– Ладно. – Аня устала спорить с матерью и махнула рукой. Она только что закончила делать сложную прическу: сначала накрутила пряди, потом собрала их на макушке, распустив по низу. Побрызгала лаком для волос, а завершила все тонкой кофточкой без рукавов и джинсами. Прихватила пиджак со стула и направилась в прихожую. – Завтрак на плите, я уже все разогрела. Если что, звони.
Девушка надела пуховик, прикрыв голову капюшоном.
– Может, ты найдешь себе кого-нибудь?
– Мама!..
– Ладно-ладно, молчу.
Аня чмокнула мать в щечку и вышла из квартиры.
И нос к носу столкнулась с соседкой напротив.
– О…
– Здравствуй, Аня.
“Тетя Ира всегда со мной здоровается. Она очень приятная женщина. И плюс, мама давно с ней общается. Она въехала в наш дом, когда мне едва исполнилось три года, до этого жили совсем другие люди. Тетя Ира начала меня жалеть, дарила мне игрушки, сладости…”
Девушка отвернулась, чтобы закрыть дверь, но успела заметить в руках высокой женщины в дубленке и норковой шапке два стула, которые та, пыхтя, вытащила на площадку.
– Какое-то мероприятие, теть Ир?
– Не совсем. У нас тут парень молодой умер.
– Да?..
– Может, ты его знаешь, высокий такой, темноволосый, Мишей зовут.
Аня начала смутно припоминать.
Она несколько раз пересекалась с юношей, который в два раза был выше ее. Он вечно куда-то уезжал, пару раз они сталкивались в автобусе, и каждый раз при мимолетней встрече парень подмигивал ей. Девушку это сильно смущало, так как не особо любила внимание со стороны противоположного пола.
– Ну да… Припоминаю…
– Он умер от рака. Сегодня будем провожать.
Аня мысленно пожала плечами.
“Люди умирают каждый день, в этом нет ничего трагичного. Жалко, конечно, парня, но что поделаешь…”
– Ты приходи завтра.
– Куда именно?
– Четвертый этаж. Девяносто пятая квартира.
– Хорошо.
“Забегу перед шарагой”
И девушка отправилась на остановку, выкинув из головы произошедшее.
Трое крепких парней постучались в железную дверь, засунули руки в карманы брюк и отошли в сторону, когда тяжелый засов загремел.
– Вы уже приехали?..
– Клиент где?
Один из новоприбывших внаглую вошел в квартиру и осмотрелся.
– Вот. – Саша показала на тело своего брата, который продолжал лежать на полу.
– Отлично. Парни, заносите! – незнакомец выглянул в подъезд.
Девушка едва успела отпрыгнуть, когда двое парней в куртках и темных брюках, с надетыми как попало шапками, занесли гроб. Тот был длинный, обитый коричневого цвета тканью, с маленьким золотистым распятием на крышке.
На диван бросили одежду, саван, венчик и обувь, а после, ни говоря ни слова, подхватили юношу за руки и ноги и потащили в ванную.
– Ух… Он у вас уже разлагаться начал…
– Да? А мы ничего не почувствовали…
– Запах слышите? Как после хорошей попойки.
Саша поморщилась, потом кивнула.
– Неужели это…
– Да, это от него идет. Рак?
– Ну да…
– Так только больные раком воняют. Из-за химии.
– Вы думаете?
– У меня большой опыт, мадемуазель, так что, знаю, о чем говорю.
Александра пожала плечами и ушла на кухню, чтобы не мешать.
Через полчаса тело парня притащили обратно в зал и принялись его одевать. Закончив переодевание, положили его на дно гроба, завязав руки и ноги.
Накрыли саваном до груди, надели венчик и сунули бумажку с молитвой.
Двое парней остались в подъезде, стояли на площадке и курили.
– Завтра, после часа, мы подъедем и повезем вас на кладбище. – Третий, самый главный, остался в квартире, пристально наблюдая, как Наталья, ни говоря ни слова, отчитывает ему деньги.
Женщина тяжело вздохнула, плотно сжав губы.
Глаза ее покраснели от нескончаемых рыданий, а лицо опухло.
Руки дрожали при пересчете хрустящих купюр.