Теперь за холостяками из Черного клана светлые девицы, в том числе драконицы, настоящую охоту устраивают – надеются стать сужеными-истинными. Ведь пример Алеры и Келео оказался весьма заразительным. Пять лет ее обучения в Академии драконов под присмотром мужа – и каждая женщина на Игае теперь знает, что лучшей пары, чем черный дракон, не найти. Темный и сокровищницу отдаст, и самый страстный любовник, самый надежный защитник, благодарный возлюбленный, почти волшебник, ведь может исполнить любое желание своей подруги и избранницы. Про приключения парочки, в народе называемой Черным Золотком, на ниве знакомства с религиозными и культурными достопримечательностями Игаи уже легенды ходят. И главное, Алере всего сто двадцать семь, а она уже мать троих прекрасных детишек: молодого дракона, закономерно унаследовавшего тьму отца, и двух прелестных золотых малышек-дракониц – будущих целительниц, истинно светлых.
Перед Келео Черным мелькнуло птичкой послание. Вчитавшись в строчки письма, он с досадой рыкнул:
– Любимая, мне придется отлучиться. Ненадолго.
Алера встрепенулась:
– Что случилось и куда?
– В Австралон, тот самый недавно открытый континент. Там наш сынок с твоими братцами в очередной раз учудили. Небо, ну когда же у них появятся мозги и благоразумие, – едва не простонал Келео, закатывая глаза от раздражения.
– Будь снисходителен к Арсу, ему всего сто лет. Парню пока рано становиться чопорным и солидным драконом, как его отец. Да и Тайрен с Лииром тоже от него недалеко ушли, всего-то на пару десятков лет постарше. Мальчишки они еще… – примирительно улыбнулась Алера, положив ладони на грудь мужа, и, потянувшись, поцеловала его в уголок рта.
Келео обнял жену крепче, наслаждаясь близостью, с невыразимой нежностью чмокнул ее в висок и все-таки раздраженно высказался:
– Эти мальчишки создали настоящих монстров, и теперь мне нужно лететь спасать целый континент!
Алера вздернула брови и, чуть отстранившись от мужа, недоверчиво выдохнула:
– Монстров?
– Да, любимая! – забыв на миг, что дочери спят, рыкнул Келео, а потом тихо простонал: – Ну скажи мне, скажи, кто надоумил этих балбесов провести сложнейший темный магический ритуал только для того, чтобы научить страусов пукать тьмой…
Бог-Дракон, услышав новость, в предвкушении воззрился на Алеру. Та, услышав стенания мужа, спрятала руки за спину и водила носком туфельки по полу, пряча виноватые глаза.
– Кто-кто… ну я даже не знаю-ю…
Келео на миг замер и, нехорошо прищурившись, недоверчиво спросил:
– Алера? – Потом не выдержал и сдавленно прошипел: – Так это ты-ы?
Золотоволосая дана, тряхнув кудрями, сложила ладошки домиком в молитвенном жесте и, заискивающе глядя в глаза мужу, зачастила:
– Да я же просто пошутила! Тайрену было жаль страусов, такие милые птички, огромные, но совершенно беззащитные перед хищниками. Ну я и ляпнула, что если бы каждый раз с испугу они выпускали тьму, то ни один приличный зверь на них не покусился бы…
Келео навис над Алерой, протягивая к ее горлу скрюченные пальцы, но через мгновение моргнул, тряхнул серебристой шевелюрой и неожиданно расхохотался:
– Знаешь, я думал, что в моей жизни было уже все, но пукающие тьмой страусы… – Прижав Алеру к себе, Келео еще с минуту не мог успокоиться. А потом, совершенно неожиданно для сконфуженной Алеры, с глубоким чувством признался: – Только боги знают, как сильно я люблю тебя. Ты – самое лучшее, что может случиться с темным. Тем более – с драконом!
Алера счастливо махнула ладошкой, теснее прижалась к мужу и смущенно шепнула:
– Ой, ну скажешь тоже. – И хитренько добавила: – Можно мне с тобой спасать страу… континент?
Супруги синхронно посмотрели на дочерей.
– Можно, если наши любимые бабушки согласятся посмотреть за малышками.
– Ой, Фиала и Кло или Майтея с Ратшей только счастливы будут…
– Отлично, главное, чтобы только не твой дед Дамрис, – поморщился Келео.
– Да он только разок и побыл, – попыталась вступиться за прапрадеда внучка.