Люди затаили дыхания и всмотрелись в ночь, но руины не подавали признаков жизни.
Третий и четвертый выходы оказались замурованы. Стена закаменевшей земли не оставляла никаких надежд. Следующий был зеркалом, в которое смотрелось, поправляя живые шевелящиеся локоны, большеглазое существо. Оно не видело людей и спокойно занималось своим делом.
Они двигались от выхода к выходу. Большинство чудесных ворот смотрели в чужие миры или в кромешную тьму. Одни лежали в жерле действующего вулкана, другие висели в космическом пространстве среди звезд. Но поиски оказались не напрасны.
Очередной выход нависал над растрескавшимися плитами пола почти горизонтально, оставляя узкое пространство, в которое все же мог поместиться человек. В голубом свете они разглядели, что щель уходит в темноту, постепенно расширяясь.
– Выйдем здесь, – сказала Клара, доставая укрепленный на поясе фонарь.
– Ты уверена, что это Земля?
– Совсем не уверена, но надо попробовать. Я высунусь и, если что не так, сразу нырну обратно.
– Ну уж нет, – заявил Дэвид, – на этот раз я пойду вперед. Мужчина я, в конце концов, или нет! Я не позволю тебе рисковать.
– Ты не увидишь ничего без очков.
– Постараюсь. В любом случае, ты туда не пойдешь. Все!
Клара послушно отдала ему фонарь. До чего же надоело быть сильной и решать все самой! Он большой, он мужчина, он защитит ее и все сделает правильно.
– Будь осторожен, – сказала она.
Для начала Дэвид попробовал неизвестность на ощупь. Вроде бы ощущения были вполне земными. Убедившись, что больших неожиданностей не предвидится, он встал на четвереньки, на всякий случай сделал глубокий вдох и вывалился за порог этого мира.
Да, это была Земля, но проем, оставшийся между полом и нависшей стеной, оказался уже, чем виделось с той стороны. К тому же совершенно нечем было дышать. «Ничего, придется потерпеть. Хорошо, что я немного похудел за эти дни», – подумал Дэвид, втянул живот и протиснулся вглубь. Выбравшись на щели, он почувствовал себя самым счастливым человеком на свете.
Здесь было много места и много воздуха. Он просачивался сквозь крошечные отверстия в стене вместе с тонкими острыми лучами света. Там, за стеной, была свобода.
– Спасены-ы-ы! – закричал он, и потревоженная тишина отозвалась недовольным шорохом посыпавшегося с потолка песка.
Он посветил фонарем вверх, по стенам и опустил сноп света вниз. Тут он снова вскрикнул, но уже от страха. На полу вдоль стен лежало и сидело несколько человеческих скелетов, прикрытых истлевшими лохмотьями. Дэвид отпрянул, ударился в стену затылком, фонарь выпал из рук.
Немного придя в себя, он поднял фонарь, посветил в ту сторону, где находились мертвецы, и жуткая догадка пришла ему в голову. Эти люди так же, как и они с Кларой, побывали в лабиринте и… Нет, неправда, здесь должен быть выход. Он здесь есть. Если даже нет, он, Дэвид, найдет его. Он не допустит, чтобы с Кларой что-нибудь случилось, он спасет ее. Что же это за любовь, если не можешь сделать для любимой женщины такой ерунды, как снести стену! Для любимой женщины можно сдвинуть даже земной шар, не то что…
Дэвид отошел подальше и просветил фонарем весь путь до стены, утыканной острыми световыми лучами. Он должен был все точно рассчитать, чтобы не споткнуться. Он положил фонарь на пол и сказал себе: «Ну, давай, Дэвид, покажи, на что ты способен. Вперед!»
– А-а-а! – закричал он и бросился на стену, ударился в нее плечом и почувствовал, как молекулы его тела сошли со своих мест.
Это его не остановило. Он отошел на исходную позицию и ринулся на препятствие с удвоенной силой. Он боролся со стеной, не думая больше ни о чем. В этом мире был только он и стена, преграждающая путь к свету.
Стена вздрагивала, отваливались и падали вниз куски облицовывающего ее материала. В верхнем углу откололся довольно большой треугольный осколок и черед образовавшуюся дыру внутрь хлынул дневной свет. Эта маленькая победа придала Дэвиду сил, он яростно набросился на противника и вдруг оказался лицом в снегу.
Первое, о чем он подумал, была пробирка с вакциной, спрятанная на груди. Она могла разбиться от удара, ведь он упал на живот. Только не это! Он зашарил по карманам, дрожащими пальцами выхватил футляр, убедился, что тот цел, облегченно вздохнут и только теперь понял, что идет снег. Свобода! Он закричал от радости, перевернулся на спину, раскинув руки, и снежинки летели ему прямо в открытый рот.
Эпизод 39
С приближением пятницы Ананд нервничал все больше. Он чувствовал, что события ускоряются, уже ничего нельзя не изменить и не вернуть назад. Невозможно даже на мгновение остановиться, чтобы обдумать следующий шаг. Только вперед.