Ребенок орально не удовлетворяется; мать не дает свою грудь столько, сколько нужно ее ребенку, губы остаются неудовлетворенными. Поэтому позднее ребенок будет курить сигареты, он начинает любить целоваться, будет жевать резинку — или станет обжорой, будет постоянно что-нибудь есть. Если мать дает свою грудь столько, сколько требуется ребенку, тогда Муладхара не повреждается.
Если вы курите, попробуйте какую-то замену — и вы удивитесь — она помогает многим людям, я даю ее многим людям. Если кто-то приходит ко мне и спрашивает, как бросить курить, я говорю: “Просто попробуйте держать во рту заменитель сигарет или искусственную грудь. Пусть они будут у вас под рукой, и когда вам захочется курить, просто возьмите их в рот и наслаждайтесь этим. И по истечении трех недель вы удивитесь: потребность курить исчезла”.
Все же грудь притягивает к себе; вот почему мужчина так сильно фокусируется на женской груди. Кажется, что причины нет. Почему, почему мужчина так сильно интересуемся женской грудью? Живопись, скульптура, кино, фотография — все кажется ориентированным на грудь! И женщины постоянно стараются скрыть и в то же время показать свою грудь; в противном случае бюстгальтер — это просто глупость. Это такой трюк: скрыть и показать одновременно; это очень противоречивый трюк. И сейчас в Америке, где каждая глупость доходит до крайности, в женскую грудь вводят химические вещества — силикон и другие. Груди надувают силиконом, поэтому они становятся больше и могут принять форму — такую форму, которую хочет увидеть невыросшее общество. Эта детская идея... но человек остается оральным.
Это низшая часть Муладхары.
Некоторые люди уходят от орального плана и привязываются к анальному, потому что второй огромный вред наносится, когда приучают к туалету. Детей заставляют ходить в туалет в определенное время. Но ведь дети не могут контролировать работу своего кишечника; это занимает время, годы уходят на то, чтобы начать контролировать. Поэтому, что они делают? Они просто заставляют, просто разрушают свой анальный механизм, и по этой причине они становятся анально фиксированными.
Поэтому в мире существует так много запоров. Только человек страдает от запоров. Ни одно животное не страдает запорами, ни одно животное в дикой природе не страдает запорами. Запор более психологичен; он повреждает Муладхару. А из-за запоров в уме человека вырастает много других вещей.
Человек становится скрягой — складом знаний, складом денег, складом добродетели... становится складом и становится скупым. Он не может ничего оставить! Все, что попадает к нему в руки, он удерживает. Этот анальный уклон наносит Муладхаре большой вред, потому что мужчина или женщина должны приближаться к генитальному плану. Если они остаются фиксированными на оральном или анальном плане, они никогда не подойдут к генитальному. Это фокус, который общество использует, чтобы не позволить вам стать сексуальными полностью.
Тогда анальная фиксация становится настолько важной, что половые органы отходят на второй план. Отсюда так много гомосексуалистов. Гомосексуализм в мире не исчезнет до тех пор, пока не исчезнет анальная ориентация. Приучивание к туалету — это великое, опасное приучивание.
И если некоторые люди становятся генитальными — каким-то образом они не фиксируются на оральном и анальном плане и становятся генитальными — и тогда приходит огромная вина, которая создана человечеством в отношении секса. Секс значит грех.
Христианство так много думало о сексе как о грехе, что христиане продолжают притворяться и пытаться доказать одну глупую вещь: что Иисус родился при помощи чуда, что он не родился из отношений мужчины-женщины, что Мария была девственницей. Секс — это такой грех, что как мать Иисуса могла заниматься сексом? Это хорошо для других обычных людей... но чтобы мать Иисуса занималась сексом? Как тогда Иисус, такой чистый человек, мог родиться от секса?
Я читал...
Одна молодая девушка не очень хорошо себя чувствовала, и мать привела ее к врачу.
— Она беременна, — сказал врач.
— Доктор, вы идиот. Моя дочь никогда даже не целовалась с мужчиной! Не так ли, дорогая?
— Так, мама. Я даже никогда не держала мужчину за руку.