– Ты можешь сказать, о чём он думает? – удивлённо воззрилась на врача Чарли.
– О, проще простого. Он вбил себе между рогов мысль, что недостоин тебя, поскольку когда-то там где-то там напортачил. Хочет сказать и одновременно не хочет, потому что влюблён. Разрывается… Ты снова покраснела.
– Как… как нам это решить?
– Я бы запер вас на сутки в одном номере.
– Это уже было.
– Значит, недостаточно. В любом случае, – Мальодор встал, проверяя центрифуру, – Отпусти ситуацию, и она разрулится сама собой. Он непременно взболтнёт о своих чувствах, вот увидишь. Уверен. Смотри, сколько он всего наготовил. Если его напоить, начнёт до утра орать в караоке, а завтра уже на стену полезет. Аластор в оптимальной кондиции.
– А его сердце?
– Выдержит, это хороший стресс… Спасибо, я поел. Комплименты повару. И не грузись так сильно. Обещаешь?
– Да, Мал, – девушка с нежностью пожала лапу доктора.
И всё же легко Мальодору говорить с высоты своего авторитета, когда вот это вот всё происходит не с ним. А Чарли ещё поднос на кухню возвращать.
Само решится. Интересно, как?
В кармане ожил мобильник. Отец с радостными новостями о том, что на его запрос о переговорах никто не ответил. Просто шикарно, что может быть лучше?
Погружённая в свои мысли, девушка спустилась с лестницы, и, едва повернув в сторону ресторанного дворика, услышала посвист:
– Кого я вижу! Сама Шарлотта Магне!
Шокированная, она выпустила поднос из рук, и вся лежащая на нём посуда разбилась вдребезги:
– Ма… Маверик?!
В то же время на небесах Анахита силилась до конца смириться с фактом того, что они с Эрелимом и правда спустятся в ад. Это не сон – выдали и копьё, и жуткую маску, похожую (теоретически) на морду демона. Даже с рогами. Вообще-то эту красоту уже полагалось надеть, но ангелица завозилась с ремешками, плюс, вставки-визоры на обратной стороне этого фарфорового изделия предательски впивались в брови.
Эрелим умничка, как всегда. Объяснил ей, как это работает. Маски не дают чёткой картинки, грешники в ней видятся цветными пятнами в оттенках красного и оранжевого, тогда как ангелы в силу того, что живут в холоде, практически чёрные, с голубоватым отливом. Общаться положено при помощи трелей и щелчков, и желательно не переставать молиться. Их с учеником задача – сопровождать и охранять раненного Кезефа, хотя Анахита, как ни старалась, не могла взять в толк, как она или её ученик смогут остановить этот валун с крыльями, надумай он впасть в боевой раж. Да, крыло ангела висит тряпкой, но скорее всего, он будет драться ещё яростнее.
И почему только нельзя решить всё мирно? Да, грешники, да, монстры, но ведь они когда-то были людьми. Как они, скажите на милость, умудряются выживать в том городе, внизу, если, по словам старших ангельских чинов, только и делают, что дерутся, отрывая сородичам если не головы, то непременно конечности? Как-то не сходится.
Для ангелицы она слишком много думает, надо прекращать. Сейчас сама всё увидит, если вообще получится через эту напастную маску.
Зачем столько креплений, они что, хотели, чтобы от этого аксессуара нельзя было избавиться и при попадании бомбы?
– Матушка, всё хорошо?
– Да-да, милый, – тут же перестала ломать голову Анахита, оставив явно запутавшуюся конструкцию в покое. Держится – и ладно.
Сейчас главное – помочь спуститься Кезефу. Они с Эрелимом будут компенсировать его повреждённое крыло.
Вот интересно, даже если они найдут и казнят нападавшего, что это изменит?..
Так, разошлась не на шутку, всё! Нужно сосредоточиться на спуске и не упускать из виду Эрелима. Кезеф сам по себе большой мальчик, а вот её ученика аж потрясывает от благородного желания показать грешникам их место.
– Я помогу, Ваша Светлость, – мягко произнесла ангелица, дотронувшись до руки Кезефа. Тот повернулся к ней с видом столь яростным, что, казалось, он сейчас прожжёт свою маску.
Должно быть, сказывалась прошлая жизнь, но в голове Анахиты промелькнула грешная мысль о том, что мужчины любого вида, вне зависимости от того, крылья у них или рога, нимбы или хвосты, уже не знают, где остановиться, если вознамерились подраться.
Не будет переговоров. Отряд будет убивать и устрашать, пока не отыщут одного… нет, судя по всему, обоих виновников. Таково решение высших. А что может она, Анахита? Молиться, чтобы Бог, их Бог, предпочитающий ни во что не вмешиваться, образумил обе стороны конфликта…
====== Глава 53 ======
В Преисподней же кипели свои страсти, более приземлённые во всех смыслах.
– Я слышал, что ты открыла отель, но и предположить не мог, что ты ещё и прислуживаешь, – незваный гость пошёл навстречу, гаденько улыбаясь, – Тебе бы пошёл костюмчик горничной. Такой чёрно-белый, сладкая моя. Чего же ты замерла, не рада меня видеть?
– Отец сказал, что ты погиб… – попятилась к лестнице Чарли.
– О, неужели? Не будь наивной, детка, он никогда не поддерживал нас как пару. Ты даже не представляешь, в какой дыре я был и как по тебе соскучился.
– Стой, где стоишь! – выпустила демонические когти Чарли, – Жив или нет, я помню, как мы расстались! Ты использовал меня!
– Но я же тебя люб…
– Не смей это произносить! Т-ты был… альфонсом, вот!
– Быть может, – Маверик фон Элдрич раскинул руки, приближаясь к принцессе ада, – Зато как мы шикарно смотрелись. Вспомни только!
– Милая, что случилось? – в фойе высунулась голова Аластора. Он всё ещё был в фартуке, – А… Какая нечисть вылезла, вы подумайте.
– Что? «Милая»? Чарли, что это за клоун?
Девушку прошиб холодный пот. Маверик ни разу не слышал про Радиодемона?!
– Дам подсказку, – Аластор снял фартук и сдёрнул с волос резинку, – Моё имя Аластор, и тебе тут не рады. Настоятельно рекомендую развернуться на 180º и выйти там же, где и вошёл. В противном случае, я буду вынужден принять меры.
– Да ну? – даже склонил голову бывший принцессы ада, – Чарли, детка, это что же? Ты поменяла меня на… Кто он? Повар? Личный шут, наверное, так улыбается…
– Маверик, быстро дуй отсюда, он тебя прикончит, я не шучу!
– Да-да, заливай, сладкая. Я даже твоего драгоценного папочки не испугался, что мне какой-то… – парень поводил носом, – Олень, верно? Ага, олень.
– Чарли, дорогая, оставайся на месте, там осколки, а мусор я вынесу сам, – Аластор с самым что ни на есть безмятежным выражением лица подошёл к Маверику вплотную, – Даю тебе последний шанс убраться подобру-поздорову.
– А вот нет.
– Как скажешь, – движение Ала было быстрым. Чарли взвизгнула, когда лицо её бывшего прижалось к полу, удерживаемое длинными пальцами.
– Дёрнешься – мозги через нос выдавлю, понятно? – Радиодемон придавил его коленом, – Тебе что было сказано? Убираться отсюда, насколько я помню… Не дёргайся, крысёнок, я третий раз предупреждать не буду!.. А теперь ты извинишься перед Чарли за всё, чем ты её обидел.
– Да я… – всё ещё поразительным образом не осознавая масштабов нависшей над ним опасности, зыркнул на Ала Маверик, – По какому праву ты мне указываешь?!
– О, судя по всему, ты многое упустил за последние годы. Я тот, кто за одну ночь связал клятвой о ненападении восьмерых лордов ада.
– Хорошая брехня. А вот тебе правда: имел я твою Чарли!
Брям!
Аластор влёгкую выбил ему добрую половину зубов, стукнув об пол:
– Последний шанс извиниться, мелкая мразота. Скажешь ещё что-то вроде этого – и я вырву твой язык собственными когтями. Будешь проверять мои слова на истинность?
– Н… Не-не-не, не буду! – сменил-таки пластинку Маверик, испуганно косясь на Чарли уцелевшей половиной лица.
– Шикарно. А теперь будь хорошим мальчиком и повторяй за мной: «Простите меня, мисс Магне, за все недостойные слова, что я говорил, и вещи, которые делал». Давай, не торопись, чтобы чётко и красиво.
Почти что бесшумно из-за двери, ведущей в ресторанный дворик, высунулись головы только что отобедавшей компании.