– Ни за что! – черные глаза юноши горели сумасшедшим огнем. – Я хочу отомстить за Наставника!
– Ты думаешь, Шейх обрадовался бы твоей смерти?
– Я не уйду!
– Берегись! – закричал Тагава. Прямо на них сквозь ветви несся раскаленный докрасна камень.
Они успели отскочить, и камень вонзился в покрытие аллеи, образовав глубокую воронку. Неподалеку упал еще один, было слышно, как каменный дождь барабанит по металлической крыше дома. Крики и грохот за стенами становились все слышнее.
– Сволочи! – майор Дональд пустил в воздух струю плазмы.
Над оградой левее входа показались захваты пожарной лестницы. Защитники дома растерянно смотрели на стену и друг на друга, не зная, что делать. Вот-вот враги проникнут в сад, а у них всего один ствол с неполным зарядом и больше ничего.
Фатх поднял руку.
– Значит так, я принимаю командование на себя. Я долго воевал и кое-чему научился. Между прочим, во время последней войны я командовал дивизией. Итак, первое – мы должны занять оборону не только у входа, а по всему периметру. Ясно, что эти твари не будут стучаться в дверь, может, они уже где-то проникли на территорию, а мы стоим и глазеем друг на друга! Майор, у вас есть оружие, поэтому вы должны постоянно двигаться вдоль стен и снимать каждого, кто высунется с той стороны, и реагировать на каждый сигнал. – Капитан критически оглядел свое войско. – Если кто-то все же пробрался к дому, бейте их чем попало. Они вооружены дубинками и железом, скорее всего, они не будут в вас стрелять, им это не интересно. Они хотят порезвиться. И еще – нужно набросать под стенами побольше битого стекла, всякого железа и гвоздей. Есть в доме такие вещи? Отлично. Все поняли задачу? Выполнять!
Войско не сдвинулось с места. "Да, видно потерял я командирские навыки", – подумал Фатх Али.
– В чем дело? Есть вопросы?
– Есть, командир, – подал голос Салам. – Это было первое, а второе?
– Что второе? – не понял капитан. – Ах, да… Второе – приказываю продать свою жизнь подороже. Пусть надолго нас не хватит, но мы будем знать, что постарались что-то сделать. Всем ясно?
– Так точно! – рявкнул майор Дональд.
Эпизод 44
Женщины собрались в одной из внутренних комнат. Свет был потушен и по стенам носились жуткие тени. Никто не плакал, даже маленькая Айша. "Наверное, только мне страшно", – думала Тина, глядя на хозяйку дома. Басанти стояла у двери, словно страж, ее неподвижная фигура четко обрисовывалась на фоне бледно-серого прямоугольника. Тине очень нравилась Басанти, да и остальных она бы с радостью записала в подруги. Например, красавицу Бану – у нее такой смелый и решительный взгляд, или толстушку Сару – она так мужественно говорит о возможных мучениях. Они готовы умереть за свою идею, эти странные женщины, они сидят в темноте, прислушиваясь к крикам толпы, уготовившей им страшную и незаслуженную казнь. Они не хотят умирать, но никакая сила не заставит их упасть в ноги врагу и просить пощады. Тина была рада находиться сейчас здесь рядом с ними, считая это честью для себя. Она давно не видела таких лиц, вернее, никогда не видела. Они воодушевляли и вдохновляли ее.
– Девочки, – проговорила она, – я восхищаюсь вами.
Басанти слегка повернула голову и опять стала смотреть в коридор.
– По-моему, нам тоже надо что-то делать, – заметила Бану. – Мы можем помочь нашим мужчинам.
– Правильно, – поддержала хозяйка дома. – На кухне лежат прутья от разобранной решетки. Как вам это?
Они пробрались на кухню, пригнувшись, почти ползком. Даже при потушенном свете в доме было светло из-за прожекторов. Стеклянная стена кухни обрушилась, и пол сплошь покрывал ковер из осколков. Сквозь деревья было видно, как то тут, то там сверкают яркие вспышки, снаружи доносились вопли, слышалась возня и треск сучьев.
– Это Додо стреляет из своего бластера, – гордо сообщила Сара и поправила прическу расцарапанными в кровь руками.
Прутья оказались в подполе. Они были достаточно тяжелы, но женщины набрали их побольше и поползли обратно. В прихожей они пересчитали прутья и решили, что могут поделиться с мужчинами. Передать "боеприпасы" вызвалась Бану, а остальные заняли оборону по дому.
Тине досталась угловая спальня. Здесь тоже было полно битого стекла, из окна тянуло холодом. Она порылась в бельевом шкафу, достала длинный шарф, подвязала им живот и немного поговорила с дочкой, объясняя ей ситуацию и прося потерпеть. Потом заняла позицию у окна, крепко держа прут обеими руками.
Сквозь кусты пронесся человек. Свой или чужой? Тина прислушивалась, боясь дохнуть. Под окном раздались шаги, быстрые и осторожные. "Это не наши! – сердце упало, она еле удержалась на ослабевших вдруг ногах и зажала рот рукой, чтобы не закричать. – Господи, только не сюда, только не сюда!" Но нет, шаги уже доносились не снаружи, а изнутри дома. Кто-то осторожно шел по коридору. "Мама, мамочка… только бы не родить раньше времени… Лин, ну, где же ты? Где!" Конечности окоченели и окаменели. Она не представляла, что сможет сойти с места, если понадобится. Но переполнявший ее ужас был сильнее всех остальных чувств. Она не выдержала и рванулась из комнаты, пронеслась по коридору и у ванной налетела на препятствие.