Медленно, опасливо, осторожно он двинулся вперед, в сторону камина.
И снова услышал голоса.
Мужские и женские, молодые и старые, они уже не походили на голоса Джеймса и Клэр. И в произносимых предложениях отсутствовал всякий смысл. Как и тот мужской голос, прежде звучавший в комнате Меган, они называли существующие слова, но так, что те выглядели абсурдно.
…багаж почтового ящика…
…первый пришел стол слизь…
Это была беседа сумасшедших, бубнящих монотонными голосами, перебивая друг друга, и она доносилась из глубины камина. Джулиан уже стоял рядом и, присев на корточки, заглянул в топку.
Дуновение воздуха со свистом промчалось над его головой, справа и слева.
Вот только…
Это был не воздух. У того, что пронеслось мимо, были объем, вес, и нутром Джулиан почувствовал, что оно обладает сознанием, которого он не понимает.
И все закончилось. Гостиная снова стала такой же, как всегда, камин стал просто обыкновенным камином; голосов больше не было. Несколько секунд спустя парадная дверь отворилась, и на сей раз вошли уже настоящие Клэр и Джеймс. Джулиан вышел им навстречу, испытывая облегчение и неожиданное чувство ликования оттого, что они наконец пришли и что они живы.
Клэр нахмурилась.
– Что с твоими волосами?
Джеймс рассмеялся.
Джулиан поднял руку и пригладил макушку. Волосы стояли дыбом там, где над ним пронеслась эта тварь. Пальцами прижал их обратно к голове.
– Это из-за ветра, – солгал он.
– На улице совсем не ветрено… – начала было возражать Клэр, но, перехватив взгляд, который муж устремил на нее поверх головы Джеймса, осеклась. – О-о, – сказала она.
Они обсудили случившееся позднее, хотя в своем описании Джулиан преуменьшил масштаб того, чему стал свидетелем, и ни словом не обмолвился о собственной реакции на то, что с ним произошло. Дети в это время находились в другой комнате, и, прежде чем Клэр начала копать глубже, Джулиан быстро рассказал ей то, что узнал в библиотеке. Она явно воодушевилась, услышав, что на их улице особенно часто происходили убийства и насильственные преступления, хотя сам Джулиан понятия не имел, каким образом она может использовать эту информацию в разрешении вставшей перед ними проблемы. Но, как бы то ни было, было похоже, что теперь надежда пересиливает в ней страх.
Он чуть было не рассказал ей о лице, возникшем на экране его компьютера, но в последний момент решил умолчать. Сегодня и так уже случилось достаточно пугающих событий, чтобы упоминать еще и об этом.
Вечером они занялись любовью, и на сей раз сделали это нормально, нежно и без стыда, так, как у них бывало всегда до того, как они переехали сюда. В этот раз ни один из них не испытывал ни странных, диких желаний, ни необъяснимых навязчивых порывов, ни какого-либо нажима извне. Впечатление было такое, будто некоторых из недавних соитий вообще никогда не было, и они заснули в обнимку, чувствуя себя счастливыми.
Вскоре после полуночи Джулиана разбудил звук чьего-то смеха. Звук был тихим, похожим на шепот, и при других обстоятельствах он мог принять его за шелест ветра. Но Джулиан ясно понял, что это именно смех, и сел на кровати, вслушиваясь в эти призрачные звуки, сначала журчавшие в их спальне, затем вышедшие за дверь и продолжившие удаляться по коридору в сторону кухни.
Сейчас ему больше всего хотелось накрыться одеялом с головой, как в детстве, и дождаться утра. Но Меган и Джеймс были наверху одни, и он моментально сбросил с себя верхнюю простыню и одеяло, встал и торопливо пошел на звук.
Теперь смех звучал в кухне, и Джулиан поспешил туда, по дороге включая везде свет. В кухне он не увидел ничего, но дверь в подвал была открыта, и смех звучал уже где-то там, внизу. Теперь он казался громче и уже не походил ни на шепот, ни на шелест, и, хотя прежде Джулиан не смог бы сказать, смеется ли это мужчина или женщина, сейчас смех определенно казался ему мужским.
Джулиан огляделся по сторонам в поисках какого-нибудь оружия. Оно явно не помогло бы в схватке с чем-то незримым, но если он будет держать его в руке, это наверняка придаст ему больше смелости, и Джулиан открыл средний выдвижной ящик кухонного стола и остановил свой выбор на самом надежном средстве – ноже для разделки мяса.
Он уже собрался подойти к двери, когда краем глаза через окно над раковиной уловил какое-то движение во дворе. Джулиан включил огни, осветившие патио, как раз вовремя, чтобы увидеть, как закрывается узкая маленькая гаражная дверь. Несколько секунд постоял в кухне, не зная, что делать. Самым разумным было бы вызвать полицию. Но он отнюдь не был уверен, что речь тут идет о чем-то таком, что можно было бы решить с помощью вмешательства копов, не был уверен, что то, что вошло в гараж, что бы это ни было, вообще являлось… человеком. И, разумеется, если речь идет не о человеке, лучше всего было бы вообще остаться здесь, в доме.