Фатх содрогнулся и отвернулся от экрана увеличителя.
Хотя космос не подавал признаков жизни, эфир продолжал жить. Пространство трещало и хрипело в наушниках. Фатх постучал пальцем по дисплею и включил внешнюю связь.
– Эй, кто-нибудь? Ау! – Возмущения усилились, зеленые линии на дисплее преломились. – Ага, так я не один? Эй, вы что, хотите, чтобы эта штука сработала прямо здесь? – Треск прекратился. – Знаете, что происходит при столкновении таких судов с силовым полем? – Фатх раскинулся в кресле, закинул ноги на панель управления. Никогда еще он не чувствовал себя так хорошо. Он не был связан ничем, ни оставшейся позади жизнью, ни страхом перед неведомым будущим. Больше не нужно было беспокоиться о мелочах и даже о том, что когда-то казалось важным. Жизнь заканчивалась, и он совершенно не жалел об этом. – Итак, вы не знаете? При столкновении повысится температура и давление в реакторе, произойдет торможение и остановка движущего механизма без его предварительного охлаждения. Даже если забыть о чертовом парализаторе, – о котором как раз не стоит забывать, – но даже если забыть о нем, одного этого взрыва будет достаточно, чтобы разложить пространство на молекулы и достать вас в вашем проклятом подпространстве, где бы вы не прятались. Ясно? Мне лично терять нечего, я пойду на таран. А вы подумайте, стоит ли превращаться в пыль накануне великой победы. Подумайте и дайте ответ.
В наушниках яростно затрещало, зеленые линии преломились по всей длине и заплясали. Это продолжалось минуты две, затем пространство вновь умерло. Фатх ждал. «Интересно, где сейчас может находиться моя «Антония»? – думал он, всматриваясь в черное небо. – Хорошо бы, чтобы подальше отсюда. Какой маршрут был у Роби на этот раз? Кажется, он должен был взять груз свинца где-то на Периферии. Э-э-эх… «Антония», старушка моя, как ты там без меня? Надеюсь, Роби хорошо присматривает за тобой…»
Через час он понял, что ответа не будет. Волнение прошло как-то само собой.
– Что ж, такой конец намного приятнее дырки в голове, – проворчал старый капитан и глубоко вздохнул.
Прежде, чем пересечь внешнюю орбитальную трассу, он в последний раз взглянул на Землю. Его лицо исказила гримаса боли – голубая планета была черна.
Эпизод 33
– И тогда Боженька сказал: ну все, хватит! Он спустился на Землю и наказал всех плохих людей, а хорошим дал вечную счастливую жизнь.
Купер закончил свой вдохновенный рассказ и с опаской посмотрел на детей, сидящих вокруг на разбросанных на полу матрацах. Дети слушали внимательно и серьезно.
– Дяденька, расскажи еще сказочку, – попросила тоненьким голоском курчавая смуглая девочка.
– Это не сказочка, деточка, – сказал Купер. – Это все на самом деле.
– Правда? – поразилась малышка. – И Боженька снова придет?
– Он уже пришел и… и скоро мы все его увидим.
– И сразу станет много-много игрушек?
Купер встретился глазами с Басанти и смущенно покашлял в кулак. Она улыбалась, наблюдая, как он общается с детьми.
– Да, деточка, и игрушек тоже, – сказал он и погасил свет. – А теперь всем спать. После обеда надо отдыхать.
Дети послушно легли и натянули одеяла до подбородков. Их глазенки сверкали в темноте как огоньки. Басанти погрозила пальцем:
– А ну-ка, всем закрыть глазки!
Огоньки погасли. Басанти взяла Купера под руку, и они отошли в дальний угол подвала, где на столе лежала принесенная для них еда. Они провозились с детьми целый день, отмывали, переодевали, лечили и кормили. Их продолжали доставлять из разных частей города, раненых и напуганных, в некоторых еле теплилась жизнь.
– Почему вы смеетесь? – спросил Купер. – Скажите честно, я выгляжу смешно в этой роли?
– Нет, вы выглядите очень хорошо. Я думаю, как раз ваша прежняя роль была неудачной. Ешьте.
– Спасибо – Он взял бутерброд. – И все же вы посмеиваетесь надо мной. Я же вижу.
– Я просто радуюсь за вас, – сказала Басанти. – Ананд не рассказывал вам о вашей прошлой жизни?
– Я не верю в переселение душ, я – католик, – сообщил Купер, откусил от бутерброда и спросил, как бы между прочим: – Ну, и кем же я был? Маньяком или Папой Римским?
Басанти понимающе улыбнулась.
– В своей предыдущей жизни вы были учителем в католической школе и во время Большой войны погибли вместе с детьми, которых пытались спасти из-под бомбежки.
– Правда? – Он перестал жевать. – Откуда вы знаете?
– Ананду рассказал о вас Учитель.
– М-м-м, – промычал Купер, качнув головой. – Странно.
– Что странно?
– Если следовать логике вашей теории перевоплощений, в этой жизни я должен был быть святым.