- Но человек нередко занимается и добродетельностью, - возразила Гусева.
- То, что вы называете добродетельностью, настолько мало и ничтожно, что просто больно видеть. Вы, взрослые, даже не можете понять своих собственных чувств, не говоря уже о чувствах других людей.
- Разве чувства человека можно понять?
- А как же иначе? Если человек не будет понимать человека, не будет понимать его чувств, то он не сможет жить во взаимопонимании, следовательно, человек будет враждовать с подобными себе.
Лариса Гусева в восхищении смотрела на Валеру. Ее поражали речи четырехлетнего ребенка. Его мать предупреждала, что его речи могут шокировать, так оно и было. Разум Валеры был иным, чем разум не только простого ребенка, но и вообще человека.
- Откуда у тебя такие познания о человеческой психологии? – спросила она.
- Это заложено природой. И я не понимаю ваших вопросов. Разве у вас все по-другому? Почему вы, взрослые, только тем и занимаетесь, что ищете оправдания своим порокам? Вы любите убивать. Вы оправдываете и облагораживаете войны, считаете убийство на войне подвигом. Более того, вы закладываете в детях любовь к войне, учите, будто бы война делает человека мужественным. Неужели же вы не понимаете простой истины, убийство человека человеком есть самое большое зло, какое только может существовать в мире.
- Но война – это зло, - возразила Гусева. – Люди не хотят воевать, их заставляют это делать.
- Если бы люди не хотели воевать, то никаких войн бы вовсе не было. Войны происходят оттого, что в людях слишком много ненависти. Человек агрессивен, в этом его беда. И чтобы оправдать свою агрессию, человек возвел войны в ранг подвига. И люди никак не желают понять, что пока они не остановятся, пока не подавят в себе эти кровожадные инстинкты, миром всегда будет править зло.
Глава 36
1
Валера и Олеся стали почти неразлучными. Они чувствовали потребность быть как можно больше друг с другом. Однако матери боялись оставлять своих четырехлетних детей одних без присмотра, поэтому были вынуждены сопровождать их повсюду. Это, тем не менее, не останавливало мальчика и девочку, и они гуляли друг с другом, не обращая внимания на своих матерей, которые постоянно следовали вслед за ними на небольшом расстоянии. Необычайно было видеть этих четырехлетних детей, гулявших, держась за руки, словно шестнадцатилетние юноша и девушка. Необычным было и то, что они совершенно не разговаривали друг с другом. Ни разу, сколько видели матери, они не обратились друг к другу, не сказали ни слова. И все же было понятно, что они и не нуждаются в словах.
- Смотри, они ведут себя так, словно, в самом деле, готовятся создать пару, - говорила изумленная Инна Малькова, указывая на детей Оксане Стычкиной.
- Не говори вздора, - отвечала Оксана, весьма пугающаяся такой возможности. – Им всего четыре года. Они даже не могут понимать, что означает это понятие. Но, Господи Боже, как это выглядит жутко. Словно они какие-то инопланетяне или пришельцы, только выглядящие как дети. Ты знаешь, Инна, это пугает меня все больше и больше. Они ведут себя слишком неестественно для детей. Слишком быстро они развиваются, вообще не как люди. У них даже логика иная.
- И они совсем не разговаривают друг с другом. Просто молчат.
- Они находятся друг с другом в телепатическом контакте, - вдруг неожиданно для самой себя сказала Оксана.
- Ты так думаешь? – спросила Инна, ощущая как страх пронизывает ее с головы до ног.
- Я уверена в этом. Если они и в самом деле умеют читать чужие мысли, то им не нужны слова.
Они некоторое время молча наблюдали за детьми.
- Ты посмотри, какое направление они выбирают, - сказала Оксана. – Их всегда влечет к природе, либо к лесу, либо к морю.
- Можно сказать, море их породило, море их и влечет к себе, - произнесла Инна.
Оксана бросила на нее неприязненный взгляд.
- Не говори так, это же наши дети.
Инна ничего не ответила.
А Валера и Олеся гуляли вместе почти каждый день. Иногда они ходили по улицам села, и словно прислушивались к чему-то. Они внимательно рассматривали окна домов, мимо которых проходили, словно ища кого-то, и не находя его.
2
Не менее внимательно, чем родители, за детьми наблюдала и Лариса Гусева. Дети приводили ее в восхищение, но она так и не могла придти ни к какому выводу, не понимая, что же все-таки представляют они собой. Единственное, в чем Лариса не сомневалась, это то, что дети обладали телепатическими способностями. Ей становилось не по себе при одной мысли о том, что дети могут прочесть то, что происходит у нее в голове, смогут узнать все ее помыслы и тайные желания. Это означало, что дети смогут в равной мере изучать ее саму, так же, как она пытается изучить их. Впрочем, они могли преуспеть в этом деле гораздо лучше ее самой.