Отец Георгий помолчал.
- Я пытался изгнать беса, но моих сил явно недостаточно. Я полагаю, что моя миссия не увенчается здесь успехом, поскольку для этого нужны совсем иные силы, нежели мои.
- Ты полагаешь, что жители этого села одержимы дьяволом? – спросила Светлана.
- Я не вижу иного объяснения. И я боюсь, что если мне даже и удастся отстроить заново храм, его будет ждать та же участь, что и его предшественника.
Отец Георгий устремил взгляд в окно, за которым виднелась недостроенная церковь. На улице шел снег, который покрывал ее белым, мягким и пушистым ковром.
Глава 26
1
Но был в селе человек, который смотрел на все происходящее трезво и здраво. Этим человеком был, конечно, Станислав Меньшов, который, вместе со своей семьей, сумел избежать радиоактивного дождя. Он внимательно наблюдал за жителями села, и ясно видел, насколько сильно все они изменились. Ему было страшно, тем более что жена его боялась вообще выходить на улицу. Она боялась, что люди могут на нее наброситься. Запрещала она выходить из дома и Стасу, но тот знал, что спрятаться от людей невозможно.
Жители села почти совсем перестали контачить друг с другом, все больше и больше замыкаясь в себе, и давая выход своим страстям. Станислав осторожно ходил по улицам, пытаясь понять, что же все-таки творится с людьми, и что он может предпринять, чтобы вывести их из этого состояния.
Однажды он снова встретил на улице Бориса Назарова. Тот в полном безделье слонялся по улицам и, похоже, был полностью доволен своей судьбой.
- Здорово, Стас! – воскликнул он, едва завидел Станислава. – Ну, как поживаешь?
- Живу потихоньку, - отозвался Меньшов, не спуская с Назарова настороженного взгляда.
- Ну, и прекрасно! – подхватил Назаров. – Нужно жить, и радоваться жизни. И не ломать себе голову разными вопросами. Эх, я в последнее время все чаще вспоминаю свою прошлую жизнь. На что я ее потратил. Столько радости я мог получить от жизни, а всю ее упустил. Придумывал себе ограничения, какие-то правила. А это все глупости, все неразумно. Эх, будь я помоложе, сейчас бы я так свою жизнь закрутил, что о-го-го просто!
- Вот как, - произнес Станислав. – А чтобы ты сделал?
- Насладился бы сполна всем, чем можно насладиться.
- Водки бы больше выпил или что?
Назаров поморщился.
- При чем здесь водка? Водка – это так, довесок. Пить надо в меру, а иначе это будет уже не наслаждение, а зависимость. А тогда уж какое может быть удовольствие от жизни.
Борис окинул счастливым взглядом село.
- Столько у нас на селе незамужних женщин, уж будь я помоложе, я бы их не упустил.
- О, вон ты куда повернул, - воскликнул Станислав.
- Конечно, мы сами себя сковали условностями, а теперь вот вспоминаем утраченное.
Меньшов немного подумал.
- Слушай, а помнишь, ты несколько дней назад говорил мне, что нуждаешься в помощи? Ты просил меня о том, чтобы я помог вам всем. Вроде бы тот дождь оказал на всех вас негативное влияние, и все такое прочее.
- Это я не в себе был, - сказал Назаров. – Что ты! Просто мы все тогда дождя испугались, знаешь, как нам тогда плохо было. Вот мы и перепугались, поддались этому суеверному страху. Ну, а теперь тьфу-тьфу, время прошло, а мы в порядке.
- А почему же ты тогда работу свою бросил?
- А на что она мне? Платить мало платят, да и вообще хватит работать, на отдых пора. Всю жизнь работаешь, вкалываешь. Ну, и зачем все это надо?
- Жить же на что-то надо, - возразил Станислав.
- Подумаешь, жить. Не в пустыне живем, а в деревне. Проживем как-нибудь.
Станислав внимательно оглядел Назарова.
- А чем ты вообще занимаешься? Как время проводишь?
- Да ничем! Лень! – Назаров добродушно рассмеялся. – Снег кругом выпал, зима на носу. Чем тут можно еще заниматься. Просто отдыхаю.
- И помощь тебе никакая больше не нужна, - продолжал выпытывать Стас.
- Конечно, нет. Господи, да забудь ты о тех глупых словах, что я тебе тогда наговорил, все у меня прекрасно, все нормально.
- А у других? – Меньшов продолжал не сводить с Назарова настороженного и внимательного взгляда.
- А что другие? Если кто не умеет жить, так это его дело. Каждый волен поступать так, как считает нужным.
После того, как они расстались, Станислав долго бросал вслед Назарову взгляды, пытаясь понять, что с ним творится. Он вспомнил, что во время их прошлого разговора, он говорил о том, что еще немного и наступит время, когда он не сможет признать того, что с ним что-то не в порядке. Рассудок будет полностью подчинен сущности. Неужели же так оно и случилось? Борис Назаров полностью переменился. Судя по наблюдениям Стаса, он превратился в полного лентяя и сластолюбца. Раньше о нем ничего подобного нельзя было сказать.