— Нет. — Синклер не отходил от меня с тех пор, как мы вернулись с суда. Я мало что помню. Могу сказать лишь то, что мои провалы в памяти были благословением. Опухоль с носа еще не сошла, Син отвез меня к пластическому хирургу в Новый Орлеан, чтобы избавиться от порезов. Шрамы будут едва заметны, но я всегда буду знать, что они там.
Син следил за мной день и ночь в течение нескольких недель после суда, забыв, что должен исполнять обязанности прокурора. Иногда он как будто боялся, что я исчезну, если он отвернется.
— Иди и побросай мяч. Покажи Люцию. — Я убрала свою руку, но он вернул ее обратно.
— Нет.
— Не хочешь его стыдить?
Синклер поцеловал меня в лоб.
— Именно.
Дни становились все короче, деревья бросали длинные тени на газон. Син медленно раскачивал нас, пока солнце скатывалось к горизонту. Через некоторое время Люций и Тедди, потные и на взводе, запрыгнули на крыльцо и рухнули в кресла-качалки. Мы болтали, пока не появились светлячки, заплясавшие крохотными светлыми точками словно под ритмичную симфонию.
— Наверное, пойду посмотрю, что там готовится на ужин. — Тедди встал и сделал вид, что потирает живот.
— Постарайся не трахать ее у плиты. Это опасно, — усмехнулся Люций.
Щеки Тедди залились краской, и он поспешил в дом.
— Как невежливо, — покачала головой я.
— Переживет.
— Да, переживет. — Син поцеловал мои волосы.
Люций посмотрел на дверь, а затем снова на нас.
— Он ушел. Можно поговорить. У меня все собрано и готово к отправке в поместье, как только ворота откроются.
— Стелла, твой парень готов?
— Квинлан, да. Я говорила с ним ранее. Он взял деньги и нанял на работу своих проверенных людей. Они знают, что на кону, и покинут место прежде, чем мы начнем. Некоторые из охранников не в курсе, но он пообещал уберечь их от опасности, когда разверзнется ад.
— Откуда ты знаешь, что мы можем ему доверять? — спросил Люций.
— Мы не можем. Но он бывший морпех, а у его дяди — охранная фирма. Они работают вместе, и мы платим им обоим дохрена денег. Они не получат их полностью, пока работа не будет выполнена.
Люций, казалось, успокоился и пошел дальше.
— Припасы?
— Уже загружены в фургоны с провизией и готовы к отправке.
За последние три недели я так много раз обдумывала план, что он уже казался протоптанной дорожкой в траве. Возможности свернуть не туда не было.
— Я по-прежнему считаю, что ты должна остаться здесь. — Син вздохнул.
— Нет. — Я поеду. Мне было все равно, сколько раз Син попытается отговорить меня. Кроме того, если он появится без приза для Кэла, это вызовет подозрения.
— Люций, скажи ей, что она должна остаться.
— От меня ты помощи не дождешься. Стелла права. Она заслуживает того, чтобы быть там.
— И даже большего. Гораздо большего. — Син притянул меня к себе на колени.
Люций нахмурился.
— Если вы сейчас снова начнете, то я пошел.
— Поговорим о делах позже, — отмахнулся от него Син.
Люций заворчал и хлопнул входной дверью, исчезая за ней.
— Устала?
— Нет. — Прижавшись к нему, я смотрела на светлячков. — Я хорошо себя чувствую.
— Что болит? — Он провел рукой вверх и вниз по моему бедру, мурашки поползли по коже под тонким материалом пижамных штанов.
— Ничего.
— Ты уверена?
— Да. Перестань беспокоиться.
Он продолжал качать нас в неторопливом темпе.
— Я никогда не перестану беспокоиться о тебе.
— Знаю, но сейчас я в порядке. Исцеляюсь. Хочу вернуться к рисованию, прогулкам и кататься с тобой и Тедди. А главное, я хочу, чтобы ты перестал чувствовать себя виноватым. — Я поцеловала его в шею.
— Не думаю, что способен на это.
— Ты также не думал, что способен любить.
Он наклонил голову в сторону, щетина на щеках показалась еще темнее при слабом освещении.
— Туше.
— Ты не должен осторожничать со мной, понимаешь? Я не сломаюсь.
— Я не могу сделать тебе больно. — Он посмотрел на меня, от волнения возле глаз появились морщинки.
Я куснула его за шею.
— Отнеси меня наверх.
— Нет, ты все еще поправляешься. Я не могу.
Я обвила руками его шею и потянулась ко рту. Облизнула его нижнюю губу и укусила за нее.
— Стелла, — его голос понизился до рычания. — Не надо.
— Заставь меня остановиться. — Поцеловала его и провела пальцами по волосам, потянув за корни, что, я знала, будет больно.
Синклер скользнул рукой по моему бедру, схватил за ягодицу, затем поднял меня, и я уселась на него. Он целовал меня жадно, словно изголодался. Я ласкала его язык своим и двигала бедрами вперед и назад по его растущей эрекции.