Небо полыхало, земля дрожала и вставала на дыбы. Мир менял свои очертания, вырастали горы, разливались моря, кипели вулканы, испаряя океан. И только мать, прижимающая к груди дитя, не замечала всего этого. Ее мир был ограничен крошечным сердечком, бьющимся под ее рукой. Она могла позволить ему остановиться только вместе с ее собственным дыханием. Да, конечно, это выход, она уйдет вместе с дочерью. Ее больше ничего не держит в этом мире. Темные отняли у нее любимого, теперь отнимают дочь. Зачем же ей самой оставаться? Новый мир, несомненно, будет прекрасен, но она все равно не увидит его, потому что ее глаза ослепнут от слез…
Тина поднялась и пошла к пропасти. Пламя вздымалось до неба, смешиваясь с космическим огнем.
Она остановилась на краю и взглянула в глаза дочери. Желтые стрелы вонзились в ее мозг.
– Ну что, тварь, – произнесла она громко, – что, страшно тебе? Не думала, что я это сделаю?
Девочка задергалась.
– Ага, боишься! – злорадно рассмеялась Тина. – Ты сейчас подохнешь. Хочешь мне помешать – вылезай оттуда. Да-да, попробуй рискнуть, вылезай и сразись со мной! Убьешь меня – будешь жить. Давай же, гадина, выходи… Ну же, смелее, твоя магия поможет тебе!
Тине показалось, что она получила ответ. Она отошла от края пропасти подальше и положила ребенка на землю. Девочка на мгновение замерла, а потом разразилась плачем. Она плакала так, как не плакала очень давно, как плачут нормальные дети. И Тина поняла – тварь покинула свое убежище. Она почувствовала холодный ветер, ударивший в спину, и быстро обернулась. Косматое, костлявое существо глядело на нее крошечными желтыми глазками без зрачков, безобразное сморщенное лицо было перекошено от ярости. Ведьма разверзла пасть и зашипела.
От ужаса у Тины перехватило дыхание, а ведьма тем временем надвигалась на нее, тесня к огню. Коричневые руки, похожие на высушенные птичьи лапы, потянулись к ее лицу. Тина рванулась и, проскочив под руками чудовища, оказалась у той за спиной. Ведьма, не поворачивая туловища, развернула к ней голову и руки. Тина закричала. Как ни странно, крик придал ей смелости, и она бросилась на ведьму и вонзила огрубевшие ободранные ногти в сморщенное лицо. Ведьма взвыла и стала отдирать ее от себя, но не тут-то было. Тина озверела, она драла чудовище ногтями и зубами, выдирала клочья спутанных косм, пинала.
Наконец ведьме удалось избавиться от нее. Чудовищная сила подхватила Тину и отшвырнула в сторону. Она упала, тут же вскочила и снова ринулась в атаку. На этот раз чудовище встретило ее огнем. Желтые глаза метнули стрелы, одна из которых вонзилась ей в ногу. Боль была страшной, но она не могла сейчас терять на это время. Уклоняясь от стрел, она набросилась на ведьму с удвоенной силой, и вновь оказалась на земле. Она повторяла атаки, и всякий раз ее отбрасывало невидимой силой. Ведьма ничего не делала, она только бормотала, произнося заклинания, и злобно хохотала, видя, как она разбивается в кровь и теряет силы.
Ударившись спиной об острый осколок, Тина поняла, что не может подняться. Руки и ноги действовали, но отказывались ее слушать. Она попробовала подтянуться на локтях, помогая себе криком, но сил хватило только на то, чтобы слегка приподнять туловище, которое сразу рухнуло на раскаленные камни. «Не бойся, доченька, мамочка еще жива и она что-нибудь придумает… Еще не все…»
Ей не хотелось ни плакать, ни молиться. Она подняла голову и смело взглянула в желтые зрачки чудовища. Светящая стрела вонзилась в плечо, пригвоздив ее к земле, другая пробила бедро. Тина не издала ни звука, несмотря на адскую боль, и продолжала смотреть в глаза чудища, которое не торопилось расправиться с ней, а смаковало каждое мгновение своей победы.
– Ты, мерзкая гадина. – прошипела Тина, – ты все равно подохнешь! Никакие заклинания тебе не помогут! Ты будешь гореть в этом огне… пусть даже вместе со мной…
Она схватилась за раскаленную стрелу и вырвала ее из плеча. Кровь хлынула ей на грудь. Она ухмыльнулась, увидев растерянность в глазах чудовища. Потом потянулась и освободила ногу. Залитая кровью, Тина поднялась и двинулась на ведьму. Та продолжала метать смертоносные стрелы, однако уже не так уверенно. Только одна из них попала в цель, пронзив человеку грудь. Тина вырвала и эту стрелу. Она не собиралась умирать, не сделав дела. Чувствуя, как из ран утекает жизнь, она упорно и яростно надвигалась на костлявое чудовище, вынудив его пятиться к пропасти. Когда оставалось шагнуть не более двух раз, она поняла, что победила. На краю бездны чудовище споткнулось и замахало руками, пытаясь сохранить равновесие.