Все без исключения драконы страдают собирательством: блестящее-красивое-ценное добывается и складывается в личные сокровищницы. У меня такая в комнате под кроватью в Синем клане имеется, еще в детстве отковыряла кирпич и выскребла углубление в стене. Опять же, достаточно внушительное родительское наследство хранится в Синем клане за семью личными печатями, вход туда только мне позволен! И так у всех! Ящеры слишком большие собственники и к тому же параноики. Да я абсолютно уверена, что он этим воспользуется!
Стыдливо пряча глаза из-за позорной выходки моей дракошки, попыталась стребовать положенное мне:
– Я хочу учиться, как и все драконы! Я имею право получить всестороннее образование!
– Об этом не беспокойся, своей жене я могу дать самое лучшее образование. Стану твоим единственным, но самым лучшим наставником и учителем. Поверь, о таком мечтают слишком многие.
Я глянула Келео в глаза: нет, не шутит, абсолютно спокоен и уверен в себе. И возмущенно возопила:
– Домашнее обучение в моем возрасте? А как же студенческая жизнь? Общение? Вечеринки? Приключения?
– Самые яркие и незабываемые приключения у тебя будут в моей постели! – усмехнулся дракон.
– Я тебе уже предлагала обратиться к маго Бесстаю. Боюсь, в самокритичности ты нуждаешься более чем! – не уступала я, повторяя его тон.
– Ты уже два раза вспомнила о нем, – с подозрением и ревностью заметил Келео, нехорошо сощурив глаза. – Что это? Он тебе нравится? Интересуешься нагами-любовниками?
Я невольно передернулась от омерзения, что не укрылось от Келео, испытывавшего меня на прочность жутким взглядом. К счастью, его отпустило: резко выдохнул. Выходит, муж не настолько равнодушен ко мне, как хочет показать. Ревность из ниоткуда не берется. Особенно у драконов! Ну хоть половина уверенности в себе вернулась и надежда на счастливое будущее.
Поэтому следующее мое требование прозвучало осторожным разочарованным упреком:
– Ты не можешь меня держать в этой комнате безвылазно! Мне необходимо разминать крылья, дышать свежим воздухом и…
– Я подумаю, как тебе устроить безопасные прогулки, – согласился Келео, но так, что стало очевидным: выгуливать меня будут под жесточайшим конвоем.
– Я тоже о многом подумаю, поразмышляю, – многозначительно, с завуалированной угрозой пообещала я.
– Алера, я наблюдал за вашей с братьями жизнью самым пристальным образом. У меня было время, ведь я выяснил, что ты моя суженая еще девять лет назад. Вы способны только на дурацкие, совершенно детские выходки. Твоя исключительная светлость повлияла и на Тайрена с Лииром. Последнему это, кстати, пошло на пользу, хоть немного усмирил дар теней, а то быть бы ему настоящим темным.
Меня его мнение о нас так задело, что я не сдержала ехидства:
– А до нашей встречи ты свою очередную суженую снова в эльфийских лесах караулил?
Но Келео это не задело, он лишь мрачно усмехнулся:
– Ты так и не поняла? Впрочем, как и темные юнцы, что пытались провести обряд недавно. Бессмысленно искать суженую, она найдет тебя сама, когда придет время, ведь судьба и боги уже все предопределили. Поверь, я выяснил это на собственном опыте. Предначертанное – сбудется! Даже если ты не готов, не хочешь или ненавидишь!
– Отчасти, может, ты и прав, но и я на своем опыте выяснила, что чудеса случаются и можно изменить свой путь.
– Жизнь покажет. – Вот заладил!
Келео встал, неожиданно взял мою чешуйчатую лапу, которая так и не вернулась к человеческому виду, а в следующий миг его рука тоже видоизменилась: почернела, покрылась чешуей и магической дымкой. Впервые вижу драконье рукопожатие! Келео поймал мой ошарашенный взгляд. Глаза в глаза. Сознание почти ощутимо затопило тьмой, словно зверь Келео, черный драконище, смотрит его глазами прямо внутрь меня, на мою маленькую дракошку. Дальше он именно ей вкрадчиво, ласково-томно пообещал:
– Совсем скоро я подарю тебе много… очень много… ну просто очень-очень много блестящих, больших, красивых, дорогих камешков. Ты будешь купаться в них, ощущать и видеть, как твоя чешуя отражается в их сверкающих полированных гранях…
По сладостной эйфории, затопившей все мое нутро, стало понятно, что драконица оценила этот широкий и щедрый жест, нет, откровенный и наглый драконий подкуп самцом своей самки!
– Мы не продаемся! – рыкнула я-человек. Потом, ощутив возмущение своего зверя, поправила: – Меня за камешки не купишь!
– А за что купишь? – заинтригованно поинтересовался Келео.
– Ни за что! – Я чуточку растерялась от такой прыти и напора, а потом добавила: – Хочу любви и обожания…
– А я – стать твоим богом, – сухо сообщил Келео.