Не то чтобы я уж прям так нуждался в сексе, тем более что ради Курамы я готов перетерпеть не один гон, но дело было именно в недоверии. Я так и не смог узнать, что с ним случилось в детстве, и почему он так закрыт сейчас, но я надеялся, что моих чувств будет достаточно для того, чтобы он открылся, доверился, позволил сорвать с себя все эти маски, но, оказалось, этого было недостаточно. Боги, Курама, что же ты от меня хочешь?! Что я должен сделать, чтобы ты перестал видеть во мне угрозу? Как мне доказать тебе, что я – однолюб, и любовью всей моей жизни являешься только ты?
- Привет, - я уже практически подошел к двери своей комнаты, но тут меня ожидал сюрприз, причем сюрприз не из самых приятных
- Что тебе нужно, Югито? – да, сейчас я был зол, раздражен и хотел побыть наедине со своими мыслями, хотя это и не оправдывало мою грубость по отношению к девушке. Её оправдывало то, что эта альфа в последнее время буквально преследует меня, пытаясь навязать свое общество, в котором я совершенно не нуждаюсь, к тому же, она явилась сейчас ко мне в разгар своей овуляции, явно на что-то надеясь. Дура! Вот что мне хотелось выкрикнуть ей в лицо, выплеснув все те эмоции, что сейчас клубились во мне, скрытые плотными щитами, но все же я сдержался: просто не хотелось ввязываться в излишние конфликты и скандалы.
- Какой ты ершистый, - альфа, нагло притиснув меня к двери моей же комнаты, томно взглянула на меня из-под длинных, черных ресниц. – Сразу видно – недотрах
- Не твоего ума дело, - прорычал я, слегка надавливая на девушку ментально, пока что только предупреждая. В принципе, я был сильнее её и мог надавить на неё так, что после ей придется отлеживаться в больнице, но, во-первых, Нии – девушка, пусть и альфа, а, во-вторых, я никогда не считал, что главным показателем силы альфы является его ментальная воля. Все умны разбрасываться энергетикой и оказывать ментальное давление на слабых, но Сенджу всегда считался одним из благороднейших и сильнейших кланов потому, что предпочитал решать все дела и урегулировать все споры именно мирным путем, и я придерживаюсь того же мнения, пусть иногда мне и хочется убрать все эти щиты и прогнуть под себя тех, кто считает себя королями мира, при этом по уши погрязши в дерьме.
- Брось, Хаширама-кун, - альфа посмотрела на меня с таким ехидным блеском в глазах, что мне даже стало не по себе, - все знают, что наш недотрога Узумаки тебе не дает. Даже посмеиваются за спиной, мол, сам Сенджу, а какого-то омежку объездить не может, - так вот оно что: хочет задеть мою гордость альфы. Нет, детка, не получится. Я слишком люблю Кураму, чтобы обращать внимание на сплетни, которые, а я в этом уверен, распускаешь именно ты, а то, что происходит между нами – это наше личное дело.
- Говори прямо: зачем пришла? – пора прекращать этот фарс и раз и навсегда поставить не только точку в наших с Югито отношения, но и её на место. Не думаю, что она осмелится открыто противостоять мне или же попробует что-то сделать Кураме, но у неё слишком умелый и острый язык, которому пора уяснить, что его место за плотно сомкнутыми зубами.
- Да так. Собственно, ни за чем конкретным, - я пытался сообразить суть этой мешанины слов и пропустил тот момент, когда альфа впилась в мои губы требовательным поцелуем. Честно сказать, сперва я растерялся и даже рефлекторно придержал девушку за плечи, но только для того, чтобы отстранить её от себя. Но она, как клещ, вцепилась своими пальцами в мою рубашку, замычала мне в рот и попыталась сплести свои ментальные нити с моими, что было просто верхом наглости, поэтому я и не сдержался. Убрав щиты, я уже собрался оттолкнуть блондинку ментально, тем более что её поцелуй даже на настоящий не походил, скорее, складывалось такое ощущение, что она работает на камеру, но она сама отстранилась, пошло облизав губы и как-то гадко ухмыльнувшись.
- Цель достигнута, - прошипела, словно кошка, альфа и, развернувшись, пошла дальше по коридору. Цель? О чем это она? Что своей выходкой хотела показать, доказать или добиться Нии? Никогда не понимал этих женщин, но альфа настолько гордо и самоуверенно держалась, что у меня возникли сомнения. И тут я почувствовал. Нет, не ментально, ментально потом. Сперва кожей. Спиной. Затылком. Я вздрогнул и обернулся. Застыл. Теперь все стало на свои места.
Теперь все стало на свои места. Все мои сомнения. Все страхи. Вся неуверенность. Все… теперь все понятно и предельно ясно. Я хотел выкрикнуть: «Изменщик!», - но слова застряли у меня в горле, и я только и мог, что хватать воздух, как рыба на суше, и смотреть в эти темные глаза, в которых плескалось замешательство. А я же… я же шел к нему, чтобы сказать, что готов провести предстоящую течку с ним.
Да, мне было нелегко на это решиться, особенно, ввиду того, что в последнее время наши отношения заметно ухудшились, но я так слепо верил в то, что это я во всем виноват, что это я своей выходкой оттолкнул Сенджу и привнес в наши отношения недопонимание, а, оказывается, все было намного проще. Этот альфа просто не представляет, каких усилий мне стоило принять столь нелегкое решение. Я сомневался. Задавался множеством вопросов. Взвешивал все. Подбирал слова и объяснения. Пытался убедить себя в том, что провести течку со своим альфой – это не позор, это естественно, что после я не буду чувствовать себя попользованным, что своим поступком я не скомпрометирую клан, но, похоже, все это было напрасно, потому что… потому что Хаширама Сенджу только что явил свое истинное лицо. Лицо ловеласа и обольстителя. И пусть я не слышал весь разговор, пусть я и понял, что, скорее всего, сам альфа был удивлен и явно не хотел этого поцелуя, но что-то во мне вновь сломалось, причем со звоном, с треском, окончательно и бесповоротно.
- Курама, послушай… - просипел он, делая шаг мне навстречу, а я в это же время отступил на шаг назад. Не хочу, чтобы он приближался ко мне. Не хочу осязать его ментально. Не хочу чувствовать его эмоции. Сейчас я не готов что-либо ответить. Слабость накатила на меня с такой силой, что я едва держался на ногах, и в то же время я не чувствовал ничего. Смотрел на своего альфу, да, пока что так, своего, и понимал, что внутри вместо чувств образовалась пустота. То, что он целовался с девушкой, меня не задело, точнее, задело, но как-то не так, что-то другое, что-то, что не относится именно к моим чувствам к Сенджу. И даже его взгляд, от которого раньше я млел и в глубине которого был готов утонуть, сейчас для меня не означал ничего.
- Потом… - мой шепот был каким-то надрывным, тревожным, пугливым, но я никак не мог собраться и взять себя в руки, чтобы выяснить все самому и сейчас. Я понимаю, что, в принципе, скандал разжигать незачем, тем более что любопытные альфы и беты из соседних комнат уже заинтересовано выглядывали в коридор, но и просто поговорить с Сенджу, войдя к нему в комнату или же выбрав другое место, я не мог. Мне нужно подумать. Решить. Понять, почему этот альфа кажется мне таким чужим. Что он сломал во мне? Что переломил? Причем дважды: в первый раз, когда раскрыл передо мной мир, а второй только что, когда показал, насколько жалки наши отношения, что их не уважают другие, что не считают меня достойным этого альфы, что воспринимают все, как игру, забаву, ожидая, чем же закончится столь увлекательное представление.
- Поговорим позже, - все-таки я смог собраться и ответить, причем ответить твердо и уверенно, а после, с усилием сохранив остатки полурастоптанной гордости, развернуться и уйти. Я чувствовал, что Сенджу сделал рывок, очевидно, пытаясь пойти за мной, но я лишь бросил на него предупреждающий взгляд через плечо, и он застыл. Да, застыл. Как-то пораженно и недоуменно, но я не предал этому особого значения. С десяток пар глаз сейчас сопровождали меня, пока я не подошел к лифту и не скрылся за его дверцами, и это было противно. Такие мерзкие, скользкие, насмешливые взгляды, которые будто твердили: «Ну, и? Что ты предпримешь, омега?». Но в их присутствии я не собирался ничего предпринимать. Хотелось спрятаться, забыться, отгородиться от всего мира, чтобы он забыл о моем существовании, и чтобы завтра, придя в университет, я не слышал шепот за своей спиной.
Прижавшись к стенке лифта, я вздохнул, только теперь заметив, что все это время моя спина была ровной, а плечи прямыми до тянущей боли в мышцах: пожалуй, это был первый раз, когда во мне взыграла кровь Узумаки, не позволив пасть в глазах альф и превратиться в ничтожество. Правда, сейчас я раскис, чувствуя, как по щекам стекают слезы. Не обиды. Нет. Слезы слабости и жалость к самому себе. Мне нужно время. Хотя бы немного времени, чтобы понять, что я сделал не так и где оступился. Мне нужно время, чтобы понять, чего я действительно хочу.