кивнул ему лорд, – Хорошо, что вы оба здесь, поскольку вы не представляете, какая долгая история у этого самого пера и идеи о множественности миров… Вы готовы?
– Я всего-то правитель ада, куда мне торопиться. Посидим, выпьем по чашечке кофе, – сострил Люцифер, оглядываясь в поисках стула, – Я весь Ваш, дети.
– У меня есть рассказчик получше, – двинул ушами Аластор, – Должно быть, теперь мы связаны. Она под отелем. Я отведу… Я правильно тебя понял, Амат? Ты желаешь встретиться?
– Правильно, дитя, – раздался могучий голос, и по стенам номера поползли иероглифы, зелёные, словно тина, – Не бойтесь. Я сама перемещу вас к себе. Прямо сейчас.
– Матушка! Если вы так и будете зависать у каждой Соты, мы в жизни не получим инструктаж!
– Прости, Эрелим, – уже привычно улыбнулась своему воспитаннику Анахита, – Ты ведь знаешь, спящие люди завораживают. Ничего не могу с этим поделать.
Соты. Специальные боксы, в которых спят чистые сердцем, удостоенные небес. Ангелами не занимаются душеткачи: крылатая порода должна самостоятельно окуклиться и возродиться уже в новой форме. Иногда на это уходят считанные дни, а иногда…