– Ну что, идём? – поежилась Саша, хотя температура воздуха не ощущалась совершенно, – нам ведь нужно встретиться с ним лицом к лицу?
– Только если у него есть лицо, – мрачно сказал Марк, которому их затея начинала казаться глупой, но первым проскользнув в темный провал, – думаю, мы увидим что-то пострашнее.
Темнота липко обволакивала друзей. Но в мире, где отсутствовали практически все краски и ощущения, это было даже знакомо и не страшно. Под ногами тихо поскрипывал песок, стрекот становился все сильнее и сильнее. Их ждали, поэтому никто и не нападал: жертвы шли сами верным путем. Наконец, тропинка закончилась, и друзья оказались в огромном подземном зале, потолок которого терялся далеко вверху. Ровный пол кончился: теперь это было хаотично разбросанное нагромождение валунов, местами чередовавшихся с темными провалами. В центре пещеры, на относительно ровной небольшой овальной площадке, неуверенно потрескивал слабый костёр, у которого лежал человек, сжимающий в руке нож. Марку он показался знакомым, но в неверном свете костра подробно рассмотреть его он не мог. А за ним стоял ОН. Было видно, что Урв ранен: что-то черное и крайне зловонное сочилось из его многочисленных порезов. Кожа в местах ранения вздулась, по ней расползались по всему телу страшные язвы.
– Как же долго я вас ждал! – словно со всех сторон одновременно прозвучал его вкрадчивый голос, – мне осталось совсем немного, совсем чуть-чуть, чтобы выполнить задуманное! Идите, идите же скорее сюда, ближе!
– Не дождёшься! – воинственно крикнула Саша, делая всё-таки шаг вперёд, – еще посмотрим, кто кого!
– Идите, идите, – шелестел уже еле слышно Тёмный Бог, – сила двоих Проводников сделает меня бессмертным! Я так вас ждал! Всех вас!
– Да мы тебя! – начала было девочка, но оборвала себя на полуслове:
Урв атаковал, едва дождавшись пока его червеобразные слуги закроют своими телами выход из пещеры, тем самым отрезав детям путь назад. Температура мгновенно опустилась значительно ниже ноля. Быстро среагировала только Саша, разгадав, что именно он собирается сделать. Урв взвизгнул, подскочил и метнулся назад, получив полную пригоршню соли туда, где у него предположительно располагалась голова. Огромная кашеобразная масса выкинула вперед членистые руки, но поймала только воздух: отмеревший Нурик со всей силы ударил её кочергой, помешав тем самым схватив подругу.
– Осторожно! – крикнула Саша замершему на месте Марку, видя, что Урв планирует напасть на него, – приготовься, он, кажется, сейчас будет искажать реальность!
– Что ты стоишь истуканом?! Помогай нам, видишь же, он ранен! – воинственно подняв кочергу, обжигая железом тянущиеся к нему щупальца, кричал Нурик, – соберись уже! Добьём его!
Марк почувствовал знакомое ощущение падения, а затем нахлынуло новое: появилось чувство, словно он несется со скоростью света непонятно куда, развалившись на молекулы и растянувшись по огромной площади всей вселенной. Сознание вырвалось из тела и видело только одно: гигантскую круглую пасть, готовую его поглотить. Она пугала, но в тоже время манила, обещая, что секунда – и отступит страх, боль, переживания за родителей и друзей. И Марку всё стало всё равно. Абсолютное безразличие овладело им. Но, в это самое мгновение, его уже новая действительность пошла рябью и он словно провалился сквозь пространство назад, успев почувствовать, какой вибрирующей болью отдается в существе звук ритмичных хлопков его друзей через ставшее на миг общим, сознание. Вышвырнутый, он прокатился по валунам и, ударившись спиной о камень, застонал. Боль волной разлилась по всему телу, сконцентрировавшись между позвонками в районе поясницы тупым покалыванием. Он попытался сесть. Голова кружилась, а перед глазами всё поплыло. Но Марк успел увидеть, как Урв, корчась от болезненных ритмичных звуков, схватил Нурика и, дернув на себя, мгновенно откатился назад, в сторону костра, получив очередную пригоршню соли от Саши. Нурик отлетел к началу пещеры, туда, где по-прежнему закрывали вход своими телами мелкие демоны – слуги. Они, сначала было бросились к нему, но потом, высоко, по-женски завизжав от соприкосновения с многочисленными узлами и металлическими побрякушками на одежде мальчика, кинулись прочь, оставив толстый слой слизи на одежде.
– Нам не убить его! – кое-как поднявшись, закричал Марк, – он же дух, его нельзя убить!