Может, что-то похожее и было в моей прошлой жизни, но почему-то ни одного, даже покрытого мраком забвения воспоминания не всплыло. Я словно в первый раз абсолютно и целиком нырнула в горячую чувственность обычного поцелуя. Нет, вру сама себе, этот поцелуй не был обычным, он был фееричным и сводящим с ума. Ладони Келео скользили по моему телу, сжимали плечи, гладили грудь, терли чувствительные вершинки. Наше дыхание смешалось, горячая игра языков, взрыв вкуса! Наш поцелуй длился и длился…
Я задыхалась от испытываемых чувств и ощущений, мне не хватало воздуха, и на миг Келео дал мне вдохнуть полной грудью, покрывая поцелуями мой висок, скулу, уголок рта. Затем развернул меня к себе спиной, прижимая к своей груди, одной рукой удерживая за шею и подбородок, а второй лаская мою грудь. Я потерялась в нем, растворилась в жажде страсти, в настоящей похоти, ведь в моих желаниях меня поддерживала разгоряченная драконица.
– Сложи ладошки ковшиком, – прохрипел Келео, сам при этом помогая мне, направляя мои руки, складывая в нужном жесте.
Я плохо соображала и действовала, как велели, в груди пекло от недостатка воздуха, губы горели от жадных поцелуев, душа пылала от первой страсти и расцвета любви…
Сквозь приоткрытые веки мы с моей возбужденной дракошкой зачарованно наблюдали за сверкающим дождем, стекавшим мне в ладони в свете свечей. Она восторженно проревела, нет, промурлыкала:
– Камешки-и-и!..
Наконец бриллиантовый дождь иссяк, Келео вытряхнул из мешочка еще несколько камешков на образовавшуюся горку. Я пыталась, честно пыталась отвернуться от этого откровенного свидетельства моего подкупа. Но камешки же… а я драконица… Жизнь полна позора!
С огромным трудом я закрыла глаза, а верная себе дракошка живо прижала жадные чешуйчатые лапки к моей груди – спрятала свое сокровище от всего мира. Следом я ощутила, как поверх плотно сцепленных ладоней, лег тяжеловесный мешочек с остатками сокровищ и, приоткрыв глаза, расстроенно спросила у Келео:
– А почему лишь ковшиком, а не тазиком? Не заслужила?
Он замер от неожиданности. Заставил меня вновь обернуться к нему лицом и поднять голову, и зло уставился. Так мы простояли несколько мучительно медленных мгновений, соревнуясь остротой взглядов, но, похоже, Келео разглядел мое смятение, разочарование и злость. Вот как, как можно было испортить наш второй, зато почти как первый, поцелуй камешками? Зато судя по возмущению моей чешуйчатой стяжательницы, она со мной категорически не согласна: камешки ничего испортить не могут, только украсить, улучшить, обогатить… Фу-фу-фу, какая мне меркантильная и пошлая половина досталась.
Келео тряхнул головой, словно отбрасывая некстати и зря вспыхнувшую злость, убрал руку с моего подбородка, но второй рукой по-прежнему обнимал меня. Затем неожиданно хмыкнул и с улыбкой в голосе не без иронии поделился наблюдениями:
– Ты – непостижимое противоречие! Дичайшая смесь истинно светлой, практически рабыни своих чувств, эмоций и чистоты отношений и истинной драконицы, которой не чужды все наши качества: вредность, любопытство, шаловливость, собирательство и неистребимая любовь к драгоценностям, яркая чувственность и страстность натуры.
– Какая есть, – пожала я плечами и еще сильнее ощутила крепость его объятий и жар великолепного тела, которое словно обволокло меня.
– И вся моя! – довольно улыбнулся Келео, а потом неожиданно добавил: – Дракон обещал своему Золотку искупать ее в камешках, мы всего лишь выполнили обещание.
– А мне ты обещал любовь и обожание, когда выполнишь? – проявила я предприимчивость, о которой все эти годы твердил мой любимый дядюшка Хашер.
У Келео аж брови с глазами вылезли на лоб от моего откровенно наглого вранья. Тем не менее он только ухмыльнулся и, склонившись, продолжил приятное – поцелуи. Я позволила себе секундочку-другую насладиться его горячими, слишком вкусными губами и вывернулась из объятий, по-женски схитрив:
– Я устала и хочу отдохнуть.
Фиала и Кло – мудрые женщины и с драконами прожили не один век, так что буду следовать их наставлениям. Если для своего черного дракона я стала неоценимой – мои руки ощущают внушительный вес драгоценностей, – то охота за своей женщиной только укрепит наши отношения и вырастит тот золотой росточек любви, который вижу я, но не Келео.
Хе-хе, у меня, светлой, перед темным есть махонькое, но важное преимущество: я вижу его чувства, а он о моих только догадывается. Жизнь полна приятных сюрпризов!