- Да и провались она пропадом, эта работа! Всю жизнь на нее тратишь. А когда же жить? Когда наслаждаться? Когда, в конце концов, самим собой-то быть?
- Артем! – воскликнула мать.
Но тот поднялся на ноги, и вышел из дома.
Мать тревожно смотрела ему вслед. Артем был единственным ее сыном, и она боялась, что с ним может произойти что-либо неладное. А после дождя настало время бояться вдвойне. Пусть уж лучше с ней случиться что-нибудь. Она стара, она уже пожила. Но ее сын должен жить. Она просто обязана сделать все для того, чтобы ее сын выжил.
Засунув руки в карманы, и что-то насвистывая, Артем направился в поле. Он шагал по рыхлой грязной земле, и его большие сапоги с чавканьем оставляли в ней глубокие следы. Несмотря ни на что у Селиванова было прекрасное настроение. Внутри него словно включился какой-то дополнительный источник энергии, который придавал ему сил.
Он чувствовал себя свободным. А что должен делать свободный человек? Разумеется, поступать так, как считает нужным. Свободный человек должен наслаждаться жизнью, получать от нее удовольствие. А какое главное удовольствие для русского человека? Правильно, водка. Водка всегда была лучшим другом русского человека. Чтобы там не кричали разные умники о пагубности пьянства, а без водки никак нельзя. Водка душу греет. Ну, какой нормальный человек не пьет водки?
Артем остановился, и пошарил в карманах. Найдя несколько денежных купюр, он решительно направился к магазину. Сейчас он купит еще водки, и устроит себе настоящий праздник.
Магазин оказался закрыт. Артем посмотрел на часы. Уже давно пора было его открывать. И тут же Селиванов подумал о том, что очевидно продавщица тоже ждет конца света. Ну, конечно, кому сейчас до работы.
Артем присел возле двери на корточки, и закурил.
Работа. Для чего нужно вообще работать, и кто сказал, что труд сделал человека человеком? Какая глупость. Всю жизнь людей в стране держали за рабов. Нет, хватит Артему быть рабом. Пускай другие работают, те, кто хотят.
Артем потряс головой. Нет, он не собирается тратить остаток своей жизни на то, чтобы работать, как вол.
2
Несмотря на ужас, страх и панику, охватившие все село, Оксана Стычкина продолжала выполнять свою работу. И делала она это, вовсе не насилуя себя, а из необходимости, в первую очередь ради спасения собственной жизни, и ради спасения жизни своего мужа. Чувства долга и ответственности не позволяли ей поддаться панике.
Оксана провела тщательный анализ собственной крови, но не обнаружила в ней никаких нарушений. Все анализы были в порядке.
Но Оксана им не верила. Она чувствовала, что с ней что-то происходит. В голове, или же в ее чувствах, но что-то в ней менялось. Что-то внутри нее.
В первую очередь это были воспоминания, нахлынувшие в ее разум. Это были воспоминания детства и далекой юности. Ей вспоминалась ее первая любовь. Любовь была юношеская и наивная, какой она и бывает в этом возрасте. Когда Оксане было четырнадцать лет, она влюбилась во взрослого мужчину. Конечно, сейчас это чувство казалось глупым, но в те времена это было сладостное чувство. Хотя время прошло, этот человек был уже двадцать лет как женат, и чувства Оксаны к нему давно угасли, как и должны угаснуть порывы юношеской влюбленности.
Но почему-то именно теперь эти воспоминания настойчиво возвращались к Оксане, и не просто возвращались. Оксана чувствовала, что эта юношеская любовь снова возвращается к ней, снова овладевает ее чувствами. Стычкина прекрасно понимала, что это глупо, но чувство неразделенной любви не давало ей покоя.
Это было нелепо. Оксана любила своего мужа, и была счастлива с ним в браке. Впрочем, счастлива ли? Всем известно, что настоящего счастья, как такового, не существует вовсе. Слово счастье происходит от понятия «сей час», то есть означает мимолетность. Счастье не может быть продолжительным. Но Оксана не жалела о своем браке. Ей было в нем хорошо, несмотря на то, что у нее, с Михаилом, не было детей. Это ее нисколько не обескураживало.
Тогда в чем же дело? Почему юношеская влюбленность снова возвращалась к ней? Может быть, это была просто-напросто ностальгия по ушедшей юности, ностальгия по первой любви, которая всегда бывает самой чистой и непорочной, и которая была безответной.
Но теперь было совсем другое дело. Она стала взрослой, и любила своего мужа. Впрочем, в последние дни, с тех пор, как на село обрушился этот ужасный дождь, чувство любви к собственному мужу отходило куда-то на второй план. Любовь словно бы исчезала, уступая место юношеской влюбленности. И это тревожило Оксану. Но она надеялась, что все вернется на круги свои, объясняя все происходящее с нею простым стрессом.