– Что за шум, а драки нет? И без меня?
На моей памяти братья вдвоем в дядином кабинете впервые. Неделю назад мы сразу двумя кланами праздновали наше второе совершеннолетие – четверть века прожили как-никак, – но, думаю, все равно остались прежней сплоченной командой, ну еще хулиганьем и лентяями, как нас за провинности ругают дан Мойрис и дана Нокатис.
– Через неделю начинается прием студентов в академии по всему югу, мы тоже отправляемся поступать! – счастливо сообщил Лиир.
К двадцати пяти годам братья лишь немного изменились со времени первого совершеннолетия: еще вытянулись и, благодаря суровым тренировкам Майдаша, нарастили мышцы и стали шире в плечах. Это внешне, а внутренне, на мой взгляд, они по-прежнему юнцы, бесшабашные парни лет двадцати, если сравнивать с людьми. Резкие, порывистые, азартные, с шилом в одном месте и сокрушающим любое здравомыслие стремлением к приключениям и «подвигам». Такими они до ста лет останутся, да и я тоже. Признаться, вся моя прошлая «личность» частенько не справляется с гормонами, играющими в крови, и главное – неистощимым драконьим любопытством и страстью к проказам. Безобразие просто!
Хоть я наконец-то и доросла макушкой до плеча Хашера, но похожу на девчонку восемнадцати лет. Это наверняка наследственность. Мама и кузина такие же миниатюрные, худенькие, зато краси-ивые-е! Я в их «золотую» породу, даже мое детское прозвище Соль родные изменили на Золотко. Особенно часто дядя это ласковое обращение использует, когда пытается призвать к порядку и послушанию.
– Ну вот, а почему меня не предупредили? Мне же гардероб надо подготовить! – возмутилась я.
Мое заявление старших мужчин застало врасплох, вон как напряглись и выпрямились. Наконец Хашер, не к добру хмуря синие густые брови над ярко-сапфировыми глазами, осторожно произнес:
– Алера, я хотел поговорить с тобой отдельно, но, считаю, тебе пока рано покидать гнездо.
– Что?! – удивилась я. – Дядя, я такая же совершеннолетняя, как Лиир с Тайреном. Больше того, ты сам не раз говорил, что голос разума в нашей троице именно я. Так почему им можно, а мне нельзя?
– Ты – девочка, беззащитная, уязвимая и… лучше подождать еще немного, подрастешь…
– Сколько? – сухо оборвала я Хашера, взявшего наставительно-укоризненный тон.
– Там посмотрим, – уклончиво ответил он, мимолетно обменявшись взглядом с Майдашем.
Понятно, откуда встречный ветер дует: наш вечный параноик, которому везде вселенские заговоры чудятся, перестраховывается.
– Малышка, – вмешался Хейдар, который после «развода» с Адарой обосновался в родном доме, вернулся к привычной деятельности наследника главы клана и оказался еще большим перестраховщиком и наизаботливейшим опекуном нам, «младшему поколению» и бывшей супруге. – Ты не представляешь, какие нравы в этих академиях, какие там опасности подстерегают юных девушек, сколько…
– Насколько мне известно, Майю и Элию родители отпустили в академию, а они, кстати, мои ровесницы. Так чем я хуже? – напирала я. – Тем более там будут Лиир с Таем, а в них я абсолютно уверена. Присмотрят и защитят!
Братьев буквально распирало от гордости: грудь колесом, того и гляди позвоночник захрустит и щеки лопнут. Хейдар насмешливо хмыкнул, качнул головой, с отцовской нежностью глядя на «младшее поколение». Даже на меня, нахохлившуюся, с упрямо вздернутым подбородком и сжатыми от злости кулаками, ласково посмотрел.
– Я не понимаю, к чему эти разговоры-уговоры? – в своей резкой манере осведомился Майдаш. – Золотко, ты должна понимать, что являешься достоянием клана. Не одного, а уже двух…
– Я бы сказал трех, учитывая требование Дамриса выделить золотым отдельное место в наших яслях, – поморщился Хашер.
Общение с моим прапрадедом неизменно выводило его из себя.
Майдаш – повелитель теней и главный страж «синих» яслей, моей главной заботы в клане, едва заметно недовольно дернул уголком рта, то ли потому, что его прервали, то ли это была реакция на моего золотого родственника. И продолжил наставлять меня на путь истинный в своем понимании:
– Мы не можем позволить себе риск отпустить тебя в свободный полет, Алера. Ты однозначно, я уверен в этом, столкнешься со множеством трудностей, опасностей и мерзавцами! Пока ты слишком молоденькая и беззащитная и не можешь…
– Так вон оно что? – я с горьким разочарованием и обидой обвела глазами родных. – По-вашему, хранительница не имеет права жить для себя? На личную жизнь? На любовь? Не имеет права даже учиться, как все молодые драконы?