Сасори фыркнул, вновь напускно и наиграно, что уже вошло у него в привычку, и уже в который раз отпил из своего бокала, подумав о том, что Судьба действительно превратна. Сегодня, восьмого ноября, ему исполняется 30, хотя об этом вновь-таки знают только двое, то есть знают о том, что именно сегодня у него День Рождения и, соответственно, что ему уже 30. Для других же ему только 23, ведь именно примерно на этот возраст он и выглядит, ведь именно в этом возрасте, семь лет назад, он стал бетой.
- Скучаешь? – Итачи плюхнулся рядом с красноволосым и бесцеремонно отпил из его бокала, при этом демонстративно причмокнув
- Глупый вопрос, - констатировал Сасори и, подлив себе виски, тоже сделал большой глоток. – Я же бета, мне в принципе не может быть скучно
- Завязывал бы ты с этой ахинеей, Акасуна, - Учиха укоризненно посмотрел на друга, но тот в ответ лишь буднично пожал плечами. – Здоровье только свое гробишь, а толку – ноль
- А смысл какой в этом самом здоровье? – красноволосый беспристрастно покосился на друга. – Быть бетой – значит, не иметь лишних проблем
- А если встретишь свою Пару? – Итачи лукаво прищурился. – Или тебе все-таки понравится какой-то омега? – альфа определенно знал, о чем говорит, имея в виду именно омегу и именно мужской стати, но лжебета лишь неопределенно хмыкнул, будто показывая всю абсурдность как вопроса, так и возможности подобной ситуации в целом
- Исключено, - похоже, Акасуна тоже знал, о чем говорит, точнее, он был уверен в том, что говорит, - и ты это знаешь не хуже меня, - красноволосый, пожалуй, впервые не только за весь вечер, но и за последние несколько лет взглянул на друга открыто, без уже привычной пелены невозмутимости и холодности, ослабляя свои ментальные узы, дабы дать альфе возможность понять и почувствовать, но после сразу же закрываясь и становясь «самим собой». – Смысл мне быть альфой, если моя омега с другим?
- Сасори, мы уже говорили по этому поводу, - Итачи тяжело вздохнул, действительно понимая мотивы друга, но и не принимая его столь опрометчивого решения, которое медленно убивало в нем сущность альфы
- Да, я знаю, - Акасуна поставил стакан на низкий столик и вновь посмотрел на брюнета. – К тому же, я стал бетой совсем по иным причинам, ты это тоже знаешь, а тот случай просто оказался более чем наглядным перстом богов на то, что мое первоначальное решение было правильным
- Когда у тебя последний раз был гон? – резко сменив тему разговора, осведомился Учиха, чувствуя что-то неладное и начиная волноваться ещё больше
- Не помню, - явно отмахнулся от вопроса красноволосый, но, уловив на себе предостерегающий взгляд друга, все же добавил. – В прошлом году, наверное. В этом точно не было
- Ты убиваешь себя, как альфу и как человека, - брюнет сказал это, уже в который раз, констатируя, зная, что он прав, но, тем не менее, и не надеясь, что друг образумится
- И пусть, - Сасори вновь, и это уже определенно начало раздражать, пожал плечами. – Пока у меня нет смысла быть альфой, я буду оставаться бетой, пусть и проживу вдвое меньше положенного мне жизненного цикла
- Идиот, - только и смог ответить Итачи, зная, что любые доводы и аргументы бесполезны, но и не собираясь оставлять своих попыток образумить друга. Учиха, ещё раз бегло взглянув на красноволосого, коварно улыбнулся, уже явно что-то придумав. Акасуна же в знак картинного удивления только приподнял бровь, впрочем, сразу же теряя интерес к интригам друга, и вновь принимаясь так же безмятежно, в какой-то мере даже флегматично, рассматривать танцующую толпу.
Дейдара посмотрел на часы – до звонка будильника оставалось пять минут. Блондин фыркнул, перевернулся на другой бок и с головой укрылся одеялом, будто пытаясь отгородиться от всего мира. Странно, конечно же: у омеги сегодня свадьба, причем свадьба с любимым человеком, с его Парой, а он лишь фыркает и остается совершенно спокойным. Хотя, нет: Дейдара волновался, очень, волновался так, что не спал практически всю ночь, раздумывая и обдумывая, но предметом его мыслей было отнюдь не бракосочетание, его занимал другой, но, как считал омега, более насущный вопрос – теперь он будет принадлежать альфе. Да, Дей был счастлив, ведь он искренне любил Итачи и хотел быть только с ним, но все же какая-то его частичка противилась столь поспешному решению вступить в брак, пусть даже и со своей Парой, ведь у него были совершенно другие планы на будущее и жизнь в целом, а получилось… в общем, получилось, как получилось.
Дейдара вновь перевернулся, но на сей раз на живот, уткнувшись лицом в подушку и взъерошив свои и без того спутанные волосы: все это – встреча со своей Парой, помолвка, свадьба – все это было слишком быстрым, слишком спонтанным, слишком выбивало из колеи. Ему только 20, а он уже практически замужем, что влечет за собой определенные обязательства. Нет, Дейдара не боялся обязанностей, ведь он – омега, он с радостью создаст уют в своем доме и будет поддерживать своего альфу, да и в брак вступали и в более раннем возрасте, но все же были некоторые «но», из-за которых блондин и чувствовал себя не в своей тарелке.
Противный писк будильника, от которого Намикадзе ещё выше натянул на себя одеяло, прозвучал одновременно с хлопком двери, после чего в комнате стало уже слишком светло и до раздражения радостно.
- Сынок, просыпайся, - с омеги нагло стянули одеяло, и парень в буквальном смысле почувствовал, что над ним нависла грузная тень. – Настал самый счастливый день в твоей жизни, в который ты должен выглядеть как никогда прекрасно
- Я уже проснулся, - буркнул Дейдара, поднимаясь, и, проигнорировав властный взгляд матери, поплелся в ванную
- Так, - Кушина, натолкнувшись на запертую изнутри дверь, недовольно уперла руки в бока, - и что это было, Дей? Синдром невесты?
- Я – жених, - из-за шума воды голос Намикадзе младшего звучал приглушенно, но твердо, от чего альфа ещё сильнее нахмурилась, явно в раздумье теребя пояс легкого цветастого халата
- Дей, сынок, - пару минут спустя, когда шум воды сменился плескающимися звуками, заговорила Кушина уже более мягким, снисходительным тоном, прислонившись плечом к дверному косяку, - когда я выходила замуж за твоего отца, я тоже очень сильно волновалась. Знаешь, - женщина закусила губу, будто обдумывая говорить ей дальше или нет, но все-таки она, собравшись, продолжила, - я даже хотела сбежать. Думала, что я ещё слишком молода для замужества, хотя тогда мне уже было двадцать два. Я мечтала увидеть мир, побывать в других странах, попутешествовать, в общем, просто так, без ограничений и обязательств, только я и неизвестность, - женщина улыбнулась, явно вспомнив о чем-то приятном, - но я так и не решилась и только теперь, уже имея двух взрослых сыновей, понимаю, что правильно сделала, не поддавшись веяниям молодости. Понимаешь, Дей, - альфа прислушалась, будто пытаясь понять, что там, за дверью, делает её сын, и стала говорить дальше только тогда, когда услышала шорох и фырканье, - когда с тобой твоя Пара, мир кажется красочней, ярче, насыщенней, жизнь становится полной и объемной, будто до этого ты был всего лишь частичкой чего-то целого, а теперь сам это целое. Мы же с Минато после свадьбы объездили весь мир, вместе, и это оказалось куда приятней и более запоминающееся, чем бы я просто увидела все это сама
Кушина замолчала, вновь прислушиваясь. Пожалуй, она догадывалась о том, что так гнетет её младшего сына, ведь тот стремился к высотам, нет, не к политическим и не к вершинам власти, а скорее к высотам признания и вершинам избранной профессии, поэтому женщина и переживала, прекрасно зная, что характером младший Намикадзе пошел именно в неё и что от сына, как и от самой себя, можно ожидать чего угодно.
- Я не собираюсь сбегать, - Кушина даже слегка вздрогнула, когда дверь в ванную широко распахнулась, и Дей, тоже одетый в халат, гордо прошлепал мимо неё босыми ногами, тряхнув копной мокрых волос, - но и прыгать от радости до потолка тоже не собираюсь, ведь у нас ещё много дел