– Ты как? – Борис встревоженно вглядывался в лицо друга, – я уже начал переживать. Сегодня долго.
– Нормально, – Ильнар с трудом сел, обнаружив, что из носа вылилось довольно много крови, запачкав куртку, благо, что она была тёмной, – мог бы и вытереть!
– Я и вытирал, – ответил буднично друг, помогая встать на ноги, – умеешь ли, знаешь, произвести впечатление!
Стояла ночь. Машины давно увези, у изувеченной ограды никого не было. Пятно крови смыли с асфальта, и он почувствовал острое сожаление, что так и не удалось попробовать хоть немного чужой жизни. Парень теперь сидел под ближайшим деревом, обняв руками колени. Идти домой он явно не желал. Увидев, что Ильнар пришел в себя, он благодарно кивнул ему, прошептав одними лишь губами «спасибо!», поднялся и неторопливо начал растворяться в воздухе, шагнув в иной мир.
– Еще встретимся, – махнул ему Ильнар тоже, отворачиваясь.
– Как всегда, все лавры достаются тебе, – проворчал друг, глядя в ту же сторону, но, естественно, никого не видя, – уже два часа ночи, пошли к тебе. Отсюда ближе. Я замёрз, как последняя собака. Что-нибудь удалось узнать?
– Даже больше, чем надо. И теперь я совершенно не представляю, что с этим мне делать. Если бы ты знал, как я устал! Да и здоровья подводит в последнее время.
– Шаманская болезнь?
– Да, всё хуже и хуже. Я почти не сплю. Хотя и выполняю своё предназначение.
–Это потому, что в своё время ты слишком часто бродил не по своему миру, дружище. А я предупреждал, что если так пойдет – то чужим для тебя станет мир этот! Ты сам прекрасно знаешь, что за всё в этой жизни нужно платить. И если в одном месте прибывает, то где-то очень сильно убывает! А в твоём случае убывает здоровье! – Борис сердито посмотрел на Ильнара, но потом, видя, что тот еле стоит на ногах, приобнял его за плечи, – ладно, чёрт с этим всем, как будет, так будет. Мне ли тебе говорить о жизни и смерти? Пожил уже.
– Преемника мне надо. Не могу больше. А если ты прав, и он появился, то мы скоро встретимся. Желательно, чтобы он уже был обучен. И взрослый. Не люблю детей.
–Где ж такого взять? Тот, кто рождается с шаманским даром – как правило, тщательно скрывает его, боясь показаться ненормальным. Особенно сейчас, когда люди верят только в бесконечную силу денег. Не осталось ничего более важного для молодого поколения. Есть специальные практики, способные приблизить вашу встречу. Я говорил тебе подумать об этом много лет назад, а то вскоре и я, как ты знаешь, оставлю этот мир. И кто тогда позаботится о тебе, а, дружище?
– Не думай, что твоя смерть избавит тебя от меня, – улыбнулся Ильнар, – я знаю тысячу способов не только ходить туда-сюда, но как задержать тебя тут на века. Ты не уйдешь так просто, мой друг. Кто же будет вечно брюзжать и раздавать бесполезные советы? А твои бесценные комментарии? Куда я без них? Мы с тобою еще повоюем! Я обещаю!
Борис, усилием воли подавляя очередной болевой приступ, начавшийся после часов, проведенных на зимнем воздухе, который вполне ожидаемо, начал своё наступление в самое неподходящее время, серьёзно заглянул в окровавленное лицо друга, но, секунду спустя, закинув голову, громко захохотал, испугав какого-то забулдыгу, проходящего рядом.
– Избавь меня от этого! Послушай только себя, какую ужасную участь ты мне готовишь! Словно я твой кровный враг, а не верный соратник! Еще несколько лет рядом со своей женой я не переживу даже после смерти! Даже не надейся со мною провернуть такое!
Кинотеатр
Солнце только поднималось, и его косые лучи, ложась сквозь ажурную занавеску на парту, создавали на коричневой столешнице замысловатый узор. Время тянулось тягуче, дети неспешно шелестели страницами контурных карт, подписывая названия материков и океанов. Учительница, высокая и худая женщина с вечной шишкой на затылке, наклонилась над Марком, заглядывая в его контурные карты.