Мысль оборвалась, и Лин медленно сполз на бьющийся в судорогах пол. Кислорода в коридоре оставалось все меньше, и у него больше не было сил даже на то, чтобы думать. От нехватки воздуха нашла сонливость, с которой он был не в силах бороться. Мозг отключался постепенно, темнота наступала не сразу, а захватывала по очереди отдельные участки. Но он все еще был способен ощущать. Он ощутил неожиданное дуновение ветра и услышал, как коридор внезапно заполнился сумасшедшим шелестом и свистом. Вместе с этими звуками пришла боль, раздирающая тело на частицы. Лин сцепил зубы от боли, но душа возликовала – он понял: это начало контакта и его нужно пережить. Действительно, боль отступила, однако на смену ей пришло головокружение, вырвавшее его из реальности. Его мозг больше не существовал, он стал вместилищем и выразителем чужого языка и чужой мысли, хаотичных символов, сменяющихся слишком быстро, чтобы разобрать их. Вскоре среди хаоса стали проявляться смутные картины. Глубина, да, большая глубина… твердая порода, наверное, алмазы… давление усиливается, сдавливает в лепешку… темнота. тусклые краски… но он все равно любит этот мир, сейчас это его мир, и он прекрасен…
Эпизод 40
– Эй. Лин, что с тобой? Доктор, очнись!
Громоподобный голос Сафара ворвался в хрупкий мир утонченных энергий и привел его в замешательство. Человека выбросили из подземной страны в холодный коридор колонии К-16. Он открыл глаза и подумал: "Жаль". Лицо полковника, втиснутое в неподходящую по размеру кислородную маску, выглядело страшновато, и Лин не сразу понял, кто перед ним.
– Мы думали, ты задохнулся, – сказал Сафар заботливо.
– Я просто заснул.
– Ты отравился здешним воздухом. Давай, я помогу тебе подняться.
– Я и сам могу…
– Сейчас не до капризов. Обопрись на меня и поднимайся.
Лин не стал сопротивляться и позволил навесить на себя дыхательный прибор. Кислород хлынул в легкие и в глазах сразу прояснилось.
– Все закончилось? – спросил он у обступивших его людей.
– Да, подъем прекратился, – сообщил один из колонистов. – Но проблем все равно стало больше. Запасы кислорода на исходе, причал снесло, все наружные коммуникации разрушены. Представления не имею, как мы будем отсюда выбираться. Связи с базой нет и не будет, и с нашими кораблями тоже. Дай нам Бог продержаться до тех пор, пока нас хватятся и пришлют подмогу…
Сезон ветров окончился строго по часам, автоматика сработала четко и изувеченная колония поползла на поверхность, как делала это уже много раз. Люди встретили это событие тревожным молчанием. Они собрались в смотровом зале и, задрав головы, вглядывались в очистившееся от свинцовых туч небо. Так прошел день и начался следующий, и когда надежд почти не осталось, на планету упала огромна тень. Диск размером с земной город повис в небе, сверкая множеством огней. От него отделился модуль и стал снижаться, увеличиваясь в размерах.
– Кочевники, – с восхищением произнес Сафар, – Это они…
Модуль долго кружил над колонией, выбирая удобное место для посадки. Люди перебегали от одного иллюминатора к другому, стараясь не пропустить момент приземления. Это ведь не кто-нибудь, а сами Кочевники, загадочные и непредсказуемые, благородные и мужественные, если верить земным сказкам!
Наконец посадка состоялась. Гости пробили одну из стен и так полуразрушенного порта и вошли внутрь, большие и квадратные, скрипя тяжелыми доспехами. Застрекотали дешифраторы, и люди услышали механический голос:
– Мы были рядом и получили сигнал бедствия. Что у вас случилось?
Люди и Кочевники смотрели друг на друга с любопытством. Ближайшие родственники человека во Вселенной очень редко заглядывали в Солнечную систему. У них было полно своих дел
– Мы не могли послать сигнал бедствия, это невозможно, у нас нет никакой связи, – компетентно заметил местный инженер.
"Это они, – с благоговением подумал доктор Лин. – Спасибо, ребята".
– Это они, – шепнул он Сафару.
– Кто?
– Это здешние жители решили помочь нам. Я точно знаю.
Полковник странно посмотрел на него и покрутил пальцем у виска …
Погрузка на корабль шла довольно долго. Сначала отправили женщин и детей, затем погрузили на вернувшийся модуль носилки с больными и покалеченными, третьим рейсом на корабль перевезли запасы продовольствия. Всю работу проделали ребята Сафара, потому что колонисты уже еде держались на ногах. Лин остался до самого конца, он все пытался выйти на контакт с подземными жителями, но они не отвечали на его призывы. Подошел Сафар и радостно сообщил: