- Вот как! Но вы же знаете, что с нами произошло. Тогда расскажите мне, что это было такое, и что с нами теперь происходит.
- Мы знаем об этом не больше вашего.
- Ложь, ложь! – воскликнула женщина. – Все вы прекрасно знаете, просто скрываете это от нас. Откуда взялись эти отходы возле наших берегов?
Степанов молчал, но Стычкина ясно видела, что он чего-то недоговаривает. Она пристально смотрела ему в глаза, кипя гневом.
- Мы можем только предполагать, - наконец был вынужден сказать Степанов.
- Предполагать? Что же вы такое предполагаете?
- Два года назад в океане затонул российский танкер с радиоактивными отходами. С тех пор в океане стали происходить непонятные события. В океане происходили мутации, вроде бы, по слухам, появились разумные акулы.
- Эту чушь я уже слышала раньше.
- Возможно, что это и не чушь. Танкер был поднят год назад, но отходы продолжают плавать по океану.
- Они должны уже были давно раствориться, - возразила Оксана. – Или расплыться по всему океану а, следовательно, перестать быть опасными.
- Не знаю, - ответил Степанов. – Я рассказал вам все, что знаю.
Стычкина помолчала.
- А что будет с моим ребенком? Он родится уродом? Он будет умственно ненормальным?
- Мы надеемся, что с ним будет все в порядке, - сказал Степанов.
Но, по его глазам Оксана видела, что он надеется на совсем иное. В противном случае, он бы не был так заинтересован в том, чтобы Оксана рожала.
2
Все три доктора приехали в село, чтобы лично посетить Инну Малькову, а заодно посмотреть собственными глазами на то, что происходит в «Прибрежном». А слухи о невероятных событиях в селе уже распространились довольно далеко, и соседние поселения окрестили «Прибрежное» деревней проклятых, хотя никто из них толком и не знал, что же в нем такого проклятого.
Психолог Лариса Гусева оказалась настоящим профессионалом своего дела. Она сумела найти подход и общий язык практически с каждым, с кем только пожелала. Мальковы в начале встретили докторов из города крайне подозрительно, но уже после нескольких минут общения с Гусевой, они пригласили приехавших в дом.
Инна Малькова, в отличие от своей односельчанки, не испытывала ни малейшего сомнения по поводу того, рожать ребенка или не рожать. Для нее этот вопрос просто не стоял. Поскольку она забеременела, то должна рожать, никакого тут сомнения быть не может. Было похоже, что Инна вообще не беспокоилась за судьбу своего будущего ребенка. Для нее ничего необычного или невероятного в селе вообще не происходило. Она была твердо уверена в том, что ребенок родится абсолютно здоровым, никаких опасений у нее не было.
Но с этих пор Инна и Оксана находились под постоянным наблюдением специалистов, которые внимательно наблюдали за их состоянием, за тем, как протекает беременность.
3
Артем Селиванов проснулся однажды утром со странным чувством и ощущением. Он лежал с закрытыми глазами, и испытывал какой-то необычайный прилив сил. Это была словно смесь различных чувств. Одновременно чувство силы, и чувство, словно он преодолел самого себя.
Артем открыл глаза. Он лежал в своей постели, но ему явственно казалось, будто что-то вокруг изменилось. Вокруг? Или внутри него самого? Его охватывало ощущение полного контроля над собой. Это не было чувством свободы, как ему думалось раньше. Оно казалось скорее наоборот, чувством жесткого самоконтроля. Что-то изменилось. Тело было послушным и готовым подчиняться его воле.
Сев на кровати, Артем почувствовал дикую головную боль. Такую боль человек обычно ощущает в глубоком похмелье. Это и не удивительно, Селиванов и был в состоянии глубокого похмелья. Но, в то же время, ему не хотелось напиться, не хотелось опохмелиться. Вместо этого у него в голове сверкнула мысль: «Господи, зачем же я столько пил!» Ведь он никогда не был алкоголиком, а пил всегда в меру. Что же случилось с ним? Почему он так изменился? Что нашло на него, и когда это началось?
Ответ он уже и сам знал. Все началось в тот проклятый день, когда на село обрушился радиоактивный дождь, или какой он там еще был.
Артем потер руками голову, стараясь унять головную боль. Поднявшись на ноги, он подошел к зеркалу, и взглянул на свое отражение.
Из зеркала на него смотрело красное опухшее лицо законченного пьяницы и забулдыги.
Что это? Кто это? Селиванов поднес руку к лицу, и провел по нему пальцами. Это не может быть его лицо, это не может быть он сам!
- Что со мной? – произнес Артем.
Он не узнал собственного голоса, таким он был хриплым и слабым.