Но, хоть из этих десятерых в Афганистане тогда погиб всего один, оставшиеся в живых до конца своих дней сожалели о проявленной недальновидности.
Хотя, наверное, никакой опыт и никакая интуиция не смогли бы уберечь от того, что поджидало за горами в темноте душной афганской ночи. Случившееся перевернуло их представления о реальности и навсегда поставило на каждом клеймо сумасшедшего.
Итак, десять отважных советских солдат решили доказать Отчизне и врагу, что они вовсе не лыком шиты. Организовав ряд разведывательных мероприятий в нескольких окрестных союзных деревушках, ребята выяснили, что совсем неподалеку расположена еще одна - и в ней скоро должно пройти некое "пиршество духов".
Но при попытке поговорить об этом напрямую местные делали большие глаза, размахивали руками и начинали нести белиберду на жуткой смеси русского, английского и пушту. Общий смысл извергаемого ими истеричного бреда, из чьих бы конкретно уст он ни звучал, сводился к одному: "Не спрашивай, и здоровее будешь". А просьба показать дорогу в загадочную деревню вызывала у афганцев настоящий ужас. Как правило, после нее они старались как можно быстрее исчезнуть из поля зрения докучливых шурави.
У командира части, когда ему сообщили о происходящем глаза стали еще больше, чем у местных жителей. "Вам что, ребятки, больше всех надо? - крутя пальцем у виска, вопросил грузный усатый полковник. - Приказа сверху не было, значит, нехрен туда и соваться! Молодая гвардия, блин!". Разрешения на проведение спецоперации он не дал.
Но герои не любят, когда проявлениям их героизма мешает кто-то со стороны, будь то подлый враг или прагматичный начальник. Толстый полковник был записан в ряды безнадежных кретинов, а план операции все-таки начали составлять. Пара бойцов даже сгоняла на разведку в ту самую, не отмеченную на советских картах деревню - и обнаружила, что та давным-давно заброшена. Данный факт, впрочем, никого не насторожил - ведь "духи", в любом случае, должны были явиться откуда-то со стороны.
Продолжив разведывательную деятельность, они узнали точную дату таинственного пиршества. А немногим позже заметили - чем меньше дней остается до нее, тем больше людей покидает окрестные деревни, отправляясь, кто в Кандагар, кто в Кабул, а кто и вовсе поглубже в пустыню...
Это лишь укрепило советских воинов в их решимости как следует настучать "духам" по рогам. Надо сказать, они с самого начала были уверены, что речь идет о некоей сходке душманов. Само это слово наши переняли у афганцев - на языке дари "душман" означает "враг". Наверное, стоило бы подумать, что врагов мирные жители Афганистана могут видеть не только в вооруженных моджахедах. Но эти десять советских парней, во-первых, не могли предвидеть, с чем им придется столкнуться через несколько дней.
А во-вторых - даже если бы им кто-то и рассказал, они все равно едва ли смогли поверить...
Бойцы, разумеется, были готовы к тому, что на объекте им придется столкнуться с существенным численным превосходством противника. Поэтому рассчитывали они, в основном, на внезапность готовящегося нападения. Ну и еще - на солидный запас гранат. Однако, самым внезапным оказалось то, что поджидало их среди наполовину занесенных песком глинобитных строений...
Первое, что сразу показалось им очень странным - в деревне звучала музыка. Да, то была местная, восточная музыка, но... для радикальных исламистов, каковыми являлись афганские моджахеды, веселые празднества вовсе не характерны. Подоплека происходящего выяснилась, когда отряд прокрался сквозь темноту к огням, мерцавшим в дальнем конце заброшенной деревни - туда, где, скорее всего, располагалась некогда рыночная площадь. Теперь это был обычный пустырь.
Картина, свидетелями которой советские воины стали, добравшись туда, также не была характерна для восточных земель. Она словно бы перенеслась сюда с европейских средневековых фресок, живописавших шабаши ведьм или злодеяния демонов... То, черт возьми, и был самый настоящий шабаш демонов!
В конце пустыря, на границе с пеленой темноты, торчали из песка несколько деревянных столбов. На них виднелись человеческие фигуры. Все это могло показаться не более чем декорацией к какому-нибудь идиотскому фильму, но... во-первых, во время войны в афганской пустыне не снимают фильмов. А во-вторых - на этих проклятых столбах висели живые люди!