«Ты мой сын, – сказал тогда отец, – и я буду любить тебя, несмотря ни на что».
Джеймс вытер с глаз навернувшиеся слезы.
Мама взяла его за одну руку, Меган – за другую, и, благодарный им, он стиснул и ладонь матери, и ладонь сестры.
– Может быть, нам стоит подойти к двери? – спросила Меган. – И сказать, что мы когда-то жили в этом доме? Вдруг нам разрешат войти?
– Нет, – сказала мама. – Все нормально и так, – и ее голос был куда спокойнее, чем ожидал Джеймс, спокойнее, чем когда-либо прежде.
«Он звучит умиротворенно», – подумал он, хотя обычно к их матери это слово было неприменимо. Возвращение сюда и то, что она увидела их дом, что-то в ней изменили, и Джеймс был рад, что они совершили эту поездку.
– Нам пора, – сказала мама несколько минут спустя, когда они осмотрели все. – Нас ждет бабушка.
– Хорошо, – ответила Меган.
Они снова сели в машину.
Последним залез Джеймс.
И сразу же прижался к окну, чтобы в последний раз взглянуть на их старый дом.
Джеймс знал – когда-нибудь он обязательно вернется. На это место, где столько всего произошло.
И будет вспоминать то время, когда он был всего лишь маленьким мальчиком.
И будет вспоминать своего отца.