Они некоторое время шли молча, отдаляясь от села все дальше и дальше.
- А к кому-нибудь ты испытываешь чувства любви? – спросил отец.
- Не знаю, как и выразиться. Мне не хватает вас с матерью.
- Как это не хватает? – улыбнулся отец. – Мы же пока не умерли.
- Почему-то передо мной все чаще проплывают мои детские воспоминания. Ты и мама. Мне хочется вернуть те годы, но они не возвращаются.
Отец снова улыбнулся. На этот раз в его улыбке было что-то ностальгическое.
- Детство и молодость не вернешь.
- Я знаю. Но у меня такое чувство, что это единственное, что у меня осталось. Мои воспоминания. Словно больше ничего у меня нет.
- Так нельзя, - покачал головой отец. – Такие мысли надо гнать прочь.
- Я знаю. Но они не уходят, не хотят оставлять меня.
- Уныние губит человека. От него надо отвлекаться всеми возможными способами.
- Единственное, что меня успокаивает, это море. Одно из самых счастливых моих воспоминаний, это то, как мы с тобой выходим в море ловить рыбу.
Старик улыбнулся.
- В этом мы с тобой похожи, - признал он. – Здесь, сынок, ты пошел в меня.
- Иногда мне кажется, что море – это единственное, что я по-настоящему люблю.
- А как можно не любить его? – Отец устремил взор вперед, где за деревьями и за небольшим холмом шумело море. – Как можно не любить то самое прекрасное, что создала природа. Морская вода, она же способна менять цвет, как хамелеон. Она то зеленая, то голубая, то синяя, то серая. А ведь она меняется в зависимости от погоды. Когда небо мрачно, море становится свинцовым. Оно хмурится, вместе с небом. А значит, хмурится и природа. Когда на небе яркое солнце, то и на душе хорошо, и море становится ослепительно синим. Оно так радует глаз. А стоит подуть ветерку, как море начинает играть, и становится нежного изумрудного цвета, таким же, как и деревья, растущие на его берегу, как трава. Ведь море же всегда находится в гармонии со всей остальной природой. Не любить море – значит не любить природу. А без природы человек не сможет жить. Это вон, ученые заявляют, что можно вообще на луне жить, без воздуха и без воды. Синтетическим способом все это вырабатывать. Заявляют, что и без солнца прожить можно, под землей, как кроты. Ультрафиолетовые лампы, мол, заменят людям солнце. Э, нет, милые мои. Природа создала человека, и без природы он не сможет прожить. Утверждать иначе – жалкий самообман, глубокое заблуждение.
Старик кивнул в сторону моря.
- И эта отрава, которая тебя едва не сгубила, наверняка, тоже дело рук человека.
- А чьих же, - согласился Константин. – Природа на такое не способна. Губим мы природу, и природа мстит нам.
3
Они плыли в лодке. Константин греб, а отец сидел на корме, наблюдая, как сын работает веслами. Опасное место осталось далеко в стороне, а они продолжали плыть.
Наконец Константин перестал грести. Вадим поежился. Стоял конец октября, и от воды заметно веяло холодом. Он бросил взгляд назад, на береговую линию, где зеленый цвет листвы деревьев начинал превращаться в желтый. Пройдет еще немного времени, и листва опадет, оголив деревья.
Отец оглядел море, расстилающееся вокруг.
- Ты не боишься? – вдруг спросил он сына.
- Чего? – не понял Константин.
- Ведь море – это чуждая человеку стихия. Человек не сможет жить в ней. Не страшно вторгаться в чужую среду?
- Вот уж не думал, что ты такое скажешь, - произнес Константин, поигрывая веслами. – Ведь ты же старый рыбак. Всю свою жизнь провел на море.
- Да, я старый рыбак, - согласился отец. – Море стало для меня почти вторым домом. И все же, я гость на море. Время от времени меня охватывает легкий страх. А вдруг море откажется меня терпеть. Сколько гибнет моряков и рыбаков в море. Не потому ли, что море отказывается терпеть больше нас. Не напоминает ли оно нам о том, что мы полностью в его власти, и наши жизни зависят от его капризов. Впрочем, может быть, я просто суеверен, как и все рыбаки.
- Не ты ли учил меня быть мужественным, - сказал Константин. – Разве не ты учил меня не бояться моря?
- Все так, - согласился отец. – Но все же мы не властны над своей судьбой. Особенно, когда находимся вдали от берега.
- К чему ты все это говоришь? – нахмурился Яковлев.
- Да, наверное, ни к чему, - поразмыслив, сказал Вадим.
Константин посмотрел на отца.