Затем вспыхивает свет, освещая ведущую вниз лестницу.
— Задавай, — говорит Иэн.
— Зачем ты меня вчера напоил? — Я ничего не могу с собой поделать. Я хочу знать это ради собственной гордости. — Это было не для того, чтобы меня соблазнить.
— Разве я тебя напоил? — спрашивает Иэн, начиная спускаться. Он жестом приглашает меня следовать за ним, и я подчиняюсь.
— Три коктейля и стопка текилы? — напоминаю я.
Мои тапочки мягко шлепают по жестким металлическим ступенькам. Иэн все так же, как ни странно, идет босиком. Он ничего не говорит.
— Ты предложил мне выпить, как только я пришла, — гну я свою линию. — А когда я позволила тебе выбрать для меня отраву, ты налил мне, по сути, чистый виски с каплей сахара и абсента. И ты меня поцеловал.
Он останавливается на лестнице. Я замираю на две ступеньки выше него, и когда он поворачивается ко мне лицом, мы оказываемся почти на одном уровне глаз. Его взгляд мягок и полон веселья.
— Так ты не пытался меня напоить, Иэн?
Он оглядывает меня с ног до головы, мягко улыбаясь.
— Ты нервничала, когда пришла. Ты была сексуальной. И у меня сложилось впечатление, что поцелуй тебе понравился.
Я стискиваю зубы, протискиваясь мимо него, чтобы продолжить спуск.
— Ты поставил меня в положение, в котором я унизилась.
Он следует по пятам.
— Унизилась? В чем? Я не вижу никакого унижения. Я вижу женщину, которая знает, чего хочет. Женщину, которая готова рискнуть, чтобы это получить. Прошлой ночью ты не сделала ничего плохого, Кит. Как и я. Слушай, мне не нужен какой-нибудь зажатый писака со страхом перед авторитетами для написания моей книги. Мне нужен кто-то, кто не боится быть собой. Кто может отпустить себя. Удивляться. Спрашивать. Целовать. Трахаться.
Я ничего не отвечаю. Не могу понять, польщена я или раздражена. Он поцеловал меня, чтобы узнать, шлюха ли я? Ладно. Отлично. Полагаю, для того, кто будет писать книгу о его специфическом продукте, в этом есть печальная доля логики.
Я угрюмо топаю вниз по лестнице, а Иэн идет по пятам. Когда мы спускаемся до конца, он останавливается перед еще одной дверью. Она массивная, сверхпрочная и бронированная. Выглядит пугающе внушительно — именно такие двери, как я себе представляю, стоят в банковских хранилищах.
Иэн поворачивается ко мне.
— Готова с ним познакомиться?
По спине пробегает дрожь, и мое скверное настроение тут же улетучивается. Я не могу удержаться от того, чтобы не просиять, глядя на Иэна снизу вверх. Наконец-то я с ним познакомлюсь. Причина написания книги, причина, по которой я здесь. Неуловимый, элитный, самый желанный предмет роскоши в мире: Эрос.
Я никогда в жизни не была ни к чему так готова. Эрос — это технологический прорыв, который изменил то, как мы работаем, как мы живем, как мы в целом воспринимаем компьютеры. Существуют целые ответвления философии и этики, основанные на Эросе. Ходят даже слухи о недавно возникшем культе, созданном исключительно для поклонения ему.
— Да. Да. Я чертовски готова.
Иэн усмехается, вводит код в интерфейс безопасности, и замок на двери отщелкивается. Она медленно открывается, отъезжая справа налево. И затем мы шагаем внутрь.
Мы оказываемся в широком, хорошо освещенном коридоре. Как и лестничная клетка, по которой мы только что спустились, он безликий и серый: невзрачная полоса цементного пола и тоскливые стены. Единственное, что нарушает монотонность — это секции проводки вдоль стены, похожие на прерывистые водопады из проводов от пола до потолка.
— Добро пожаловать в мое логово, — говорит Иэн, широко раскинув руки.
— Похоже на коридор, — говорю я ради своей записи.
Иэн смеется.
— Ты меня не боишься, Кит. Мне это нравится. Многие боятся. — Он поворачивается ко мне. — Ты и правда хотела трахнуть меня прошлой ночью?
Я замираю, застигнутая врасплох этим вопросом. Я колеблюсь, задаваясь вопросом, есть ли какой-то определенный ответ, который он хочет услышать. Но решаю, что нет смысла лгать.
— Да.
Он окидывает меня долгим взглядом, его глаза блуждают по моему телу без малейшего намека на смущение.
— Хорошо. Эрос тебе понравится.
Если бы мне не предстояла встреча с Эросом, я бы уже потерялась в догадках о планах Иэна на наши будущие пьяные поцелуи. Но я слишком переполнена предвкушением, дрожу от волнения и нервов.
Я, конечно, видела Эроса. По телевизору, в рекламе, даже издалека на некоторых выставках с повышенными мерами безопасности в центре города. Но Эрос не для таких людей, как я. Он стоит дороже частного самолета и требует куда большего ухода. Я провела немало исследований, чтобы подготовиться к этому. Я знаю об Эросе всё, что только можно знать — то есть всё, что доступно широкой публике.