Маг и экстрасенс в возмущении воззрились на нее.
- Ой, я не могу! – воскликнула сквозь смех психолог. – Это цирк! Это настоящий цирк!
- Да они же просто над нами издеваются! – ахнул Игнатий Мухин. Он покрутил головой по сторонам в поисках поддержки. – Мужики, вы слышите! Они же просто над нами издеваются!
- Никто над вами не издевается, - успокаивающе произнесла Евдокия, заблаговременно отступая назад. – Это просто выходки психолога, которая не верит в магию, и совершенно не разбирается в сути вещей. Сама того не понимая, она негативно влияет на весь процесс.
Внезапно Евдокия замолчала, вытянулась, и застыла словно столб. Затем она вдруг задрожала, словно в приступе эпилепсии.
- Я чувствую, - с трудом произнесла она. – Я чувствую, как кто-то пытается повлиять на меня. Это снова он, но я не знаю, кто он.
Глаза целительницы стали закатываться, судороги продолжали сотрясать ее тело.
Юлия Гладий всем корпусом легла на стол, и сотрясалась от смеха. Ее смех становился все более безудержным, похожим на истерический.
Зрители стали угрожающе подниматься со своих мест.
- Да они же над нами издеваются! – снова повторил Игнатий. – Они же просто устроили здесь цирк, чтобы поглумиться над нами. И он с ними заодно. Это он привез их в наше село.
Игнатий указал на Станислава.
Тот испуганно попятился.
- Да вы что, люди, я же для вас старался! Я хотел сделать как лучше!
Он перехватил укоризненный взгляд Бориса Назарова.
- Вы все неправильно понимаете! Я хотел помочь!
- Бейте их! – вдруг закричал Игорь Гуров, бросаясь вперед. – Они же, колдуны проклятые, сами нам проклятье несут!
Все, кто сидел в зале, бросились вслед за Гуровым. Злость, обида, чувство унижения заставили их пустить в ход силу.
Увидев, что дело принимает серьезный оборот, экстрасенс сорвался с места, и метнулся к выходу. Евдокия, моментально прекратив трястись в конвульсиях, тоже повернулась с намерением последовать вслед за экстрасенсом. Но она оказалась недостаточно проворной; кулак Игоря Гурова ударил ее в спину, тем самым, придав ей еще большее ускорение.
Смех Юлии Гладий внезапно оборвался, когда она поняла, что разъяренные сельчане могут наброситься и на нее тоже. Вскочив из-за стола, она бросала по сторонам испуганные взгляды, ища путь для отступления.
Станислав, увидев бегущих к нему людей, отскочил в сторону, в надежде, что гнев его односельчан минует его, и будет направлен лишь против приехавших знаменитостей. Однако Игнатий Мухин бежал прямо на него. Взмахнув кулаком, он попытался ударить Стаса, но тот успел защититься руками. Игнатий всем весом навалился на него, и сбил с ног, так как был значительно тяжелее Меньшова.
Оказавшись на полу, Станислав ухватился рукой за ножку стула, стоящего неподалеку, и запустил им в Игнатия. В следующую секунду он уже был на ногах, и бежал к выходу, надеясь успеть выскочить раньше, чем его настигнут преследователи.
Тем временем, незадачливые знаменитости уже были на улице, где едва не столкнулись с отцом Георгием, который окроплял святой водой здание клуба.
Евдокия, бежавшая впереди всех, резко затормозила, чтобы не столкнуться со священником. Она тут же поняла, откуда исходила та энергия, которую она ощутила в клубе.
Отец Георгий, не говоря ни слова, брызнул на Евдокию святой водой.
Евдокия издала визг, присела к земле, и выставила вперед руки, с согнутыми, словно когти, пальцами.
- Сгинь! – истошным голосом закричала она. – Уйди с моего пути или я наложу на тебя проклятье!
В ответ на это, отец Георгий снова окропил ее святой водой, приговаривая:
- Во имя отца, и сына, и святого духа, аминь!
Евдокия зашипела, и прижала руки к своему лицу, словно в него плеснули едкой кислотой.
В следующую секунду Игорь Гуров, выросший за ее спиной, толкнул Евдокию в спину. От удара она упала на четвереньки, и быстро поползла прочь.
Отец Георгий плеснул святой водой на Игоря Гурова. Тот вздрогнул, и ошарашено посмотрел на священника.
- А ты! Ты что здесь делаешь?! Ты тоже на нас колдуешь?
- Одумайтесь, люди, - начал священник, но тут на Игоря Гурова налетели другие преследователи, и на снегу образовалась куча-мала.
Пользуясь этим, вся троица приглашенных бросилась к своим машинам, которые стояли неподалеку, и стала лихорадочно заводить двигатели.
- Не дайте им уйти! – крикнул кто-то.
Но было уже поздно. Машины отъезжали от клуба. Евдокия высунулась из окна, и послала всем жителям порцию проклятий, и в частности, отцу Георгию, обещая наложить на него порчу.