— Мне жаль.
Он прижимал её к себе — резко, с усилием, словно боялся, что она сбежит. А она на выдохе,пустила пальцы в его волосы.
-Как так вышло? Что произошло?
Аделин даже не заметила, как её лицо оказалось в ладонях брата. Он смотрел на неё — выгоревшими, но живыми глазами.
— Как я рад, что с тобой всё в порядке. Тебя привёз Кристофер?
Она кивнула.
— Хорошо. И одновременно — хреново, — он покачал головой. — Что он тебе сказал?
Она сделала шаг назад. Сердце било в виски.
— Он сказал... что ты дезертир. Это правда?
Он сложил руки на бёдрах, тяжело выдохнул.
— Не то чтобы... ну... можно сказать и так.
— Что значит "не то чтобы"? — она встрепенулась. — Объясни. Я же не просто так проделала весь этот путь. Ты снова меня во что-то втянул?
Джозеф начал ходить по камере — от стены к стене. Шаг. Пауза. Шаг.
Аделин обернулась. Дверь всё ещё была приоткрыта. Стоит ли Кристофер стоит за ней?
Она понизила голос:
— Ты знаешь, о чём он меня попросил?
— Ничего такого, чего ты раньше не делала... наверное, — буркнул он, не глядя на неё.
Она ударила ногой по полу:
— Да постой же ты хоть на секунду! — закрыла лицо ладонями. — Если бы всё было так просто, мне было бы легче. Джозеф... пожалуйста...
Он остановился.
— Что с тобой произошло? — шагнула к нему.
Он поднял руку, будто хотел остановить её.— Мне нужно было вернуться. Вот и всё.
— А что с двумя офицерами? Это правда?
Молчание.
— И... я бы сделал это снова, — тихо сказал он.
Его голос не дрожал.В нём была усталость. И решимость.
Лампа под потолком мигнула. Раз — и тусклый свет на секунду стал слабее.
— Почему? Что они с тобой сделали? Или хотели сделать? Джозеф, не молчи!
Он покачал головой:
— Это всё больше не имеет значения.Важно только то, что происходит сейчас.- Он посмотрел на руки, на запястья, где ещё недавно были наручники.
— Делай всё, как скажет Кристофер. И тогда всё будет в порядке.
Она закружилась на месте, обхватив себя руками.
— Что ты знаешь о нём? Откуда ты его знаешь? Почему именно я?
В голове пульсировали десятки вопросов.
— Он хочет, чтобы я отправилась в Рэйнбридж. Проникла в дом какого-то ветерана войны. Что ты знаешь об этом человеке?
— Ничего не знаю, — резко выдохнул Джозеф.
— Что он хочет сделать с этими людьми?
Он пожал плечами.
— А если убить?
Он не сразу ответил.
— И что? — наконец произнёс.
— Как — что?! Я не хочу быть соучастницей. И тем более кого то убивать!
— Это просто бандитские разборки.
Она вскинула брови. Он рассмеялся — коротко, горько:
— Это обычный гангстер. Хладнокровный. Система в костюме. Они убивают за завтраком, за обедом.А потом идут играть в...- Он замолчал, словно вспомнить было трудно.. - В какую-нибудь игру. В карты? Или в казино.
Его тон сменился на обвиняющий.
— А ты думаешь... что это тебе сложно. Даже ради брата, — тихо добавил Джозеф,выставив вперёд запястья — на коже всё ещё виднелись синеватые следы от металла.
Аделин стиснула зубы.
Он не унимался, будто заведенный - Может быть мне стоит отойти, от мисс О'Брайан, чтобы не испачкать ее дорогущее платье?!
Её руки резко толкнули его в грудь — почти наотмашь.
— Ты — старший брат! Ты должен оберегать меня, а не я — вытаскивать тебя из очередной передряги.
Она обернулась на дверь.Никого.
— О, спасибо! — вскинул он руки с наигранным энтузиазмом. —Вот дождусь, когда мою башку затянут в петлю — и обязательно напомню себе об этом.
Они угрюмо посмотрели друг на друга. В камере повисла тишина. А потом — Аделин прыснула смешком. Невольно.
— Не верится, что ты кого-то убил, — горько сказала она, покачав головой.
Он протянул руку, провёл ладонью по её щеке.
Пальцы были сухими, чуть шершавыми.
— Увы и ах, Дели.
Дверь распахнулась.Вошёл охранник в форме, не говоря ни слова.
Аделин кивнула ему.Уже у порога она обернулась.
— Всё будет хорошо, — сказала она брату.
И, к своему удивлению, поверила в это.
На выходе её ударило солнце.
Резкий свет, ослепляющий, почти белый.После полутёмных коридоров тюрьмы, он показался слишком доброжелательным. Город явно не знал — или не хотел знать — что происходит за этим забором с проволокой.
Аделин на секунду прикрыла глаза рукой. Недалеко он ждал ее. Кристофер Делакруа. Облокотившись на чёрную машину с длинным капотом и лакированными боками — автомобиль был дорогой, уверенный в себе, как и его владелец.
Он был одет в тёмно-серую тройку, жилет с тонкой цепочкой часов, шёлковый платок вместо галстука. Манжеты — расстёгнуты, рукава подкатаны до локтей.
Он увидел её — и улыбнулся.
— Как прошло? — спросил он.