- Да что ты, Костян, - примирительно заговорил Игнатий. – Да бес попутал, ну, сам понимаешь. Любопытство заело. Ну, ты же знаешь, как это бывает.
- Тогда рассмотри меня поближе! Вот я, здесь, перед тобой! Ну, как, удовлетворен? Такой я или не такой, каким ты хотел меня увидеть?
И вдруг, ни с того ни с сего, Константин размахнулся, и ударил Игнатия кулаком в лицо.
Мухин взмахнул руками, и рухнул спиной на ограду, съехав по ней на землю. Константин отступил на шаг назад, и сказал:
- Если сломаешь ограду, заставлю чинить.
Игнатий ошеломленно смотрел на Яковлева, не пытаясь подняться. Тыльной стороной левой руки он вытер кровь с губ. На лице его появились одновременно обида, чувство вины, гнев и растерянность. Несколько секунд он продолжал лежать, потом медленно поднялся на ноги, стараясь держаться от Константина подальше.
- И прекрати меня преследовать, ясно? И передай это всем остальным.
Игнатий решил не связываться. Он ничего не ответил, и побрел к своему дому.
Константин, тяжело дыша, смотрел ему вслед. Несмотря на гнев, он испытывал удовлетворение. В глубине души он уже давно хотел ударить Игнатия, и теперь он исполнил свое тайное желание. Внезапно его охватило чувство стыда. Ну вот, Костя, ты и ударил человека. Но другой внутренний голос тут же постарался заглушить стыд. Все правильно, он уже давно пытался достать тебя своими шуточками. Он получил то, что заслужил. И что, собственно, в этом такого. Другие мужики едва ли не каждый день схватываются между собою, с какой стати ты должен все сносить молча. Ты тоже сделан не из железа. Он знал, что половина села его не любила, причем не любили именно за то, что Константин ни с кем не скандалил.
Яковлев покачал ограду, убедился, что она не пострадала, и отправился домой. Впрочем, домой ему тоже идти не хотелось. Он чувствовал себя так, словно стал для всех чужим и ненужным. Куда ему идти, кому он нужен? Оставалось только море.
3
На следующее утро Игнатий Мухин едва ли не с гордостью показывал синяк на лице, поставленный ему Константином, Борису Назарову и Артему.
- Во, полюбуйтесь, что наш тихоня мне поставил.
- Да неужто он? – изумлялся Назаров.
- А кто? Неужели ты думаешь, что я его сам себе засветил?
Назаров качал головой.
- Вот уж никогда бы не подумал, что он на такое способен.
- Видать плохо мы его знали.
- Да как же, ведь всю жизнь вместе в одном селе прожили, - возразил Борис.
- Ну и что с того?
Игнатий огляделся по сторонам.
- Я вот что, мужики, думаю. Я думаю, что на Константина купание подействовало, - заговорщически произнес он.
- Купание? – спросил Артем.
- Купание. Вы же сами рассказывали, что он после него едва живой был.
Артем закивал в знак согласия.
- Точно. Ты бы видел, как он выглядел. Это просто жуть.
- Так вот, я думаю, что эта штука в море вызывает у человека агрессию.
- Так ты полагаешь, что Константин сошел с ума? – спросил Назаров.
- Я не говорю, что с ума сошел, - возразил Игнатий. – Я говорю, что у него повысилась агрессивность. Ты раньше видел такое, чтобы он ни с того, ни с сего на человека набросился?
- Нет. И я не только не видел, чтобы он набросился, я даже не слышал о том, чтобы он с кем-то поругался.
- Ну, вот видишь! А теперь он вон на меня с кулаками налетел. С чего бы это?
Назаров подозрительно посмотрел на Игнатия.
- Не хочу тебя обидеть, но может быть, ты его вынудил на такие действия?
- Как я мог его вынудить?
- Не знаю, но что ты делал в тот момент, когда он на тебя напал?
- Ничего не делал. Просто стоял у его забора, и наблюдал за ним.
ГЛАВА 13
1
Мужики стояли, погрузившись в раздумье, и курили. Игнатий, время от времени, бросал неприязненные взгляды на дом Константина. Остальные тоже с опаской поглядывали в эту сторону.
- Все это как-то весьма необычно и непонятно, - нарушил молчание Назаров.
- А мне кажется подозрительным то, что он раньше был тихим и добродушным.
- Что же в этом подозрительного?
- Ну, как же, человек есть человек.
- Ну и что?
- А то, что человеку свойственно конфликтовать с себе подобными. Не может человек никогда не держать ни на кого обиды.
- Но вот Константин мог же.
- Вот это мне и кажется подозрительным. А что если он просто копил обиды в себе, не подавал виду. А теперь вот выплеснул все это наружу.
- Интересная мысль, - протянул Назаров. – И ты считаешь, что в этом виновата та серая штука в море?
- А что же еще? Ты заметил, что он переменился сразу же после того случая?