На лице бритоголовой появилась озабоченность. Она чуть отступила и стала смотреть оттуда, похлопывая своим светящимся стержнем по ладони. Дэвид подумал, что, наверное, напрасно затеял спор с этой женщиной. Они сейчас полностью в ее власти, не стоило ее злить. Женщина понаблюдала со стороны и вновь принялась за работу. Они помолчали.
– Пока вы чисты, – сообщила бритоголовая. – Но это только предварительный осмотр. Вы поставлены на учет.
– О, как вы меня успокоили! – насмешливо произнес Дэвид. – Теперь я могу почесать свой нос?
– Можете. Так вы Язычник?
– Хм. Вы никогда не видели живого Язычника?
– Нет.
– Почему же вы их так боитесь?
– Говорят, они обладают большой силой и могут творить всякие дьявольские чудеса благодаря своим связям с нечистым, – ответила бритоголовая. Было заметно, что она и сама не очень уверена в том, что говорит.
– Никогда не слышал ничего более… идиотского. И после этого вы называете себя учеными… Ученый не может основываться на том, что говорят, он должен опираться на факты! Хотите дам совет? Помашите своей волшебной палочкой перед носом господина Купера. Обещаю, результаты будут очень любопытными.
Женщина растерянно улыбнулась, повела плечами и отошла. Койка слегка дрогнула, и захваты, сжимающие тело, исчезли. Она показала рукой на дверь, предлагая покинуть помещение. Дэвид вопросительно кивнул в сторону спящего Николая.
– Он пока останется, – сказала бритоголовая. – Мы думаем, что этот человек должен быть подвергнут глубинному обследованию. Господин Купер…
– Тогда я тоже остаюсь, – он демонстративно улегся обратно и сложил руки на груди.
Вошли ассистенты – двое также странно одетых бритоголовых людей и трясущийся священник с огромным распятием в руках.
– Так я и думал, все-таки без церковника не обойтись! – громко сказал Дэвид. – А где Купер? Почему этот негодяй не присутствует?
– Господин Купер наблюдает за процессом по монитору, – мягко сообщил священник и прибавил, – для безопасности.
– Да-да, для безопасности, я понимаю, – скривился Дэвид. – Хотя чего господину Куперу бояться с его-то истинной верой! Хотелось бы спросить, как коллега коллегу, куда потом деваются чертики, которых вы достаете?
– В специальный накопитель, – бесстрастно произнес ассистент.
– Накопитель?!
Дэвид хотел еще многое сказать, возмущение кипело внутри и готовилось вырваться наружу. Но что-то произошло – и он отключился.
Очнулся с сильной головной болью на газоне в Парке фонтанов. Навязчиво шумела вода, Он лежал в фиолетовых цветах, мокрых от росы и дрожал от холода. Было то ли утро, то ли вечер. У бордюра стояла группа детей и глазела на него. Возник кибер-смотритель, пробубнил, какую сумму штрафа и куда ему следует внести за порчу газона и удалился. Дэвид, кряхтя, поднялся, шикнул на зрителей, те отбежали, но продолжали глазеть издалека. Он отряхнул выпачканный в траве и земле плащ и подумал: "Как я сюда попал? Почему я не дома и который сейчас час?" И тут он вспомнил: мигающие приборы, блестящие круглые затылки и Николай, весь в проводах и резиновых путах. Коля! Он схватился за голову, бросился сначала в одну сторону, топча цветы, потом в другую и остановился. По щекам поползли горячие капли. Это были слезы бессилия.
Эпизод 13
Сегодня утром доктор Диего торжественно разрешил ему выходить из дому. «Сердце работает нормально, все функции организма восстановлены, – сказал он. – Поздравляю. Можете теперь ходить хоть на голове»,
Они пили чай на веранде и слушали шелест ветра в саду. Доктор Диего аккуратно держал чашку за витую ручку и после каждого глотка так же аккуратно ставил на блюдце, следя, чтобы фарфор не звякал.
– Одни проблемы с этой молодежью, одни проблемы, – продолжал он начатую перед глотком мысль. – Они как с цепи сорвались. Учиться не хотят – и зачем только поступают в академию? Их место не в Академии наук, они и скальпель держат как финку… Им надо в космос, на дальние линии, чтобы побольше опасностей, перегрузки, лишения, грязь, немытые головы. На месте правительства я бы издал указ, запрещающий землянам до 30 лет поступать в вузы. Нечего им там делать! В старину существовала воинская повинность. Слышали об этом? Достиг совершеннолетия – в армию. Вот и для нашей молодежи нужна повинность: закончил школу – и давай, милый или милая. – в глубокий космос на грузовые рейсы, рудники, на раскопки, в ремонтные бригады, в ассенизаторы, куда угодно, только бы подальше от науки.
– Боже мой, доктор, что вы говорите! – ужаснулась Басанти. – По-моему, это было бы несправедливо. Каждый имеет право получить образование.