- Они знакомы? – полуспросил-полуутвердил Канкуро, пристально смотря на альф и при этом даже не заметив, как он судорожно вцепился в ладонь омеги. Факт знакомства альф был более чем понятен, как ощущалось и то напряжение, которое повисло над ними, будто незримый, но отчетливо осязаемый купол неприязни и противостояния.
- Не знаю, - слегка вздрогнув, прошептал Инудзука, ощущая негодование своего альфы. – Хидан – корпусник, так что…
- Даруи тоже, - также шепотом ответил Собаку, - бывший
- Второе подразделение Корпуса, - шокировано пролепетал Киба, догадываясь, но, без доказательств, все ещё не веря
- Второе, - омега кивнул в ответ
- Семнадцатый отряд, - сглотнув, констатировал шатен
- Семнадцатый, - обескуражено выдохнул Канкуро, а после перевел опасливый взгляд на омегу, ещё сильнее сжав его ладонь в своей. – Неужели…
- Отойдем и поговорим, капитан, - неожиданно нарушив молчание и тем самым прервав вопрос возлюбленного, предложил Каминари
- Отойдем, лейтенант, - с ещё более пристальным прищуром ответил Хагоромо, - точнее, тоже капитан
Даже не посмотрев на своих, ошарашенных, волнующихся, дрожащих омег, альфы резко развернулись, словно по команде, будто в строю, и отошли не несколько десятков метров, так, чтобы их возлюбленные не могли услышать, очевидно, серьезный разговор.
- Страшно, - прошептал Канкуро, не сводя глаз с разговаривающих мужчин, - вдруг подерутся
- Ума не приложу, - озадачено пробормотал Киба, понимая, что Истинный полностью отгородился от их связи, от чего, в единый миг, стало холодно и тоже страшно. – Я ещё никогда не видел Хидана таким… таким непримиримым. Злым видел, раздраженным, раздосадованным, но таким непроницаемым, отвергающим, холодным – никогда. Боги, - шатен, чувствуя, как дрожат его ноги, опустился на скамейку, - у нас же только все начало налаживаться, и тут как гром среди ясного неба
- Даруи вообще молчалив и спокоен, - присев рядом с шатеном, поделился своими впечатлениями Собаку. – Он же этот, как его, связистом был или разведчиком… не знаю, в общем, - омега вздохнул. – Мой альфа мало рассказывал о своей службе в Корпусе
- Как и мой, - задумчиво протянул Инудзука, видя, что атмосфера разговора между альфами накаляется, - но что-то между ними произошло. Что-то неприятное
- Боги, почему же вам так скучно на своих небесах, - обижено прошипел Канкуро, сетуя на небожителей, а после тоже посмотрел на альф, затихнув в ожидании.
- Занятная встреча, капитан, - когда они остановились, первым разговор начал Даруи. – Не находишь?
- Боги тут ни при чем, - фыркнул пепельноволосый, будучи осведомленным о набожности бывшего лейтенанта и его взглядах в целом, - всего лишь досадное стечение обстоятельств
- И, тем не менее, - стоял на своем Каминари, - вседержители дали нам шанс таки выяснить отношения и высказаться друг другу в лицо, не оглядываясь на вышестоящее начальство и устав
- Хочешь покаяться в предательстве? – Хидан фыркнул, его биополе слегка ощетинилось, щиты стали более плотными, поза агрессивной – альфа был оскорблен и готовился защищать свою честь, и не только свою. – И я говорю не только о себе, а и обо всем нашем отряде
- Я всего лишь исполнил свои прямые обязанности, написав рапорт об операции по свержению авторитарного режима шейха Бали, - спокойно ответил седовласый, хотя его сущность уже приняла вызов, оскалившись и развернув биополе. - Как того и требовал устав
- Как того и требовал полковник, ты хотел сказать, - прорычал Хидан, делая шаг вперед и буквально нависая над мужчиной, который был ниже его ростом. – Скажи, лейтенант, чем наш отряд не угодил начальству, что к нам приставили шпиона? Какова была твоя цель?
- Ты слишком много возмущался, капитан, - спокойно ответил Даруи, но тон его голоса больше не мог обмануть пепельноволосого, теперь он чувствовал в нем твердость, напор, жесткость, которых не замечал раньше, тогда, во время заданий, с того самого дня, как в его отряде появился новый лейтенант, с которым он, бок о бок, сражался и проливал кровь врагов более пяти лет. – Много видел, много спрашивал, много понял. Ты, капитан, - альфа выразительно подчеркнул обращение, - представлял угрозу
- И поэтому наш отряд отправили на то задание, - продолжал Хидан, ухмыляясь, - приказали ликвидировать шейха, разменную монету, зная, что в его гареме голодные альфы сдерживаться не будут, а потом всех под трибунал, - пепельноволосый хмыкнул, - за аморальное поведение и убийство гражданских. А ты, - на этот раз мужчина не сдержался и нанес первый ментальный удар, - в своем рапорте подтвердил, что отряд не получал приказ на полную зачистку объекта, что нам было велено вывести омег из гарема и передать их под опеку Красного Креста, но мы якобы нарушили приказ, насилуя и убивая, хотя ты сам, лейтенант, - обращение альфа прорычал, - изнасиловал и убил не меньше остальных. И ради чего? – ментальные удары не были болезненными или достаточно сильными, чтобы нанести реальный вред, но Хагоромо все же не смог удержаться от того, чтобы не выпустить пар. – Ради повышения? Ради благодарственного пожатия руки от генерала Мей? Ради собственного удовольствия?
- Ради государства, - резко ответил Даруи, нанося ответный, пусть и не очень сильный ментальный удар, потому что они и так привлекли излишнее внимание. – Я, как и ты, капитан, всего лишь исполнял приказ: не допустить разногласий и сепаратизма внутри ІІ отряда Корпуса, которые могли оказать пагубное воздействие на дисциплину в целом. Я – корпусник, достояние государства, альфа без фамилии и семьи, рабочая единица, тебе ли этого не знать, Хагоромо
- Предательству нет оправданий, - фыркнул Хидан, сворачивая свое биополе, - и, как товарищ, простить тебя я не могу, но, как корпусник… - пепельноволосый помедлил. – У каждого из нас были задания, когда приходилось жертвовать, переступать и закрывать глаза, ради государства, - мужчина фыркнул, - так что в какой-то мере понять я тебя могу
- Я после тебя три года пробыл капитаном 17 отряда, - Даруи тоже свернул свое биополе, продолжая говорить в привычной для себя, уравновешенной и спокойной, манере, - но даже мне изменила выдержка, - уголки губ альфы приподнялись в подобии улыбки, - дал полковнику по роже и написал заявление. Выставили меня из Корпуса чуть ли не пинком под зад
- Ты? Полковнику? – Хагоромо недоверчиво приподнял брови и даже в неверии мотнул головой. – Было за что?
- Нас на задание ушло 50, - отведя взгляд, с некой грустью ответил седовласый, - а вернулось восемь, хотя, как я понял, вернуться не должен был никто вообще. Жалко ребят
- Палка с двумя концами, - подытожил Хидан, - точнее будет сказать, пес укусил кормящую его руку
- Наверное, капитан, в учебке из нас с тобой плохо выбивали мятежный дух, - на этот раз Каминари усмехнулся более открыто, - раз мы остались такими заядлыми моралистами
- Дело не в морали, - Хагоромо сплюнул. – Прогнил Корпус – вот тебе и весь ответ
- И, тем не менее, именно Корпус дал нам второй шанс, - философски подытожил Даруи. – Вот я, например, смотрю, ты, капитан, Истинного своего встретил, метка на нем, гуляете – жизнь продолжается
- А сам-то, лейтенант? - фыркнул Хидан, явно не разделяя дружелюбного настроя собеседника. – Жениться надумал, как я понял
- Да я как бы раз уже был женат, - альфа небрежно провел по волосам, но Хагоромо хорошо знал этот жест – признание ошибки, - но не сложилось, а после вот, - Даруи кивнул в сторону скромно отсиживающихся на лавочке омег, - встретил Канкуро но Собаку. Стервец ещё тот был, но ничего: поостыл, ума набрался, вести себя прилично начал, вот я за ним и приударил, - седовласый хмыкнул, - влюбился, в общем. Но, знаешь ли, капитан, брат у него, тот, который сейчас глава, тип жуткий. Я за всю свою карьеру много альф видел, причем всех возрастов, сортов и сил, но этот… - Каминари, слегка прищурился, будто подбирая слова, - необъяснимый, раскусил меня буквально через несколько минут после знакомства, но достоинства ему не отнимать. Хороший глава из него будет, - мужчина одобрительно закивал, - дело будет делать, а не только языком чесать