Коридоры закончились, и он вышел в огромный холл, освещенный большими белыми лампами. По стенам тянулась цепочка совершенно одинаковых круглых люков-дверей. Какой-то из них должен был вести в следующую секцию бункера. Лин не помнил это место. Он сосредоточился, стараясь настроиться на нужную информацию, но в эфире не ощущалось никакого движения, кроме слабых излучений, текущих сверху. Это была ловушка. Невидимая сеть шатром висела под потолком прямо у него над головой, силовое поле волновалось, перекатываясь волнами. Лин осторожно поднял глаза, потом повел ими из стороны в сторону. Он увидел, как дверь, через которую он вошел в холл, начала затягиваться толстым бронированным диском. Она закрывалась очень медленно, будто давая ему шанс. Лин спокойно наблюдал за движением диска, занимающего все большее пространство в проеме двери, и посмеивался. Неужели они думали, что он попытается бежать? Глупцы, он пришел сюда не для этого. Он готов к встрече. Чего же они медлят?
– Ну? – насмешливо произнес он.
И тут все люки разом распахнулись. Несколько десятков черных бронированных пастей открылись, дохнув в лицо человеку холодным сквозняком. Пасти были пусты. Лин ожидал увидеть толпы самых жутких и опасных чудовищ, он был готов увидеть все, что угодно, но только не пустоту. «Этого не может быть», – сказал он себе, напряг свое поле до предела и стал ждать, сжав кулаки и сосредоточив внимание на черных проемах. Сейчас они появятся, они должны появиться…
Ничего не происходило. Лин взмок от напряжения, через некоторое время в конечностях появилась дрожь, и пришлось немного расслабиться. Сделав это, он почувствовало, что силовая ловушка значительно приблизилась. Черт! Как же он мог забыть о ней?! Он инстинктивно пригнулся и кинулся в сторону. Ударившись в невидимую стену, отпрянул, бросился на пол, надеясь выскользнуть из-под колпака снизу. Не получилось. Тогда он нанес несколько ударов по пустоте, попробовал разорвать преграду. Все было бесполезно, враждебное поле даже не шелохнулось. Ловушка уже захлопнулась и теперь неторопливо, как удав свою жертву, заглатывала человека. Лин не знал, что делать, он растерялся. Он вытянул руку, пробуя прозондировать колпак. Он вбирал в себя информацию и все больше понимал, что не знает, что это такое. Что-то странное, жгучее, немного вязкое, словно волнующееся жидкое желе. Хотелось погрузить в него палец, а затем положить в рот и проверить, каково оно на вкус.
Ловушка сжималась и внутри нее становилось все жарче и все труднее дышать. Суетиться было бессмысленно, поэтому он просто сел на пол и сложил руки на коленях. Нужно было поберечь силы для того, что ждало его впереди. Что с ним будет? Как его используют? Перепрограммируют? Для чего? Скорее всего, из него просто вытрясут душу, а тело бросят на корм зубастым птичкам или еще каким-нибудь тварям. Вряд ли его сразу убьют, а если и убьют, то так, что даже грешники в аду будут рыдать от жалости… Кажется, эту фразу он слышал от Николая. Да, смешно…
Из открытых дверей дуло все сильнее, откуда-то донеслись крики и плач. Кого-то мучили, и, кажется, это был ребенок. Он невыносимо визжал и плакал и звал маму. Лин зажал ладонями уши, но крик проникал в его мозг даже сквозь сомкнутые пальцы.
И тут он увидел человека. Невысокая нескладная фигура в серой военной форме вырисовывалась на фоне одного из открытых люков. Человек привалился к стене, сложил руки на груди и начал смеяться, заливаясь все громче и громче. Это был Дон.
Спаситель подошел поближе, продолжая рыдать от смеха и хлопая в ладоши. Он подпрыгивал, строил гримасы, улюлюкал. Лин наблюдал за ним и вдруг почувствовал радость от присутствия этого человека. Он был рад появлению Дона, страшно рад, потому что огонь внутри снова начал разгораться, а неуверенность и растерянность улетучились в один миг. Ненависть, злость и презрение к невзрачному человечку разжигали пламя лучше некуда. Чем больше хохотал Спаситель, тем сильнее становился огненный вихрь. Лин не шевелился, он ждал, когда напряжение огня дойдет до предела. Когда настал нужный момент, он протянул перед собой руки и одним усилием разорвал горящими пальцами невидимую преграду.
Он вырвался из безвоздушного пространства и с наслаждением вдохнул кондиционированный холодный воздух подземелья. Дон стоял в десяти шагах от него, закаменев в неестественной позе.
– К-к-ка-ак… – пролепетал он.
– Как видишь.
Лин криво усмехнулся и стал приближаться. Спаситель беззвучно шевелил дрожащими губами, не двигаясь с места. Наконец из его глотки вырвался жуткий вопль, он шатнулся назад и с неожиданным проворством бросился к цепочке открытых люков. Он пробежался вдоль нее, словно что-то искал, и заскочил в одну из дверей.