Глава 1. Сжечь журналистку
Злата
Когда машина рухнула с обрыва, перед моими глазами не пролетела вся жизнь. Нет... Перед ними вообще ничего не успело пролететь, потому что все случилось очень быстро.
Вот только мой вечно раздраженный босс говорит:
— Почти на месте! Мы припозднились, праздник в самом разгаре, так что поторопимся. Включайся в работу сразу, как приедем!
И вот машина резко ухает вниз, и я вижу, как мои рыжие волосы взмывают вверх.
А потом — темнота. Приехали. Поторопились.
Бум!
Я открыла глаза, но все вокруг плыло и размывалось.
Бум!
Странный конец жизни.
Меня захлестнуло сожаление, ведь я так и не обзавелась семьей, собственными малышами, подоконником, заставленным геранями…
Бум!
Я начала активно моргать, чтобы рассмотреть, где нахожусь, и понять, что происходит.
Почему-то было очень жарко. Руки затекли, и я только сейчас осознала, что они скручены за спиной, а я привязана к столбу.
Бум!
Я постаралась сглотнуть, но горло пересохло. Веревки впивались в кожу, не позволяя пошевелиться. Опустив взгляд, я заметила, что на мне чужая одежда — синий расшитый сарафан. Очень красивый, но любоваться им было некогда — то, что находилось ниже, привлекало внимание куда больше. Огонь. Я закашлялась от едкого дыма и подняла взгляд на людей, окружавших меня.
Кажется, праздник Ивана Купала, где мы с боссом должны были провести репортаж, повернул куда-то не туда.
Да эти язычники просто сошли с ума!
Все они были одеты как реконструкторы древних эпох: свирепые на вид мужчины — в рубахах, женщины — в сарафанах, с длинными, заплетенными в косы волосами, широкими расшитыми поясами, в странных сережках, похожих на месяцы, и ярких ожерельях из крупных бусин.
Бум! Один из мужчин — видимо, жрец — бил в огромный бубен.
Ну это ладно, это все ожидаемо, когда едешь на праздник в общину современных язычников, но огонь…
Мне стало не просто жарко. Ноги лизнуло пламя! Что за?.. Сейчас не масленица, а я не чучело! Осознание того, что я могу умереть, заставило окончательно очнуться и начать активно дергаться.
— Отпустите! — закричала я, но мне никто не ответил. Более того — хотя людей вокруг было много, стояла мертвая тишина, которую нарушал только дурацкий бубен. — Пустите! — крикнула я снова, чувствуя, что еще чуть-чуть, и одежда загорится.
Паника накрыла с головой. Да они просто сожгут меня заживо!
— Пустите! — единственное, что мог выдавить из себя мой испуганный мозг. — Скорее! Развяжите!
Мучители вдруг разом посмотрели на что-то позади меня. Жрец начал неистово молотить по бубну. Я задрала голову, чтобы увидеть, что там.
В небе надо мной пролетела массивная черная фигура. Сначала я подумала, что это огромная птица. Но нет. Дракон сделал большой изящный круг и теперь несся на толпу.
В голове мелькнула мысль, что меня накачали наркотиками, ведь драконов не бывает. Но тот, кого, по идее, быть не должно, быстро приближался к толпе.
Люди начали кричать и разбегаться, а я оцепенела от ужаса, глядя в его вертикальные зрачки.
Грациозное существо подлетело ближе, обдав меня волной воздуха и заставив зажмуриться.
Я уже приготовилась к худшему, как вдруг почувствовала, что путы ослабли. Приоткрыв глаза, я поняла, что дракон вовсе не собирается обедать мной, а, наоборот, освобождает, ловко разрезая веревки когтями.
Облегчение, которое я испытала, было совершенно иррациональным. Напротив меня парил огромный ящер! Живое воплощение мифов! Его черные крылья, казалось, затмевали все вокруг, а чешуя, покрывающая тело, блестела, будто отполированная.
Огромные янтарные глаза смотрели на меня, и я почувствовала, как кровь застыла в жилах. Он был одновременно ужасающе красив и опасен, как прирученная стихия, которая в любой момент может вырваться из-под контроля. А его неожиданно плавные движения завораживали! Будто он осознавал свою власть и не торопился ее демонстрировать.
Он еще раз взмахнул крыльями, словно давая мне время выбраться. И я не медлила ни секунды, хотя пальцы онемели, а руки не слушались.
В момент, когда я уже собиралась спрыгнуть с пылающего постамента и убежать, оставив благодарности ящеру на другой раз… жесткие драконьи когти ухватили меня за талию и сжали ребра стальным корсетом.