Итачи осторожно отложил все шпильки и заколки на прикроватную тумбочку и плавным движением перебросил волосы любимого наперед, чувствуя между пальцев их шелк и тяжесть. Аккуратно, так же чуть касаясь, альфа отодвинул ворот юкато в сторону, оголяя плечо блондина и тут же прикасаясь к бархатному участку кожи невесомым поцелуем. Дейдара задышал чаще, чувствуя манящий запах своего альфы, ощущая его энергетику, которая мерными кольцами обволакивала его всего, погружая в сладостное предвкушение, и вздрагивая от столь невинной, но в то же время распаляющей жар желания ласки.
Омега обернулся, стыдливо придерживая полы юкато на груди и старательно отводя смущенный взгляд. Его альфа, его Пара, его супруг, был рядом, на расстоянии одного прикосновения, и все вроде бы уже было знакомо и пройдено, но, тем не менее, этот миг казался блондину столь новым и неизведанным, что он невольно зарделся, глубоко вдыхая пьянящий аромат и млея в ласкающих его ментальных витках.
- А теперь, тоже по традиции, мы должны снять свадебное юкато друг с друга, - Итачи так хотелось прикоснуться к супругу, что он едва себя сдерживал, пытаясь говорить ровно и сохраняя самообладание, но отзывчивость его омеги на ментальном уровне была столь непосредственной, столь открытой и манящей, что альфа невольно чуть подался вперед, на полную грудь вдыхая обворожительный запах блондина, от аромата которого все пределы сдержанности покорно склоняли голову перед желанием обладания.
Дейдара резко вскинул голову, тут же встречаясь взглядом с любимым и замирая, одурманенный запахом, переполненный чувствами, и ведомый желаниями. Традиции, да, это важно, но близость Пары, прерывистое дыхание супруга, великолепный аромат альфы и неприкрытое вожделение любимого столь явственно ощущались омегой, что их невозможно было игнорировать, да и не хотелось, хотелось поддаться, уступить и принадлежать, хотелось стать единым со своим мужем.
- Да простят нас боги, - на одном дыхании выпалил Дейдара, тут же, в порыве, припадая к губам любимого, перебираясь к нему на колени и позволяя юкато сползти с его плеч, обнажая соблазнительное тело.
Они упали на кровать, утопая в её мягкости, кожей ощущая прохладу простыней и окутывая себя вихрем алых лепестков. Поцелуи – неистовые, влажные, жадные – от которых задыхаешься, благодаря которым пьешь такую сладкую и желанную влагу, которые будто клеймят кожу пульсирующими отметками, под которыми выгибаешься, тянешься, вздрагиваешь и просишь ещё, все больше и больше, как в бессвязном наваждении. Касания рук – легкие, знающие, знакомые – которые сменяются собственническими объятиями, в которых плавишься и которым доверяешься, которые не хочется размыкать, и из которых не хочется выпутываться, будто именно в них сосредоточена пульсация жизни. Запах – сгущающийся, сладкий, терпкий – который проникает в кровь, которым дышишь вместо воздуха, который всколыхивает все естество, манит за собой, бросает в омут вожделения, такой долгожданный, такой неистовый, такой целостный, что желание накатывает волнами, которые, выплескиваясь, превращаются в стоны и крики. Миг проникновения, миг обладания, миг единения, когда вкус кожи слаще меда, когда болезненный поцелуй пьянит пуще хмельного вина, когда в руках выгибается, вздрагивает, извивается великолепное тело, когда плавные, размеренные толчки стают рваными и теряют свой темп, когда оба даруют и принимают в одночасье, полностью доверяясь и отдаваясь друг другу.
Мощная ментальная вспышка накатной волной опалила супругов, вскинувшихся, выгнувшихся, вскрикнувших на пике удовольствия, замерших в сладостной судороге оргазма, прижавшихся друг к другу, дрожа и изливаясь, а после, уже откатным валом, соединенная, сплетенная, связанная брачной меткой, запечатлелась на биополях обоих супругов, чтобы остаться на них навечно.
- Люблю тебя, люблю, - шептал Итачи, целуя любимого в искусанные губы и вздрагивая от каждого сладостного оргазма, который дарует только сцепка, изливаясь в супруга раз за разом, задыхаясь от ощущения пульсирующих жаром стеночек вокруг своей плоти и упиваясь отзывчивостью своей, уже помеченной, Пары
- И я тебя, очень, сильно, вечно, - вторил любимому Дейдара, выгибаясь в крепких объятиях каждый раз, когда волны наслаждения бросали его в беспамятный омут, в котором ощущался только супруг, только его жаркое дыхание, только его ласкающие руки, только его твердая плоть, которая дрожала внутри, вновь и вновь даруя внеземное блаженство
- Дей, любимый, - между вздохами, всхлипами, стонами продолжал нашептывать альфа, - пожалуйста, окажи мне честь и подари, - Итачи вздрогнул, запрокинув голову, а после, все ещё наслаждаясь отголосками оргазма, обессилено рухнул на блондина, едва слышно добавляя, - ребёнка
- Хорошо, - закусывая губу, точнее, прокусывая её до крови, но не только от острого наслаждения, так же тихо выдохнул омега, обнимая своего супруга, прижимая его к себе, вдыхая его дурманящий аромат и перебирая чуть влажные волосы, и в это же время внутренне вздрагивая от саднящей мысли, что он, уже в который раз, обманул любимого, предварительно приняв противозачаточные.
========== Глава 11. Часть 1. ==========
Темари, выструнившись и расправив плечи, вот уже второй час наблюдала за размеренными, выверенными в своей точности и важности действиями члена аттестационной комиссии. Да, день ректора университета БИЗНЭСа не задался с самого утра, причем в последнее время этот факт почему-то стал нормой. Вот уже больше месяца Собаку крутилась на работе, как белка в колесе, разрываясь между делами ректорскими и преподавательскими, но, в силу важности первых, все чаще и чаще переносила свои лекции на неопределенное «потом», а на факультете Инновационных Систем не появлялась вообще. Пожалуй, случись такая кутерьма при других обстоятельствах, Темари была бы только рада тому, что у неё появилась официальная и вполне объяснимая причина, чтобы не посещать свои же лекции на этом факультете, на факультете, где учился слишком наглый и, а девушка это все-таки признала, симпатичный молодой альфа, запах которого и до сих пор чуяла блондинка, проходя по коридорам корпуса напротив, но не в данной ситуации. Темари думала, что это какое-то наваждение, древняя магия, которой, по слухам, владел клан Нара, члены которого ещё с Темных Времен были вхожи в правительственные круга, как советники, регенты или же Серые Кардиналы, но времена изменились, клан Нара утратил свое былое могущество, превратившись в жалкие ошметки некогда величественной в своем социальном статусе семьи. Да, Темари много разузнала о клане Нара, ведь кто осведомлен – тот вооружен, и, честно сказать, была поражена тем, насколько низко пал клан в своем гражданском положении и экономическом влиянии, и если бы не усилия нынешнего главы, Шикаку Нары, который подписал выгодные соглашения с кланами Акимичи и Яманако, то, возможно, клан Нара уже через пару столетий стал бы лишь одним из преданий, которые изучают в школьном курсе Истории Мира.
Темари едва уловимо качнула головой, отгораживаясь от абсолютно не уместных сейчас мыслей и возвращаясь к проблемам более насущным. Примерно месяц назад член Департамента Образования предупредил её о предстоящей аккредитации университета БИЗНЭСа, в связи с чем на голову блондинке и свалилась вся та кипа бумажной писанины, с которой она так усердно и тщательно разбиралась и благодаря которой днем могла отвлечься от мыслей о молодом альфе, ну, а ночью ей помогала забыться и расслабиться её пылкая любовница. Вообще-то бумажная волокита не доставляла блондинке особых проблем, ведь она, как ректор, сталкивалась с ней повсеместно и не понаслышке знала, какие отчеты нужно подавать в Департамент и какими статистическими данными оперировать, ссылаясь на результаты ежегодного мониторинга, чтобы её университет был на плаву, но в этот раз трудности все же возникли. Во-первых, это была первая аккредитация университета на рентабельность и эффективность обучения, по результатам которой в Департаменте должны были принять решение о том, быть БИЗНЭСу университетом, или же понизить ему уровень аккредитации до колледжа, или же вообще закрыть невыгодное заведение. Во-вторых, Темари впервые столкнулась со всеми тонкостями этой самой аккредитации, которая, как оказалось, была делом совсем не шуточным и предвещала уйму проверок, как по документации, так и по знаниям студентов, а также аттестацию преподавателей и самого ректора на профпригодность. Ну, и, в-третьих, девушка, конечно же, знала, что в составе аттестационной комиссии будут беты, на которых невозможно будет повлиять ментально, но то, что эти самые беты изначально будут настроены против и учебного заведения, и самой персоны ректора, блондинка даже предположить не могла и поняла это именно сейчас, цепко следя за каждым движением главы комиссии, который за прошедший час нашел в документации университета уйму недочетов, причем мелочных и никак не влияющих на результативность работы БИЗНЭСа, и только один плюс – количество бумаг.