- Так же, как живут и другие. Думаешь, я один такой? Думаешь, с другими жены поступили не подобным образом?
Она схватилась за сердце.
- Костя, милый мой, да я всегда любила тебя, и я вышла замуж по любви. Ничто не двигало мной в тот момент, кроме любви к тебе. Я любила тебя тогда, люблю и сейчас. И мои родители почти сразу после свадьбы переменили свое отношение к тебе. Они поняли, что ошибались. Они поняли свое заблуждение.
Главы 9 - 10
ГЛАВА 9
1
Шум голосов разбудил Кирилла. Он поднялся с постели, встал на пороге своей комнаты, и недоуменно смотрел на родителей.
Константин перевел дыхание, запустил руки себе в волосы, и закрыл глаза. Когда он открыл их вновь, то снова был прежним Константином. Он измученно посмотрел на Елену.
- Со мной что-то происходит, - произнес он.
- Это все из-за этого, - уверенно сказала жена. – Эти отходы, или что это там было, они как-то повлияли на твою нервную систему. Тебе надо еще раз показаться доктору.
- Да что толку. Она не сможет понять того, что творится у меня в душе.
- Тогда, может быть, тебе обратиться к психиатру?
- Я не сумасшедший, - резко сказал Константин.
- Да никто и не говорит, что ты сумасшедший, - примиряющее сказала Елена. – Может быть, он подлечит твои нервы, выпишет чего-нибудь успокоительного.
Константин вскочил с места, и заходил по кухне.
- Нет, ты не понимаешь, здесь дело не в нервах, здесь что-то гораздо глубже. Я это чувствую, но не могу объяснить.
- Но что же еще тут может быть? – недоуменно произнесла жена.
- Я не знаю, но это что-то во мне самом. Словно все сокрытое в глубине сердца вырывается наружу. Мне хочется высказать то, что на душе наболело. И поступить так, как советует мой внутренний голос.
- Внутренний голос? Но, может быть, тебе послушать его?
Константин сжал виски руками.
- Нет, нельзя. От этого будет только хуже всем. Ты не представляешь даже, что может произойти, если я послушаюсь своего внутреннего голоса.
- Неужели же это так страшно?
Елена испуганными глазами смотрела на мужа.
- Страшно? – Тот повернулся к жене. – А что ты знаешь о своем собственном сердце? Ты знаешь, что в нем сокрыто?
- Я свое сердце знаю. Мое сердце – это сердце человека, такое же, как и у всех остальных. Это сердце жены и матери. И долг моего сердца говорит мне…
- Да не о долге речь! – оборвал ее Константин. – Долг – это то, что ты заставляешь себя делать. А тайники своего сердца ты знаешь? Есть у тебя что-то, что ты скрываешь, что ты сдерживаешь в себе? Что-нибудь, чего ты боишься? Что-нибудь, что ты хотела бы изгнать из себя, но что не хочет уходить, что остается частью тебя самой? А?
Елена испуганно попятилась, пока не прижалась спиной к стене.
- Я не знаю. Я не понимаю…
- А ты подумай. Прислушайся к себе, прислушайся внимательнее. Загляни внутрь себя. Я уверен, что это есть в каждом. Бойся тайника своей души!
Яковлев направился в спальню, и принялся одеваться.
- Куда ты? – воскликнула Елена, увидев, что Константин надевает куртку.
- Я пойду к морю. Там мне становится лучше.
- Не уходи! – Елена шагнула к мужу, намериваясь схватить его за руку.
- Не останавливай меня! Так будет только хуже.
Константин скрылся за дверью.
2
Елена сама направилась к Оксане Стычкиной. Она была сильно встревожена поведением мужа, и надеялась на то, что докторша сумеет ему помочь.
Увидев взволнованное лицо Елены, Оксана сразу же поняла, что с Константином что-то случилось. Усадив ее на стул, она заставила ее подробно обо всем рассказать. Та передала весь утренний разговор.
Слушая рассказ, Стычкина хмурилась, хотя не вполне понимала, что же с Константином не так. Она сразу же решила, что с ним произошел нервный срыв, который мог быть вызван недавним купанием в отравленной воде. То, что вода была отравлена, она нисколько не сомневалась.
- Его надо бы немного подержать в нашем лазарете, - вынесла свой вердикт Стычкина.
- Да, но он вряд ли согласится, - возразила Елена.
- Где он сейчас?
- Сказал, что пойдет к морю.
- К морю? Не надо было бы его пускать туда. Кто ж знает, что ему может прийти в голову.
- Но разве же его удержишь. – Елена вытерла слезы. – Оксана, скажи мне, что с ним случилось? Он меня пугает. Ведь он раньше никогда не говорил таких слов. Я боюсь за него.
Стычкина молчала, озабоченно глядя в окно. Она и сама не знала, что можно предпринять.
3
А Константин, тем временем, стоял на берегу, и задумчиво смотрел на море. Серая пленка по-прежнему стояла на месте, противореча всем законам физики, и по-прежнему от нее исходил резкий тухлый запах. Правда, теперь он уже не казался ему таким отвратительным, как раньше. Может быть, это было просто оттого, что он принюхался за эти два дня. А, может быть, по какой иной причине.