Адара обняла меня за плечи, мягко погладила по спине и неожиданно призналась:
– Я тоже очень хотела учиться. Бабушка в свое время не позволила, держала меня при себе как прислугу, а потом Хейдар и брак, и…
Я отпрянула от Адары и вскинула на нее потрясенный взгляд:
– Так ты не училась в Академии драконов, как все драконы?
– Нет, – грустно призналась она и с мягкой улыбкой поведала: – Я много чего только с вами узнала и попробовала: заботиться о яйцах, дурачиться, баловаться, купаться в озерах, гоняться за зверюшками по лесу, шпионить за предателями клана… Пятнадцать лет в Синем клане стали самыми чудесными в моей жизни! Я словно в сказку попала, в детство.
– Эх, если бы нас обеих отпустили, вот весело было бы, – выдохнула я в отчаянии.
– Угу, – кивнула Адара, – одной мне боязно, а с тобой и парнями я бы тоже решилась поступить.
Я откинулась на спину и, сложив руки на груди, задумалась. Можно было бы сбежать из дома и поступить самой. В конце концов, я могу учиться не в Академии драконов, что находится у границ Высокогорья, а, к примеру, в Халее. Тоже недалеко, никакой угрозы разрыва связи с яслями нет. Обучение везде платное, но мы с Адарой не нищие сиротки. Кузине в наследство досталось все немалое имущество Микуды, а мне от родителей – более чем приличное приданое, как шутила Фиала. Сквалыга Дамрис не посмел на него покуситься. У мертвых не воруют – это страшный грех, боги могут наказать. При этом я нисколько не тратила из него, ведь мое содержание полностью взял на себя Синий клан. Конечно, все расходы полностью окупились моей работой в яслях, но как можно оценить любовь семьи, Хашера и Фиалы, заботу Майдаша и Кло, всего нашего клана? Никак – они бесценны! Родных не выбирают, пусть я и выбрала семью.
Побег из дома… Смешно, если бы не было грустно до слез. Я люблю родных и знаю, что меня любят не меньше. Конечно, понимаю, что у Хашера и Майдаша своя правда, но абсолютно уверена: ситуация к лучшему не изменится. Чем дальше, тем больше драконов и темных будут знать о сильной светлой – хранительнице магии Древнего. Я стану заложницей дара и клана. Таких, как я, излишне светлых драконов много, к примеру, многие зеленые драконы – целители, а ведь они учатся, живут полной жизнью. Еще недавно их вообще презирали из-за дара, но стоило могущественным крылатым осознать, что без целителей умирает потомство, ситуация начала стремительно меняться. И я попала под раздачу. Жизнь – боль!
В мою комнату скользнули две мужские фигуры – Тайрен и Лиир. Явились бесшумно, словно кошки, виновато помялись у порога, потом подошли к кровати. У обоих толстые косы, синяя и серая, доросли до лопаток – волосы у драконов растут медленно из-за особенностей магии.
– Мы решили забрать тебя с собой тайком. Когда обнаружат твое отсутствие, будет поздно, ты уже поступишь в академию, – тихо объявил Лиир.
– За твою безопасность мы отвечаем. Ни на шаг не отойдем, – добавил Тайрен.
Я перевернулась на бок, подперла голову кулаком и весело посмотрела на этих великовозрастных балбесов. Все же моей «личности» было сложно привыкнуть, что двадцать пять для человека и двадцать пять для дракона – это несоизмеримые понятия. И вроде бы взрослые парни сидят передо мной, умные, опасные, красивые и сильные… почти мужчины, от которых сходят с ума от вожделения местные и чужие красотки, но вот именно что почти мужчины. Им еще взрослеть и взрослеть.
– В сумке ее понесете? – с иронией опередила меня Адара.
– Почему, как обычно… – не понял Лиир.
– Меня не выпустят, а вас проверят до исподнего перед отлетом. Нас слишком хорошо знают, – уныло ответила я. Вздохнула и добавила: – Я не хочу тайком, не хочу против воли родителей, не хочу прятаться, как крыса. Я ни в чем не виновата, чтобы скрываться от погони, как преступник.
Тай открыл рот, чтобы высказаться, но в этот момент внутри меня разлилось знакомое тепло. Я радостно улыбнулась и, соскочив с кровати, ринулась к двери.
– Что случилось? – напрягся Лиир.
– Кайла вылупляется, скоро ты станешь старшим братом! – хихикнула я, вылетая в коридор.
Мы вчетвером быстро прибежали в ясли, но все равно не успели – Кло и Майдаш уже держали на руках свою новорожденную дочь. Вернее, папочка держал, а мамочка склонилась над ней. Мы так и замерли рядом со счастливыми родителями, с восхищением глядя на них. Кло сияла материнской любовью, ворковала с малюткой, целовала ее маленькие ручки и ножки, щекотала пузико и тихонечко смеялась, когда гулила дочурка. Лиир, забыв о нас, присоединился к родителям и сестре и сам отдался этому необыкновенному моменту – чуду рождения.