– Почему мы ничего не делаем? – сердито осведомился Салам и снова попытался вырваться из рук Николая. – Чего мы ждем? Я не понимаю! Там моя сестра и я иду туда!
– Слишком просто, – сказал Николай и дернул парня за руку поближе к себе. – Не поднимай голову, кому сказано? Почему они их просто так привели и поставили перед нами? Это может быть ловушка.
Салам сжал губы в ниточку и засопел.
Николай оглянулся на стоявших рядом.
– Где Лин? – Никто не знал. – А Мастер?
– Мастер отдыхает, – сказала Динара. – А Тина скоро будет здесь. Оскар пошел ее обрадовать.
Николай поскреб заросший подбородок.
– Ладно, сделаем так, – проговорил он с сомнением. – Ты, Салам, жди здесь, а я пойду и приведу всех сам. Надеюсь, детишки настоящие.
Но он не успел сделать и шага, как появилась Тина. Она вырвалась из здания и пронеслась мимо них как ураган, перемахнула ограждение и, не задумываясь ни о чем, бросилась к детям. Она выхватила у Саши сверток, откинула одеяло и счастливо засмеялась – это была их с Лином малышка, целая и невредимая.
Николай пристыженно опустил глаза и почесал в затылке. Ну, женщины…
Эпизод 11
Едва рассвело, дозорные сообщили, что у Штаба собираются люди. Силы обороны были немедленно приведены в боеготовность.
Когда Ананд поднялся на баррикаду, остальные Воины были уже здесь.
– Ну, как тебе это? – поинтересовался Лин.
Дэвид обернулся к ним и взволнованно подбросил очки:
– Друзья мои, это нападение?
Ананд присмотрелся к медленно разрастающейся толпе.
– Нет, – сказал он, – это не нападение. Кажется, они послушали меня и привели своих детей.
– Мастер, но куда мы всех денем? – воскликнула Динара. – Где разместим? Посмотрите, сколько их!
– Я думаю, в этом здании достаточно подземных этажей, – сказал Ананд и искоса взглянул на Лина. Тот был невозмутим. – Надо спросить Купера. Он будет нашим экскурсоводом по подвалам разведки.
Сбоку протолкнулась Тина. Работая одной рукой, другой она прижимала к себе младенца.
– Чего вы стоите? – набросилась она на мужчин. – Чего ждете? Надо начинать принимать детей, пока их родители не взяли Штаб штурмом! К тому же в любой момент может начаться новая атака!
С обратной стороны баррикады показалась голова Оскара.
– Мастер, надо разобрать заграждение в этом месте. – Он взобрался наверх, отряхнул колени длинными руками и деловито предложил: – Я проверил, здесь блоки небольшие, можно двигать.
– Он прав, – поддержала Динара. – Сделаем коридор и поставим охрану.
– Извините, можно сказать? – Клара интеллигентно покашляла, вступая в разговор. – Надо принять во внимание, что среди этих детей есть и прошедшие вакцинацию. По-моему, их нельзя смешивать с остальными. Спаситель может в любой момент отдать любой приказ.
Она краем глаза взглянула на Дэвида. Он, как всегда, смотрел на нее с обожанием.
– Как мне самому не пришло это в голову? – сказал Ананд. – Дэвид, кажется, пришло время для вашей вакцины?
Дэвид помычал, кусая губы, наконец, сказал:
– Да, наверное, пора это сделать. В пробирке вакцины хватит на пятерых, но можно переливать больным кровь выздоровевших. Я думаю, это сработает.
– Отлично. Тогда давайте за работу, – скомандовал Ананд.
Через несколько минут коридор был готов. Вдоль него и до самого входа в Штаб выстроились двумя рядами воинственно решительные Хорошие люди.
Ананд прошел между шеренгами, словно командующий войском, и вышел за ограждение. Собравшиеся люди стали приближаться, подталкивая вперед плачущих и ноющих малышей. Дети были худы, испуганы и, кажется, очень голодны.
Ананд жестом остановил надвигающуюся толпу. Его послушались.
– Я рад, что вы прислушались к моему совету, – сказал он. – Это внушает мне надежду на то, что я могу рассчитывать на вас. А теперь, пожалуйста, без паники и толкотни. Расступитесь и пропустите детей и стариков. Да, и еще одно. Очень прошу вас, честно признайтесь, кто из детей проходил вакцинацию от Эпидемии. Не бойтесь, ничего плохого мы им не сделаем, наоборот, мы постараемся помочь избавиться от заразы. У нас есть средство. Поэтому прошу тех, кто имел дело со Спасителем, в правый ряд, остальных – в левый.
Предложение вызвало небольшое замешательство. Но после вчерашнего люди больше не могли сомневаться в словах Язычника, поэтому послушно расступились.