Силы изменялись в сторону советской армии.
В районе Острые Луки перебоя в питании не было. Нормальное трехразовое питание и ночлег в теплых землянках восстановили силы. Мы с Темляковым Павлом спали в одной землянке, были неразлучными друзьями. Остальных наших товарищей отправили в другое место. Во второй половине декабря к нам в расположение прибыло пополнение – 300 десантников. Для отвлечения гитлеровских войск на тылы, то есть на уничтожение партизанского движения, поступил приказ Верховного Главнокомандующего – нанести сокрушительный удар по тылам. Подрывать склады, не пропускать ни одного железнодорожного состава, с боем брать населенные пункты.
Все наше разновозрастное и разношерстное войско обрушилось на тылы врага. Наш штурмовой отряд получил задание глубокими тылами пробираться к городу Луга и, если хватит сил, освободить его от немцев. Через предателей немцы узнали замыслы партизан, начали сосредотачивать в крупных населенных пунктах из резервных воинских частей и стройбатальонов крупные карательные отряды.
Наши попытки освободить город не увенчались успехом, и мы еле унесли ноги, но преследовать немцы нас не стали. Через неделю мы пришли в знакомое мне место, где в прошлом году я лежал с воспалением легких после купания немцами в середине октября. Кордона лесника Артемыча не было. Он был сожжен вместе со всеми постройками и даже баней. Старик Артемыч и его добрая 65-летняя жена расстреляны. Арсеньевич тоже погиб, он в последний момент бросил между собой и немецким офицером противотанковую гранату. Землянка, в которой мы больными лежали с Пеликановым, была полностью разрушена. Это работа Гиммельштейна. Арсеньевич был прав, но мы его вовремя не распознали. Все это кончилось трагически. Отъявленного врага, матерого немецкого разведчика большинство из нас приняло за бедного, приговоренного к смерти еврея.
Я подошел к разрушенной землянке и снял шапку, перед глазами у меня стояли добрые, хорошие люди, спасшие мне жизнь. Артемыч и Василий Арсеньевич, вечная им память. Где же Струков Иван Михайлович? О нем никто не знает.
Мы расположились лагерем на знакомом мне острове. Все проходы на него заминировали. Выкопали и оборудовали землянки. Приказом я был назначен командиром группы. Командир отряда разрешил подобрать смелых и выносливых ребят из бывших военнослужащих, случайно попавших в отряд. На чисто добровольных началах я подобрал 11 человек.
29 декабря 1942 года, в канун Нового года, наша группа получила задание. В ночь на Новый год пробраться на бывшую усадьбу "Заверяжские покосы". Взять живым Сатанеску и приехавшего к нему на охоту немецкого полковника и доставить их через линию фронта на большую землю. Был рекомендован маршрут: от усадьбы бывшего совхоза до озера Ильмень идти по руслу Веронды, миновав линию обороны, которая проходила по берегу озера. В обороне стояли испанцы Голубой дивизии, переименованной во вшивую, потому что вшей у южан было в изобилии. Немцы их старались закалять, приспосабливать организм к суровой русской зиме. Свыше 20-ти градусов мороза испанцы не переносили. Не спасали их награбленные у населения тулупы, полушубки и валенки.
В операции должны оказать помощь Павел Меркулов, живший вместе с Сатанеску, и две девушки, бывшие военные врачи Сазонова Валя и Валиахметова Соня. Девушек тоже надо провести на большую землю, так как немцы готовят их к отправке в Германию.
На карте Ленинградской области нам был назначен маршрут от устья реки Веронда до деревни Рогачи. Не доходя 10 километров до берега нас должны встретить патрульные аэросани. Большую помощь нам должны оказать новогодние морозы. Замерзшие испанцы через пять минут не оказывали никакого сопротивления. Можно было проходить рядом с часовым. Были случаи, когда наши разведчики подходили к стоящему на посту испанцу, при действии мороза и страха он падал и притворялся мертвым, а может, и в самом деле умирал.
Три четверти окружности озера были оккупированы, и лишь одна четверть была нашей, где оборону занимали тоже южане – узбеки, туркмены и киргизы. Немцы в шутку предлагали испанцев и румын променять на наших южан. Они частично были правы, воевали те и другие одинаково.
Мы получили оружие, боеприпасы и пятидневный паек. Выступили с тем расчетом, чтобы господин Сатанеску Новый год праздновал у наших.