Вновь оказавшись на улице, вооружилась коротким ножом и взяла тушку рыбы из плетеной корзины.
– Дочка, не надо, – возразил отец. – Тебе бы отдохнуть.
– Я помогу.
– Но...
– Я отлично себя чувствую.
Старик тяжело вздохнул, но промолчал. Я же принялась ловко очищать рыбу от чешуи.
– Хороший улов, – подбодрила я старика.
– Эх, – махнул рукой отец. – Раньше вылавливали так много, что лодка едва держалась на воде от тяжести, а сейчас...
Он снова махнул рукой и принялся за следующую тушку.
– Где же ты ходила весь день? – через какое-то время поинтересовался старик.
– Решила прогуляться в город.
Отец бросил на меня короткий тревожный взгляд. Немного помолчал, но все же высказал:
– Опять бегала к нему? Запомни, Элоиза, он никогда не обратит внимание на такую, как ты. Ты красивая девушка, но, увы, не тех кровей.
Сердце гулко стукнуло в груди. Где-то в глубине памяти вспылил черты мужчины, но они быстро пропали, отчего смогла запомнить только черный бархатный камзол. И холодный расчетливый взгляд леденисто-голубых глаз.
– Кто не обратит внимание? – решила уточнить я.
– Ну, тот самый.
Я посмотрела на старика с недоумением.
– Разве ты не помнишь?
Покачала головой.
Отцу словно стало легче.
– Оно, наверное, к лучшему.
Закончив чистить рыбу, старик уставился на краснеющее небо. Его взгляд был грустным и усталым.
Хотелось побольше узнать о таинственном мужчине, но по глазам отца поняла, что ему неприятно затрагивать эту тему.
Вероятно, Элоиза была влюблена в неподходящего для нее человека. Может, действительно к лучшему, что я ничего не помню.
– Теперь у нас будет новая жизнь, – сказала я вставая. – Начиная с завтрашнего дня.
***
На следующее утро отец опять поднялся чуть свет и отправился рыбачить.
Несмотря на его возражения, я встала вместе с ним, приготовила очень скромный завтрак и проводила к лодке, завернув на перекус остатки трапезы.
Мужчина удивился, увидев чуть поджаренный хлеб с маслом и тонко нарезанными огурцами, но искренне похвалил за «невероятный», как он выразился, вкус. Это далеко не все, что я умела делать, но из доступного мизерного количества ингредиентов вообще сложно соорудить нечто годное.
Когда отец ушел, я быстро прибрала в доме, оценила запас продуктов. Выяснилось, что из съестного много только рыбы, но это меня порадовало, потому как ее я очень любила. Не зря же стала успешным сушистом.
Среди улова отца я заметила много весьма дорогих рыб, которые нещадно засолили до состояния деревяшки. Понятно, что это нужно для увеличения сроков хранения, но больно смотреть на отличную семгу и белугу, вкус которой задушили солью.
В голове, словно разрядом пробежала интересная мысль. Она ярко вспыхнула в сознании, постепенно росла и росла, пока не превратилась в полную уверенность.
Сердце волнительно стучало в груди.
Точно! Я смогу поправить наше положение!
Я попала в другое тело, но мои умения и знания остались прежними. Можно попытаться открыть собственный ресторан, где буду подавать суши!
Однажды у меня это уже получилось. Вот только приходилось очень много работать, чтобы добиться совершенства.
Сейчас же мне нужен сам нож, рыба и тот, кто поможет открыть ресторан. Отец — рыбак, идеальный нож найдется, осталось лишь найти спонсора.
Это будет непросто, да. К тому же местные могут не принять такое новшество, как суши. Но, с другой стороны, многие любят необычное, яркое и, конечно же, вкусное.
Гуляя вчера по городу, я видела в основном таверны, а приличных заведений было совсем мало, да и готовили там, судя по запаху, обыкновенные блюда.
И все же, я знаю, что может сработать. Главное — привлечь как можно больше внимания, и все получится.
Я воспрянула духом, глядя на морские дары отличного качества.
Первый этап плана – найти рыбу – выполнен.
Второй этап – найти нож.