- Вы простите, Цунаде-сама, - собравшись и взяв свою сущность в узы жесткого контроля, начал Акасуна, аккуратно подбирая слова, чтобы не выставить себя полным идиотом, - но я не совсем сведущ в данном вопросе
- Спермицидная капсула – это всего лишь один из множества контрацептивов, которым пользуются омеги во избежание беременности, - терпеливо пояснила блондинка, а после, будто устав или просто потеряв интерес к собеседнику, как к персоне, откинулась на спинку кресла, слегка приоткрыв свое биополе. – Данный контрацептив не является опасным и к бесплодию не приводит. Капсула, которая содержит но… - женщина исподлобья взглянула на альфу и, недовольно фыркнув, продолжила, - которая содержит специальные вещества, нейтрализующие сперматозоиды, со временем рассасывается и выводится из организма естественным путем, а так, в плане репродуктивной системы, мальчик абсолютно здоров
- Слава богам, - облегченно выдохнул Акасуна, расслабившись: какими бы ни были мотивы внедрения в организм его омеги этой капсулы, альфа был рад тому, что они были и на самом деле его мальчик здоров и сможет в будущем подарить ему ребёнка
- Потом будете возносить хвалебные богам, молодой человек, - резко опустила альфу с небес на землю Сенджу и, открыв свое биополе, надавила на красноволосого так, будто тот был перед ней в чем-то повинен и теперь должен держать ответ, что, впрочем, Сасори и почувствовал, нахмурившись, - а пока что нам нужно решить более насущный вопрос, - Цунаде неусыпно посмотрела на мужчину, и Сасори ничего не оставалось, как вновь подавить свою рычащую сущность и уступить. – Мне изъять капсулу или оставить все так, как есть?
Услышав этот вопрос, Сасори сперва растерялся, так как для него главным было то, что Хаку был здоров, а о какой-то там капсуле он теперь думал явно в самую последнюю очередь, но, уже через пару секунд, альфа осознал суть и важность этого вопроса. Если капсулу изъять, Хаку может забеременеть при первой же течке, чего допускать определенно было нельзя, ведь его мальчику только 16, и его будущее, как человека, пока что не решено, к тому же, он и сам не мог дать гарантии, что сможет вовремя не допустить сцепки, а противозачаточные, как не крути, вредны для организма. Если же её оставить… если оставить, то это избавляло их обоих от многих проблем, вот только Акасуна не был уверен в том, имеет ли он право решать подобный вопрос. Да, он хотел детей, но Хаку, по сути, ещё сам был ребёнком, да и ему, в конце-то концов, только 30, так что ещё лет 5-10 ничего не изменят в его жизни, а вот в жизни Хаку…
- А если её оставить, - осторожно поинтересовался красноволосый, - от этого не будет вреда?
- Нет, - уверено ответила Цунаде. – Я сама часто рекомендую именно такой способ контрацепции, если… - женщина неодобрительно покосилась на альфу и отвесила ему слабый, но красноречивый, ментальный подзатыльник, - если ситуация столь молода и щепетильна
- Мы Пара, - буркнул Акасуна, прекрасно понимая, на что намекает врач, ведь он и сам не раз терзал себя мыслью, что все-таки с интимными отношениями они с Хаку поспешили
- Это не оправдание, - не без укора в голосе заметила Сенджу, с чем Сасори был более чем согласен, а после перевала разговор в прежнее русло. – Капсула не причинит мальчику никакого вреда, но, если надумаете, молодой человек, через две течки её придется заменить новой
- Хорошо, - отвернувшись и закрывшись, так как назидательные эмоции альфы прям таки терзали его душу, буркнул Акасуна, - оставляйте капсулу, но о результатах обследования я расскажу Хаку сам
- Как пожелаете, - слегка недовольно фыркнула Цунаде, поднявшись, чего красноволосый сперва не понял, но женщина, поравнявшись с ним, объяснила суть своего недовольства. – Молодой человек, лучше поговорите с мальчиком о его будущем, он ведь не ваша домашняя зверушка и скоро станет взрослым омегой, которому нужна своя основа в жизни. Хаку освободится через десять минут
Когда альфа ушла, Сасори серьезно задумался над её последними словами. Не то чтобы Акасуна раньше не думал о будущем мальчика, просто откладывал эти размышления, так как у них была более существенная проблема, которая, все-таки слава богам, благополучно разрешилась. Теперь же, действительно, насущным стал вопрос о том, как быть дальше. Сасори ещё не рассказал Итачи то, что Хаку принадлежит к клану Юки, а соответственно, и имеет полное право на земли своего клана, которые находятся сейчас во владении Учих, да и сам мальчик, каким бы ни было его воспитание до этого, о жизни вне улья, а теперь и его дома, знал мало. Хаку нужно образование – это, во-первых, ну, а дальше уже как сложатся обстоятельства. Поднявшись, Акасуна полностью свернул свое биополе и покинул кабинет Сенджу: столь важный разговор со своей Парой он отложил до возвращения домой.
Хаку, и правда, в сопровождении медсестры спустился в холл уже через 10 минут и тут же был заключен в крепкие объятия своего альфы и его плотный ментальный кокон.
- И? – это единственное, что мог сейчас спросить Хаку, чувствуя волнение своего Истинного и не менее волнуясь сам, так как, как бы он не отмахивался от ситуации, возможная бесплодность для него тоже была тяжким бременем, на которое его любимый явно не заслуживал
- Поговорим об этом дома, - Сасори отстранился и, улыбнувшись, погладил омежку по щеке. – Хорошо?
- Хорошо, - мальчик кивнул, понимая, что альфа прав, но все же тревожность никуда не исчезла, а то, что со стороны своего любимого он ощущал лишь позитивные эмоции, придало ему и уверенности, и сил.
- Суй, ты чего? – Саске покосился на друга, который вот уже несколько минут бездумно смотрел на свою порцию пирога, ложечкой отделяя от него мелкие кусочки. Блондин был явно не в настроении, и Учиха это чувствовал очень отчетливо, точнее сказать, чувствовал, будто на себе. Хотя это и неудивительно, ведь после того, как они стали повязанными, эмоции Ходзуки всегда проходили сквозь него, если омега не закрывался, и вот сейчас, сидя в кафе, брюнет ощущал, что друг чем-то подавлен, причем настолько, что даже не в состоянии контролировать свое, полностью восстановившееся, биополе.
- Да ничего, - Суйгетсу вздохнул и, подняв голову, кривовато улыбнулся. – Просто задумался
- Ну, да, - Саске хмыкнул и, раскрыв свое биополе, сразу же опутал блондина сетью ментальных уз, в ответ на что омега ещё больше нахмурился, понимая, что либо ему сейчас нужно говорить, либо вообще не стоило выдергивать одноклассника с уроков и молчать себе в тряпочку
- Я тут на днях случайно разговор наших омежек подслушал… - неуверенно начал Ходзуки, ещё усерднее начиная крошить пирог
- М-м-м, - многозначительно протянул Учиха, задумавшись над тем, где же и при каких обстоятельствах друг мог подслушать разговор Карин и Хинаты именно случайно, если те постоянно были в их компании, за что и одарил блондина легким тычком
- Я серьезно! – возмутился Суйгетсу, отталкивая от себя ментальный витки брюнета и полностью закрываясь. – Они шептались об этом, когда дежурили в лаборантской, а я просто мимо проходил
- Мыл полы за прогул, - сложив руки на груди, уточнил Саске и назидательно посмотрел на стушевавшегося блондина
- Ну, мыл, - не стал отпираться Ходзуки, хотя, по сути, прогуливал-то он по делу, но кто в этом разбираться-то будет: ученика нет – справки от доктора нет, значит, прогуливал, – но суть не в этом. В общем… - омега замялся, а Саске слишком отчетливо, даже сквозь плотный барьер, почувствовал горечь и боль, поэтому сразу же поспешил окутать его своим ментальным коконом, от действия которого все щиты Ходзуки сразу же рухнули, а его витки потянулись к виткам друга. И пусть другие посетители и весь персонал кафе покосились с недоумением на столь странных омежек, Учихе было все равно, ведь, как сказал Итачи, в их связи Суйгетсу – черпающий, а Саске – жертвующий, и пусть суть этой фразы для подростка была не совсем понятна, но он по себе чувствовал, что в их паре повязанных он более силен ментально, а значит, он – опора связи, а друг – её эмоциональная сторона.