Выбрать главу

Она так устала, что уже не соображала, что происходит, ее восприятие притупилось до такой степени, что ей казалось, будто она смотрит фильм ужасов, сидя в первом ряду кинотеатра.

Прошла целая вечность, когда она наконец-то почувствовала, что монстр устал. Удушающая дымка перед глазами Авроры рассеялась, и она, сморгнув, обрела прежнюю остроту зрения.

― Что ты наделал…

― Я сделал то, что должен был сделать много лет назад, но не мог. Сидя в клетке как цепной пес, я только давал этим людям взамен то, чего они желали. Теперь пришло время платить. В свое время я точно так же заплатил за собственное желание.

Глава 6. ИСТИНА

― Рори, это ведь ты?

То, что Аврора ощутила, услышав за спиной этот до боли знакомый голос, она бы не смогла описать словами. Это был лучший звук в ее жизни, особенно после тех криков, которыми наслаждался монстр, устроив кровавую баню.

Обернувшись, Аврора встретилась лицом к лицу со своей сестрой.

― Юдит, ― выдохнула она, задрожав от сдерживаемых рыданий. Выронив кочергу, она прижала влажные от крови руки к груди. ― Прости мне, пожалуйста, прости…

Юдит бросилась к ней на шею, сжала в объятиях. Аврора разрыдалась, вцепившись в сестру мертвой хваткой. Бормотала о прощении, о скорби, о том, как она скучала, о том, что не хотела, чтобы так все обернулось…

― Я все знаю, Рори, тш-ш… ― Юдит погладила ее по спине, затем отстранила на расстоянии вытянутой руки и заправила за уши растрепанные волосы. Она изучала лицо Авроры с такой пронзительностью, что та устыдилась: наверное, Юдит ищет в ней признаки колодезного духа. Куда тот подевался, Аврора не знала, лишь чувствовала, что он оставил ее в покое.

― Рори, мне так жаль, ― шепнула Юдит, смаргивая слезы. ― Этого не должно было случиться.

― Но, ― перебила ее Аврора, ― как ты здесь оказалась? Почему ты здесь? Разве…

Юдит покачала головой, прерывая поток вопросов.

― Все не так, как кажется, Рори.

― Юдит! ― Аврора схватила ее за плечи. ― Ты видела Йонаса? Знала, что он здесь? Ты поэтому не ушла ― потому что преследовала его?

― Об этом я и говорю, Рори. ― Юдит взялась за ее запястья и легонько сжала. Аврора до сих пор не верила своему счастью, хоть и ощущала тепло кожи Юдит, будто та не умерла три года назад. Следующие слова, которые Юдит произнесла, разбили это счастье в дребезги:

― Рори, Йонас не был убийцей. Поэтому я и оказалась здесь, в этой деревне. После обвинения я была рядом с ним все эти годы. Я спланировала его побег, я подстроила аварию на дороге, я завела его в эту деревню, в надежде получить помощь. Гораздо позднее я поняла, что мне помогали. Эта земля действительно священна, это она придала мне сил, понимаешь? Три года меня никто не видел и не слышал, но стоило нам попасть сюда, и мы с Йонасом смогли встретиться. Он даже не помнил меня, представляешь? Только потом он узнал, что я была той девушкой, которая… В общем, он не был виновен, Рори.

Аврора отступила на шаг назад, пошатнувшись.

― Не может быть. ― Она вспомнила кочергу, нагревшуюся от тепла ее кожи, заново услышала хлюпанье, с каким оружие покинуло глазницу Йонаса, вспомнила, как он был напуган. ― Нет, нет… Юдит, он пытался сделать со мной то же, что и с тобой! Он же…

― Это был не он. ― Юдит мягко подступила к ней, погладила плечи. Обращалась с ней так, будто Аврора напуганное животное в зоопарке. Аврора и в правду чувствовала себя такой: потерянным диким зверем, оказавшимся в ловушке.

Юдит продолжила, гипнотизируя ее взглядом:

― Рори, тот человек только выглядел как Йонас. Я не знаю, что сделали эти безумцы, но они провели какой-то жуткий ритуал. Там был огромный костер… и… и два креста. Йонаса привязали к одному из них. А к другому привязали сына Флоры ― Исайю. Ему было лет восемнадцать или двадцать, и он был ужасно болен. После этого ритуала душа Исайи переместилась в тело Йонаса. То есть все это время он был мертв.

Услышанное не укладывалось у Авроры в голове. На нее столько всего навалилось, что уже не хватало энергии, чтобы осознать еще и перемещение душ. Кроме того, Юдит говорила с ней, да еще и о ком! О Йонасе ― о парне, которого Аврора считала убийцей; говорила так, будто он был ее другом.