– Нет, Ваша Светлость! – Анахита схватила Кезефа за руку, но тот дёрнул крылом, заставив ангелицу упасть.
Звяньк!
Маска разбилась.
Женщина осторожно убрала с лица осколок. Визор разбит, а значит…
Она видит ад.
Нет. Только не это! Есть же правила! Грешники не должны видеть их светлые лики, верно?
Но никто не думал, что отряд попадёт на такое побоище!
Была ни была…
Женщина отстегнула маску, разрешив ей упасть в пепел и пыль.
Дым повсюду.
– Ваша Светлость! – ангелица окликнула Кезефа, но не с тем результатом, на который рассчитывала.
– О! Хоть кто-то ещё может говорить по-человечески, – раздалось откуда-то сбоку.
Анахите денно и нощно твердили, что все демоны и грешники – чудовища, так что она никак не ожидала увидеть перед собой довольно миловидного мужчину в белом костюме с эполетами. Опомнившись, ангелица выставила перед собой копьё:
– Не подходите!
– Спокойно, я безоружен, – не повышая голоса, оповестил её незнакомец, – Вы ведь понимаете меня? Вы слышали сообщение об антидоте? Он есть, мы были готовы сотрудничать, что произошло? Хотя можете не объяснять: кто и когда слушал низшие чины…
– Откуда Вам знать?
– О, мадам, – из плеч собеседника вылезли чёрные, пахнущие гарью остатки когда-то прекрасных крыльев, – Приятно познакомиться. Я Люцифер.
Обычно от таких новостей благовоспитанные дамы падают в обморок, но ангелица сочла, что ей сейчас не до этого.
– Анахита, – женщина поймала себя на мысли, что даже свела крылья чуть больше обычного, как будто здоровалась с ангелом более высокого ранга, – Минутку. А Вам что за печаль быть здесь?
– Видите отель? – кивнул в сторону здания падший ангел, – Им владеет моя дочь, а все, кто обороняется – её друзья. Как думаете, если кого-то убьют, она расстроится? Или вы, небожители, до сих пор верите в то, что мы с утра до ночи убиваем друг друга и в ус не дуем?
– Я никогда так не думала, – честно призналась Анахита.
– А теперь, если Вы изволите убрать копьё, я отведу Вас к Кезефу.
– Нет! Вы специально меня обманываете, отец лжи! Нечистый! – припомнив уроки старших, прошипела женщина.
– Вот чей я отец! – не помня себя заорал Люцифер, щёлкая нагрудным медальоном, внутри которого оказалась фотография хорошенькой розовощёкой девочки, – Это моя Шарлотта! Чарли! Хотел бы Вас прикончить – уже прикончил бы, но нет! Я пытаюсь договориться, хотя с ума схожу от волнения! У Вас самой были дети?!
– Я… – ангелица сделала шаг назад, опуская копьё, – Простите меня.
– Ладно, чего уж, – Люцифер лизнул заострившиеся от приступа негодования зубы, – Я проведу Вас к Кезефу. Со мной он говорить не будет, но Вы можете вколоть ему сыворотку, если у моих подчинённых не выйдет. Справитесь?
– Вы действительно видите в этом дыму?
– Демонические глаза, – напомнил Люцифер, тыча пальцем в свои зрачки, по форме напоминающие миндальные орехи.
– В таком случае, Вы видите моего ученика? Низший чин, белокурый, с волнистыми волосами.
– Хм, – Люцифер поводил головой туда-сюда, что-то засёк, а потом отвёл взгляд с деланым равнодушием, – Нет, не вижу.
– Точно?
– Точно. Застройка ада плотная, а видеть сквозь здания я пока не научился. Так что идёмте лучше к Кезефу, – правитель ада ловко подхватил женщину под локоток, – Отыщется Ваш птенчик, куда денется!
На самом деле, Анахита попросила проверить местность как раз вовремя, чтобы Люцифер смог лично узреть результаты доблестного крестового похода Эрелима за головой Энджела.
– За свои дела надлежит отвечать! – не заметив, что перешёл на нормальный язык, ангел гнал трансвестита по переулкам.
– Ого, ты разговариваешь?! – удивился Энджел, – Эй, поосторожнее с копьём! И вообще: мы сделали антидот, только вколоть осталось, маньяк ты крылатый!
– Гнусная ложь!
– Ну прикончишь ты меня, и что? У Кезефа крыло исцелится?
– Не смей марать имя Его Светлости своими нечестивыми губами!
Тут Энджел волею судеб ощутил спиной тупик. Прекрасно. Он умрёт от руки ангела возле помойки. Как романтично.
– Я серьёзно, чел, мы готовы сотрудничать! – гей непроизвольно сполз на корточки, стремясь занять как можно меньше места в узком пространстве, – У меня друган там клятву верности принёс, лишь бы защитить свою женщину, а я виноват, понимаешь?
– Молчи уже! – Эрелим занёс над ним копьё.
– Погоди-ка. Ты раньше не убивал человека, ведь так?
– Ты не человек!
– Вот почему вам нельзя с нами говорить.
Во имя девяти кругов, совсем мальчишка ещё. Трясётся аж.
– Эй. Меня зовут Энджел, а тебя, крылатик?
– Издеваешься?!
– Правда такое имя! Я не выбирал!!
И в ту самую секунду, когда всплыла крохотулечная надежда на то, чтобы наладить разговор…
– ПОЛУЧАЙ!!
Да. Подкравшаяся сзади Молли маханула парня по голове. Бейсбольной битой. Талантище.
– Сестра, ты что?! – Энджел бросился к бездыханному телу, – Мало нам покусанного, теперь ещё и убитый?! Позор на нашу семью! Я почти с ним договорился!
– «Договорился»? Припёртый к стене, что ли? На, горюшко, – Молли передала брату своё оружие, склоняясь над ангелом, – Да жив он.
– Точно?
– Да-да.
– Молли.
– Сейчас гляну, – достав из-за чулка перочинный нож, демоница осторожно перерезала крепежи маски, – О…
– Что?.. Так и знал, совсем ребёнок.
– Дышит. И вовсе не ребёнок, думаю, где-то 19 есть.
– Молли, что… – тут до Энджела резко дошло, и он во все глаза уставился на сестру, – Не-ет! Нет! Фу! Фу, женщина! Я запрещаю тебе пускать слюни на ангела, ты сбрендила!
– Что?! – взметнулась в праведном гневе Молли, – Неси лучше верёвку, я что же, совсем чумная, чтобы вешаться на эту смазливую мордашку?!
– У тебя паутина есть. Сама вырубила – сама и заматывай.
– Слюни я пускаю. Вот на это личико, – ворчала грешница, методично пакуя Эрелима, словно рождественскую индейку, – Совсем уже, правда… Я – на ангела. Пха! Выдумал, фантазёр проклятый… А что мы будем с ним делать?
– Занесём в отель с чёрного хода, что ещё остаётся. Не бросать же его тут.
– А как оклемается?
– Это уже Чарли решит, она у нас хозяйка, – заявил Энджел, взваливая неожиданную «добычу» на плечо.
Именно этот эпизод и увидел Люцифер, после чего счёл, что лучше будет благоразумно промолчать.
Нифти пробиралась под прикрытием дыма быстро, как привыкла, и уже давно бы дошла, куда надо, если бы не безмерное рыцарство Сэра Пентиуса.
– Осторожнее, трещина в асфальте… Камень… Может, я пойду впереди?
Да почему у мужиков вечно включается что-либо, когда их ну никто не просит?!
– Хорошо, – сочла нужным капитулировать демонесса-лолита, – Иди впереди.
Всё, распушился от радости. Как мало нужно для счастья.
Интересно, насчёт свидания он серьёзно? Не любила Нифти все эти танцы с веером. Какой смысл в ритуале ухаживания, если всё это действо так или иначе закончится проведённой вместе ночью и чем-то вроде «Прости, мы друг другу не подходим»? Зачем вся эта бессмысленная трата времени?
Чешуйчатый глупец. Девушка предлагала ему плату за услуги, а он что?
И теперь вместо выполнения миссии горничная должна двигаться со скоростью черепахи и сердиться от дум, распирающих голову, поскольку он – кобра, и не может ползти быстрее!
Обстановку разрядило показавшееся из-за поворота белое крыло.
– А ну ни с места!! – тут же замахнулся разводным ключом Сэр Пентиус, грозно шипя.
– Мать твою, это же мы!! – к ним вышли Энджел и Молли. Невероятно: на плече у гея мешком висел самый настоящий ангел!
– Пент, – как можно более решительно окликнула нага Нифти, глядя, как у того в глазах мелькают соблазнительные сценарии, включающие удар ключом Энджелу по голове. Подумать только! Дрались уже больше года назад, за время проживания в отеле были только короткие словесные перебранки, и вот именно сейчас надо собачиться.
Да если бы Нифти на каждое оскорбительное слово, брошенное ей при жизни, бралась бы за оружие, в Новом Орлеане до сих пор бы ещё не было ни одной живой души.