Глава 5. ЖАЖДА КРОВИ
Аврора не сразу поняла, что произошло. Кто-то толкнул ее в спину, отправляя в полет с двадцатого этажа. Она завопила от боли, когда тело разлетелось на куски от той силы, что ворвалась в нее.
Внезапно боль рассеялась, и Аврора поняла, что она видит очень странный сон. В этом сне она была мужчиной и продиралась через лес, безжалостно размахивая серпом и отсекая от себя каждую ветвь, которая нагло лезла в лицо.
Урожая не было вот уже три года, но он до сих пор не избавился от серпа. Сегодня он воспользуется им в последний раз ― когда проведет ритуал на земле, которая, как говорил его прадед, священна. Если пролить на нее кровь, можно исполнить любое свое желание, и у него таковое имелось.
Сегодня он прольет кровь в последний раз вот этим серпом.
…
Аврора резко пришла в себя и обнаружила, что все еще находится на кровати, вот только Йонас забился в угол от страха. Перестав дергаться, Аврора села, свесила ноги с кровати, затянула шнурок на платье. Она смотрела на Йонаса, но обращалась к духу внутри:
― Ты солгал мне, ты не дух леса, ты обычный убийца. Я все видела. Ты искал эту землю, веря, что она исполняет желания. Здесь было местное поселение ― обычные люди, которые верили в своих богов и жили простой жизнью. Ты перерезал им горло, окропил почву их кровью и распахнул портал в самый ад.
― Это был не ад, глупая. ― Хоть эти слова сорвались с ее губ, они принадлежали не ей, а чудовищу, свернувшемуся клубком внутри нее. Йонас, сидевший в углу с тесно прижатыми к груди коленями, в ужасе посмотрел на нее. ― Но эта земля действительно священна. Загадав свое желание и принеся кровавую жертву, я не знал, что за это последует наказание. Я был заперт в этом колодце столетия и ждал, когда в мой лес забредет потерянная душа, которая смогла бы высвободить меня. Но здесь поселились эти безумные сектанты. Отыскав мой волшебный колодец, они догадались, какими силами он обладает, и стали давать мне задания: отсрочить старость, привести в деревню новую кровь и тому подобное ― словом, смертельная скука. И вот мне наконец-то улыбнулась удача, я познакомился с тобой.
― Ты обманул, наша сделка расторгнута.
Дух засмеялся. Аврора попыталась закрыть рот ладонями, но в ее груди все равно клокотал этот мерзкий смех, лишний раз напоминая, что она больше не принадлежит себе.
― Ты не совсем понимаешь, что произошло, Аврора, ― мягко произнес демон, все еще подхихикивая. ― Не важно кто я, важно то, что ты впустила меня. И я, так уж и быть, сдержу свою часть уговора. Я отомщу убийце Юдит и сохраню тебе жизнь. А затем ты поможешь мне выйти за пределы деревни.
Аврора процедила сквозь сжатые зубы:
― Нет, мне твоя помощь не нужна. Убирайся.
После этих слов ничего не последовало, монстр даже не рассмеялся. Зато Аврора почувствовала, как ее тело приходит в движение: мышцы напряглись, и она поднялась с кровати, затем расправила плечи и убрала волосы за уши.
― Смотри внимательно, Аврора, ― произнес холодный голос без тени веселья. ― Смотри внимательно, как я буду мстить. Это все для тебя.
― НЕТ!
Но ее «нет» утонуло в диком визге Йонаса, который распластался на полу под тяжестью Авроры. Она схватила кочергу, лежащую у печи, и одним быстрым движением опустила острый конец в левую глазницу Йонаса. Он завизжал как свинья, и внутренне Аврора сжалась, в то время как с ее губ сорвался безумный смешок.
Ее сознание раскололось на множество частей. Она хотела смерти Йонаса, но не такой. Она обещала разорвать его на клочки, но то были лишь слова злой девушки. Истинное зло ничем не походило на то привычное чувство гнева, с которым Аврора ежедневно сталкивалась.
Это был ледяной холод в солнечном сплетении, до автоматизма отточенные движения. Здесь не было места сомнениям или угрызениям совести. Ее расколотый разум бесновался, заточенный в клетке, пока бал правил демон.
Вырвав кочергу и разметав по полу кровавые ошметки, Аврора наклонилась к уху Йонаса и шепнула:
― А как оно было с моей сестрой?
Он ничего не смог ответить, извиваясь в предсмертных судорогах. Опираясь на кочергу как на трость, Аврора поднялась на ноги и шумно вздохнула, вскинув голову к потолку. Ее сердце колотилось за двоих, в крови бушевал адреналин.
― Ну как, тебе понравилось шоу?